Ингушетия: Исторические Параллели

18.03.2010

ИЛЬЯС-МУЛЛА ОЗИЕВ

Они были первыми

Эка является старшим братом Индерби, переселившегося в 1865 году в Турцию. Он умел читать Коран, хотя и не понимал смысл и содержание слов, но начальные книги (жейнаш) мог и читать и переводить на ингушский язык. Эка имел двух сыновей: Исмаила и Ильяса (Илез). Когда они достигли школьного возраста, он обучил их начальной арабской грамоте.

Когда Абдурахман-Хаджи (Индерби), окончив в Стамбуле полный курс арабистики, вернулся домой, он упросил своего брата направить детей на учебу к известному ученому-арабисту Усману-Хаджи Наурскому, имевшему известное на Северном Кавказе медресе. Так, благодаря заботе дяди Абдурахмана-Хаджи, его племянники Исмаил и Ильяс, будущие известные в Ингушетии арабисты, получили образование в Науре, где обучались десять лет, и в 1985 году вернулись домой в село Гамурзиево, получив звание ученых мулл.

Отец Ильяса

Ильяс Экиевич (Илез-молла) родился в селе Гамурзиево Назрановского района бывшей Терской области в 1871 году в семье крестьянина Эки Актолиевича Озиева.

Отец Ильяса Эка в детстве по страстному желанию своего отца Актола (Охтола) обучался арабской грамоте у известного кумыкского муллы Ашиева Башира, позже (в мае 1858 года) повешенного царскими властями за участие в «Назрановском бунте».

Учился Эка недолго. Обучившись чтению Корана и изучив несколько начальных книг (жейнаш), вынужден был оставить учебу и заняться хозяйством, так как отец к тому времени был немощным старцем, а он в семье – старшим. Так он вынужден был остаться полумуллою, но тем не менее, до глубокой старости ведал квартальным молельным домом и руководил молитвой в нем.

Учеба и признание

Ильяс начал учиться в 1880 году у отца. Затем, в 1885 году, для продолжения учебы и полного окончания курса арабистики был послан вместе со своим братом Исмаилом в Чечню, в медресе известного улема Усмана-Хаджи Наурского. Проучившись там десять лет и успешно окончив полный курс арабистики, он в 1895 году вернулся домой в селение Гамурзиево.

В 1898 году окружным кадием Абдурахманом-Хаджи он был направлен в селение Кантышево в качестве имама села. Но через год, в 1899 году, по настоятельной просьбе односельчан и с согласия кадия вернулся в селение Гамурзиево и стал там работать муллою.

В селе функционировало медресе, впервые созданное в Ингушетии его дядей Абдурахманом-Хаджи. В это медресе поступали учиться многие мутаалимы, желавшие обучаться арабистике у Ильяса-муллы. Медресе выпускало высококвалифицированных улемов, таких как Наурузов Хаджи-Али из Кантышева, Дзортов Эскархан из Барсуков, Имагожев Хасбулат из Насыр-Корта, Сапралиев Али из Назрани, Сагов Махмуд из Назрани, Куркиев Магомед Кутиевич из Гамурзиева и многих других. Большинство из них стало муллами в своих селах.

Ильяс получил известность как один из лучших арабистов, а его медресе считали источником, снабжающим всю Ингушетию арабистами-улемами.

Жизнь, отданная людям

В 1912 году перед улемами Ингушетии встал вопрос о смене уходящего в отставку по старости кадия – главы исламской религии в Ингушетии – Абдурахмана-Хаджи Озиева, который занимал этот пост в течении двадцати лет. На общем собрании улемов на этот пост единогласно был избран Ильяс-мулла. Этот пост он и занимал до самой своей смерти – до 1942 года, будучи и муллою в Гамурзиево, а муллою (имамом) в этом селе он был в течении 36 лет, за вычетом нескольких лет ссылки.

Ильяс-мулла пользовался среди народа большим авторитетом. Это было не по вкусу власть предержащим, особенно энкеведешникам. Поэтому они под разными предлогами выселяли его подальше от родного края.

В 1929 году, когда у нас в стране развернулась работа по коллективизации, Ильяс-мулла, как чуждый Советской власти элемент, был сослан вместе с семьей в Среднюю Азию. Из этой ссылки он вернулся через три года, в 1932 году, и начал спокойно жить в своем селе, продолжая исполнять обязанности муллы. Но долго жить дома ему не дали.

Через три года, в 1935 году, его снова сослали с семьей в Среднюю Азию, но только теперь с ярлыком «враг народа». Из этой ссылки он с семьей вернулся через четыре года, в 1939 году, уже болезненным стариком под 70 лет. Да еще при возвращении ему дали «минус 12».

Это означало, что ему не разрешалось жить в 12 местах, куда входили Москва, Ленинград, Ростов и другие большие города, а с ними и Родина. Поэтому он не смог вернуться в село Гамурзиево, а приехал в город Орджоникидзе, где я тогда проживал, и временно остановился у меня.

В этих двух ссылках он похоронил в Средней Азии двоих своих детей: в первой ссылке – дочь Хаву, а во второй – сына Махмуда. К тому же во время этой второй ссылки органами НКВД был репрессирован его сын Ахмед, член Союза писателей России (в то время российской ассоциации Пролетарских писателей – РАПП), оставивший после себя двоих малолетних детей и молодую жену.

После возвращения со второй ссылки он прожил три с лишним года. Он скончался 30 октября 1942 года и похоронен на фамильном кладбище в селении Гамурзиево

Салман Озиев

Реклама

Добавить комментарий »

Комментариев нет.

RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: