Ингушетия: Исторические Параллели

21.12.2009

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ИНГУШСКИХ ФАМИЛИЙ(Предисловие)

Свод фамилий ингушей «Ономастикон» представляет определенный историко-этнографический интерес, поскольку дает сведения о способах именования ингушей на протяжении столетий.

Ингуши расселены, главным образом, в западных районах Чечено-Ингушской АССР и в Пригородном районе Северо-Осетинской АССР. Самоназвание ингушей — гIалгIай.

Древнейшие ингушские поселения находились в горах, где люди жили отдельными родоплеменными группами. Известны Джераховское, Феппинское, Кистинское, Цоринское, Мецхальское и Галгаевское (отсюда само название ингушей) общества.

Этноним «ингуш» происходит от топонима Онгуч (в русской огласовке — Ангушт) — одного из первых поселений в Предгорной долине на месте нынешнего села Тарские.

Ангуч (дословно — мeсто, откуда виден горизонт») «ан» — горизонт, «гуч» — видный — суффикс).

Само название ингушей — гlалгlай, по-видимому, от слова — гlала — город, крепость, башня, т. е. «жители — башен».

Можно связать этот этноним и с названием щита — гIалгI, будет означат — щитоносцы.

Ингушский язык близок чеченскому языку и относится к нахской группе иберийско — кавказских языков. Число говорящих на ингушском языке по данным 1983 года 200 тысяч человек, из них 120 тысяч проживают в Чечено-Ингушетии, 25 тысяч человек в Северной Осетии, остальные на территории других областей Советского Союза.

Большой интерес у потомков вызывают родословные. Ветвистые, могучие, с мощным стволом, глубокими корнями, они производят неотразимое впечатление.

У каждого корня, каждого родословного древа стоит имя далекого пращура — основоположника рода. Один из путешественников по нашему краю писал в своем дневнике: «На Кавказе всегда ценят добрососедские и родственные отношения. Порой даже создается впечатление, что все состоят хоть в отдаленной, но родственной связи».

Далеко не все, что хранит память, мы можем воспроизвести и передать следующим поколениям. Память остается памятью, она свята. А долг потомков даже в быстротечной жизни короткой строкой запечатлеть ту жизнь, которой они обязан своей собственной.

Родословные предания отражают представление народа о своем происхождении. И, конечно, нужно знать свае прошлое. Да и история, по образному определению В. Маяковского, «Не строка из архива. История – тоже оружие».

Чувства материнства и отцовства есть природное, естественное чувство, и его, это чувство, невозможно подменить. Людей, конечно, роднит не только кровь бегущая в их жилах, но и любовь, живущая в сердце. Память ведь понятие многозначное.

Не зная и не ценя своего прошлого, не храня о нем память, нельзя ценить настоящее и смотреть в будущее.

«Знание своих предков, — сказал однажды М. Горький, — отлично, вооружает потомков».

У.А. Дюма-отца есть такие строки: «Шла ли речь а геральдике, Атос знал все дворянские фамилии королевства, их генеалогии, их связи, их гербы и происхождение гербов».

Генеалогия не является привилегией «избранной касты». Знать свае прошлое необходимо и, труженику. «Только дикость и невежество не уважать прошлого», — утверждал А.С. Пушкин.

В другом месте А.С. Пушкин был еще категоричней. Александр Сергеевич утверждал, что «Гордиться славой предков не только можно, но и должно; не уважение оной есть постыдное малодушие».

Хорошо известно, какое большое внимание Пушкин уделял истории и родословной своих предков и законно гордился ею. «Уважение к минувшему, — говорил он, — вот черта, отличающая образованность от дикости».

Еще в 1912 году академик Н. Я. Марр писал: «Ономастика Кавказских народов не разработана. Между тем личные имена могут открыть нам целую, притом наиболее живую страницу в истории кавказских народов». Не случайно в народе говорят: «Изо всех даров мира остается только доброе имя, и несчастен тот, кто не оставит даже этого».

Цепко живет в нас исконная родовая память предков; память, которая помогает сохранить себя, устоять в бесчисленных поворотах истории.

Отец, дед, прадед каждого был частью истории. Судьба наших предков связана с историей народа, с историей родной страны и, значит, можно и нужно заниматься жизнью, судьбой отдельного человека. Из истории каждого, отдельных судеб и складывается большая история Отчизны.

Из поколения в поколение писать о роде своем – разве не чудесная традиция? Сохранить бесценное наследие, созданное поколениями, сберечь все это для потомков – важная, насущная задача.

Вековечные времена, годы революции, Отечественной войны, труд миллионов оставили свои реликвии. Будущим потомкам они нужны, чтобы жить достойно.

Имя, как и родителей, Отчизну, человек себе не выбирает. Все это достается ему в наследство. Обращаясь к страницам прошлого и настоящего родного края, видишь его судьбу, большую и не легкую: чувствуешь, как эта судьба крепко переплелась с судьбой народа и каждого его согражданина. Чтобы знать жизнь, надо оглядываться назад, а чтобы ее творить, необходимо смотреть вперед. Не было у гордых и свободолюбивых народов святыни дороже, чем могилы Предков, а их потомки должны помнить и знать их поименно.

«Прошлое есть единственный источник знания будущего; кто забывает прошлое, тот не научится в будущем, — отмечал кавказовед П. К. Услар, — забывать его не должно. Итак, не станем закрывать глаза на наше прошлое; пусть каждый расскажет о нем, кто что знает, смело и совестливо, как следует честному человеку».

В этнографической литературе термины «фамилия» и «род» нередко отождествляются. Между тем фамилия — понятие, не соответствующее архаическому роду.

Неопределенная форма «фамилия» — «тейп» введена в оборот путешественниками по Кавказу еще в XVIII в. В одних случаях она служит для обозначения большой семьи, в других — более широкой, многочисленной родственной группы, происходящей от реального или легендарного патриарха. Под родом, в данном случае, мы имеем в виду ряд поколений, ведущих свое происхождение от одного реального предка.

В ингушской семейной о6щине старшие в семье скрупулезно вели счет своей патронимии, продолжая родословное древо. Он велся отметками на специальном шесте многогранной формы из «xьex» — липы, длиною около сажени, а его нижняя часть оковывалась.

Каждый глава семьи на отведенной ему грани делал надрез отметку, указывающий на появление нового представителя клана. Число таких отметок указывало на численность поколений. Такая родословная «книга» переходила от отца к старшему сыну и составляла семейную или патронимическую собственность.

Атрибуты местных жрецов, образцы подобных родословных символов, в 1892 году из ряда горных аулов Ингушетии, вывез Г. А. Вертелов и экспонировал в Терском областном музее. Эти экспонаты исчезли в годы Гражданской войны на Тереке.

Фамилии с окончанием на «ов» (в русской огласовке) у ингушей стали применяться со второй половины прошлого столетия.

Так как родословные велись только по мужской линии, в них имена женщин-матерей не упоминались. Автор этих строк при составлении «Генеалогии братства Эшки-Бохтарой и родословной Дахкильговых» впервые ввел в оборот и девичьи фамилии матерей. Это дает возможность установить чьими племянниками являлись сыновья и дочери, между какими фамилиями чаще заключались брачные союзы.

К слову сказать, мало изученные фамильные предания фиксируют время возникновения патронимических поселений, топонимов и других сведений общественной жизни, из которых можно почерпнуть ценные этнографические сведения.

Нередко фамилия служит указателем, из какого горного аула-поселения происходит ее эпоним. Так, например, Бештоевы — Бештой из аула Боьште; Цолоевы — ЦIолой — ЦIоьле и т. д.

Патронимия — ваьр была одной из неотъемлемых составных частей общественной структуры ингушских обществ в прошлом. Патронимия, по наблюдениям М. О. Косвена, зачастую переживает не только семейную, но и сельскую общину, оставаясь, правда, формой, главным образом, психологического и идеологического, а не производственного единства общинников.

Потеряв, территориальное и экономическое единство, вярыкъонгиш сохраняли еще единство идеологическое. Характеризуя внутреннюю структуру аналогичных общин, К. Маркс писал, что «их структура есть структура генеалогического древа».

Численность фамилии нередко достигала нескольких сот человек. В ингушских обществах определенную роль играли объединений наькъан-вежари-вошал — братство. Именно они, а не тейпа или тухум. Термин «тухом» — «токум» — «тохум» не чеченского и не ингушского происхождения, а иранского. Этот термин получил широкое распространение в Дагестане, укоренившись в местных обществах и кумыкскими миссионерами был занесен в Чечню; в Ингушетии такой термин вообще не употреблялся.

Во второй половине прошлого столетия, главным образом в плоскостную её часть проник термин «тейпа», от арабского «тайфа», употреблявшийся для обозначения широкого и неопределенного круга родственников по отцовской линии. Термин «тейпа» постепенно начал сосуществовать с исконными народными обозначениями родства, такими как вяр, къонгаш в широком смысле слова. Следует отметить, что в Обиходе народные термины превалируют, и чаще употребляются, вытеснив чужеродные

Знаток вайнахского обычного права У. Лаудаев подметил, что термин «тейпа» чаще употребляется в смысле «вошал»- «братство». В отношении фамильного братства, — писал У. Лаудаев, — все члены называются братьями — вежари, а целая связь — братством, вошал.

Ингушское «вежари — вошал» адекватно чеченскому, а также черкесскому «тлеух» — братство. Одним из первых в этнографической литературе роль братств в общественной жизни горцев в прошлом, в частности у адыгских народов, исследовал В. Г. Гарданов.

Вопрос о «братствах», — отметила Е. Н. Кушева, — получает в книге В. К. Гарданова совершенно новое и интересное освещение».

В ингушской среде для обозначения родственного круга применялись термины: вяр, наькъан и къонгаш. Последний не только в смысле сыновей одного отца, но и в более широком смысле, обозначая потомков в 4—7-ом и т, д. поколении, был общепринятым.

Заметим, кстати, что знание поименно предков до седьмого колена включительно, было обязательным. Каждый взрослый ингуш уже с юности знал и представлял себе свои родственные отношения не только по отцовской, но и по материнской линии.

Вовсе не случайно клялись семью своими предками: «Са ворxxle даьсар».

И, пользуясь случаем, хочу искренне поблагодарить зав. группой ономастических исследований Института языкознания Академии Наук СССР А. В. Сутеранскую, которая писала, что «Ономастикон» представляет значительный историко-филологический интерес… Имеет и историко-этнографическое значение. …материал говорит сам за себя. Это первый в нашей стране свод ингушских фамилий».

Шукри Дахкильгов

Реклама

4 комментария »

  1. Низкий поклон Шукри Дахкильгову! Он проделал огромную работу и внес неоценимый вклад в развитии истории нашего народа.

    комментарий от Рима — 15.03.2011 @ 07:36 | Ответить

  2. Браво!
    Так беспристрасно и объективно написать про каждую фамилию… слов нет…
    Даьл раьза хийла Шукрийна!

    комментарий от Мусост — 02.12.2011 @ 00:25 | Ответить

    • Глубокую , историческую правду об ингушских фамилиях дал и Нуреддин Габертович Ахриев, с кем мне посчастливилось встречаться в годы своей учебы в Москве.

      комментарий от cсветлана — 25.10.2012 @ 08:45 | Ответить

      • Светлана, где можно найти работы Нуреддина Ахриева посвященные этому вопросу? Буду вам искренне признателен за помощь.

        комментарий от Ghalghay.Com — 25.10.2012 @ 16:16


RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Создайте бесплатный сайт или блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: