В исследовании «К вопросу о феодальных отношени­ях в истории ингушского народа» проф. Б. В. Скитский, отметив в общих фразах наличие в ингушских обществах рабов, пленников, имевшиеся отдельные случаи продажи членов семьи для ее спасения от голодной смерти и при­ведя цитату из труда Ф. Энгельса о грабительских набе­гах в эпоху военной демократии, сделал вывод:

«Так и в ингушской общественности (? — Ш.Д.) очень рано, путем грабительских войн, усилилась власть ра­бовладельцев» (1).

Таким тезисом автор, по существу, дает понять, что Ингушетия в прошлом прошла и рабовладельческий строй, с чем, конечно, нельзя согласиться.

В недавно опубликованной статье «Рабство и рабовладе­ние в Чечено-Ингушетии. (XV — первая половина XIX века.» Н. П. Гриценко преувеличивает значение рабства в че­ченских и ингушских обществах. Больше того, считает, что, несомненно, рабство «в какой-то мере способствова­ло вызреванию и становлению феодальных отношений в Чечено-Ингушском обществе» (2).

И далее Н. П. Гриценко пишет: «В первой половине XIX века во время Кавказской войны (читай: антиколо­ниальной борьбы горского крестьянства. — Ш. Д.) рабо­торговля не сокращается, а в отдельные периоды даже возрастает. Рабами торговали буквально все — от мелкого работорговца до наибов Шамиля и их родственников» (3).

Оставим явную натяжку и гигантоманию на совести автора, позже к некоторым аспектам этого вопроса мы вернемся.

Обстоятельно описывая отдельные случаи пленения и продажи горцами жителей казачьих станиц или сол­дат и офицеров царской армии, Н. П. Гриценко почему-то совершенно умалчивает о другом явлении. (more…)

Они были первыми

Эка является старшим братом Индерби, переселившегося в 1865 году в Турцию. Он умел читать Коран, хотя и не понимал смысл и содержание слов, но начальные книги (жейнаш) мог и читать и переводить на ингушский язык. Эка имел двух сыновей: Исмаила и Ильяса (Илез). Когда они достигли школьного возраста, он обучил их начальной арабской грамоте.

Когда Абдурахман-Хаджи (Индерби), окончив в Стамбуле полный курс арабистики, вернулся домой, он упросил своего брата направить детей на учебу к известному ученому-арабисту Усману-Хаджи Наурскому, имевшему известное на Северном Кавказе медресе. Так, благодаря заботе дяди Абдурахмана-Хаджи, его племянники Исмаил и Ильяс, будущие известные в Ингушетии арабисты, получили образование в Науре, где обучались десять лет, и в 1985 году вернулись домой в село Гамурзиево, получив звание ученых мулл.

Отец Ильяса

Ильяс Экиевич (Илез-молла) родился в селе Гамурзиево Назрановского района бывшей Терской области в 1871 году в семье крестьянина Эки Актолиевича Озиева.

Отец Ильяса Эка в детстве по страстному желанию своего отца Актола (Охтола) обучался арабской грамоте у известного кумыкского муллы Ашиева Башира, позже (в мае 1858 года) повешенного царскими властями за участие в «Назрановском бунте». (more…)

Магомет Кутиевич Куркиев родился в селе Гамурзиево Назрановского округа бывшей Терской области в 90-х голах XIX века в семье крестьянина.

В детстве ему дали имя Артаган, которое он носил до 1918 года. За его выдающиеся успехи в арабистике его друзья по медресе решили заменить это старое дедовское имя новым мусульманским — Мухьаммад. Так он стал Мухьаммадом (Магометом).

Отец Магомета — Кути Куркиевич Сагов был простым крестьянином, он слыл умным, авторитетным и влиятельным на селе человеком. Здесь нельзя не сказать и о других его родственниках.

В середине 70-х годов XIX века у России создалась конфликтная ситуация с Турцией, явно ведущая к войне. Для укрепления боевой мощи своей армии царская администрация решила создать полки из кавказских горцев. В 1876 году в Терской области развернулась работа по созданию Терско-Горского конно-регулярного полка. Многие ингуши, в том числе Кути и его братья Гайрбек и Эскархан, подали заявления о приеме их в ингушский дивизион этого полка. (more…)

Постановка вопроса, вынесенная в заголовок статьи, не может считаться ни новой, ни неожиданной. Разве что более предметной и точной в контексте последних исследований зарубежных исследователей-ориенталистов: археологов и лингвистов. Первые предложения и гипотезы об этногенетическом и лингвистическом родстве кавказцев с древнейшими культурными народами Ближнего Востока были выдвинуты авторитетнейшими европейскими ориенталистами и лингвистами еще в начале века. К таковым я отношу А. Г. Сэйса, Р. Йенсена, Л. Мессершмидта, Ф. Тюро-Данжена, А. Унгнад, Б. Грозни, Ф. Борка, И. Фридриха, А. Гетце, Э. А. Спайзера, Э. Лароша, Л. Вулли, Е. Чиера, И. Гельба, не говоря о более поздних исследователях. Особый прорыв в установлении степени родства кавказских языков с хурритским и урартским — древнейшими языками Передней Азии — был сделан в работах И. М. Дьяконова, В. Бенедикта, М. Салвини, Г. Вильхельма, Г. Штайнера. Говоря о кавказских языках, я имею в виду в первую очередь нахские языки (чеч., инг., бацб.), ближе других стоящие к хуррито-урартским языкам. (more…)

Слово наше, с благодарностью в сердце о замечательных людях — Куркиеве Магомете Кутиевиче и Омархаджиеве Джемалдине Сайтхаджиевиче
По прошествию лет, пристально вглядываясь в свидетельства волнующей истории нашего народа, мы каждый раз убеждаемся в истине:
наш народ хранила и спасала вера во Всевышнего, мы двигались вперед, благодаря духовному подвигу людей, чьи имена сегодня произносим с гордостью и уважением. Судьба настоящего ингуша – это всегда неповторимая, поучительная, порою трагическая, но всегда достойная человека история. Мы извлекаем сегодня из прошлого уроки, чтобы завтра добиться того, о чем мечтали лучшие представители нашего народа. Мы хотим сегодня и завтра созидать, творить добро, делать открытия, процветать и развиваться.

Магомет Кутиевич Куркиев родился в 1896 году в Ингушетии, в селе Гамурзиево. Отец его – Сагов Кути Куркиевич – был простым крестьянином, не знающим грамоты, однако считался среди сельских жителей авторитетом и интеллигентным человеком.
В 1876 году в Терской области развернулась работа по созданию Терско-Горского конного полка. Многие ингуши, в том числе Кути, его братья Гайрбек и Эскерхан подали заявления о приеме их в Ингушский (more…)

Смеху чахкирийских матерей над моим позором пленника предпочитаю плач назрановских матерей над моей гибелью в жестоком бою с противником» — таков был ответ Уцига Малсага наибу Шамиля Саадуле Батыгову на предложение сдаться в плен ради сохранения жизни. В списках конвоя Его Императорского Величества с 1811 года по 1911 год, напечатанных в 1911 году в Санкт-Петербурге, на страницах 216 — 217 значатся имена наших предков, служивших в разные годы в этом почетном дивизионе. Под грифом «Черноморский дивизион конвоя Его Императорского Величества» с 8 сентября 1843 года по 12 апреля 1865 года значатся:

1. Корнет Малсаг Уцигов Долгиев — 4 февраля 1852 года переведен с оставлением в Кавказском корпусе. Будучи штаб-ротмистром, 10 февраля 1858 года исключен из списка, убитый горцами в 1857 году. (more…)

генерал Сосламбек Бекбузаров

Отец Сосламбека, небогатый крестьянин, мечтал дать сыну образование. Он вложил все свои сбережения в обучение мальчика во Владикавказском реальном училище. Но для продолжения учебы в вузе средств не хватило. Тогда Бекбузаров решил пойти вольноопределяющимся в армию. В те времена это давало возможность поступить в военное учебное заведение. Прослужив до 1885 г. в 20-й, а затем 12-й артиллерийских бригадах, он получил направление в Киевское пехотное училище. После его окончания подпрапорщик Бекбузаров начал службу в 45-м Днепровском пехотном полку. Из писем Сосламбека к своему дяде (такому же молодому офицеру) Янар-сану Бекбузарову чувствуется, что чуткому к чужой боли юноше непросто вжиться в атмосферу царской армии.

«Много у нас тупых и бессовестных людей, — пишет он. — Те жестокости, что творят они над этими несчастными существами — солдатами, не дают мне покоя, как ненормальный хожу среди них. Хоть умру, но обязательно поступлю в академию. Готовиться начал уже сейчас: изучаю французский, русский, немецкий языки, читаю работы философов Дарвина, Спенсера, Спинозы, Канта, Гегеля. Что может быть прекраснее познания самого себя».

Пожалуй, это было самое трудное для Бекбузарова время. Мизерного жалованья не хватало даже на более или менее сносное существование. Ютился в дешевом наемном жилье — маленькой комнатенке, где зимой не топилась печь и стоял холод. Вместо одеяла укрывался по-походному шинелью, вместо подушки клал под голову сложенный мундир. Ел один раз в день. Но он обладал гордым и независимым характером. Умел скрывать свои беды от сослуживцев. Несмотря на бытовые и прочие проблемы, Бекбузаров зарекомендовал себя одним из лучших офицеров полка. Никто не мог сравниться с ним в верховой езде, фехтовании и стрельбе. Он заметно выделялся интеллектом и благородством. За справедливость его (more…)

Долгие десятилетия ингуши были лишены возможности обращаться к собственной истории, а любые попытки восполнить каким-то образом существующие «белые пятна» незамедлительно пресекались властями и вызывали с их стороны жесткое идеологическое противодействие. Вполне естественное желание людей знать прошлое своего народа даже в самом робком своем проявлении мгновенно провоцировало обвинения в махровом национализме. В то время нужно было обладать величайшим мужеством и несгибаемой волей, чтобы подобно Идрису Базоркину с любовью и трепетом поведать всему миру правду о своем гордом и красивом народе.

Вокруг торжествовала сталинская концепция истории народов нашей страны. И недвусмысленный заказ властей с готовностью обслуживали не только так называемые «писатели-интернационалисты», но и представители ущербной исторической пауки. Их объединяла одни цель — взрастить поколение с приниженным чувством национального достоинства. (more…)

В силу целого ряда причин, корни которых идут из прошлого, история ингушей, к нашему сожалению, еще не получила своего глубокого и должного освещения. Эта первоочередная задача нашей науки сегодня лишь находится на стадии своей разработки. Однако, интерес к истории родного края в нашем народе огромен.
Через историю люди пытаются определить свою национальную особенность, как говорят, самоидентифицироваться. Это здоровое и понятное чувство, но тут надо помнить, что историческая наука — самая строжайшая из наук — оперирует непреложными и проверенными фактами и не допускает досужих вымыслов. А этим, к сожалению, иногда грешат наши некоторые авторы, нередко они какие-то историкообразные, гуляющие в бытовой среде, совершенно критически не осмысленные сведения подают как непреложный, действительный исторический факт. (more…)

Сводка Иностранного отдела ВЧК о ходе передислокаций Русской армии в Сербию и Болгарию, о французской, английской и русской контрразведке и по другим вопросам

Иностранный отдел ВЧК №541

24 января 1922 г. Сов. секретно

Заслуживает доверия

Информсводка № 9

Иностранного отделения ОО СКВО (Особый отдел  Северо-Кавказского военного округа)

За кордон

…Комитет освобождения горских народов Северного Кавказа

Заслуживает доверия. Выясняются дополнительные данные.

В Константинополе (Стамбул.- Сост.) находится Национальный комитет «Освобождения горских народов Северного Кавказа», главными членами которого состоят: 1) генерал Бекович-Черкасский, 2) полковник Хобаев (правитель Осетии), 3) Копев (присяжный поверенный). Этот коми­тет ведет политическую работу на территории Северного Кавказа и Закавказья с целью свержения власти Советов. Имеет резиденции —

организации в Тифлисе и в Батуме, имеет связь с горцами — повстан­цами. (more…)

Берснако Газиков

Местность Ачалуки находится в Ингушетии на Сунженском хребте. Она включает в себя не только три населенных пункта Верхние, Средние, Нижние Ачалуки и одноименную речку, но и близлежащие горы и балки.

Район этот схематически может быть очерчен следующим образом: Албас-бер — Темырха-боарз — Ачалкхи (устье реки) — Бабало — Д1аьха дукъ — Герга-боарз — Дозу-боарз — Газми-чурт — Тупп-илла-т1е. Речка Ках-хи (Къахь-хий — «Горькая река»), текущая с юго-востока и собственно Ачалкхи, текущая с юго-запада, а также различные ручьи, впадающие в них, образуют реку Ачалук, текущую в северном направлении, перерезая Сунженский хребет и образуя пой­му реки в Алханчуртской долине. Здесь, у устья реки и у северных отрогов упо­мянутого хребта имеется масса городищ и курганов, некоторые из которых были исследованы в 1913 году археологом Ф. Панкратовым. Он отмечал, что «по Алханчуртской долине проходил важный торговый караванный путь из гречес­ких колоний, Крыма и Турции в Персию и далее по берегу Каспийского моря в Грузию и единоверные ей царства… Это одна из тех исторических торных дорог хорошо известная и древнейшим обитателям страны, по которой, начиная с X11 в., как помнит история, двигались бесчисленные полчища азиатских кочевни­ков, монголов и татар… На всем протяжении Алхан-Чуртовской долины там и сям по равнине, в балках, ущельях и оврагах в большом количестве разбросаны безмолвные памятники пребывания неизвестных нам народов, которые когда-либо здесь жили и проходили».(1) (more…)

Во второй половине 19 века многие ингуши, обманутые агентами царской охранки, уезжали в числе других северокавказских горцев в единоверную Турцию. Но жизнь на чужбине оказалась очень тяжелой. Часть из них погибла в первые годы переселения, часть рассеялась по странам Ближнего Востока. Многие из них нелегально возвращались на Кавказ. При переходе через границу их убивали турецкие и российские пограничники. Я помню рассказ моего деда, умершего в 130-летнем возрасте в Казахстане. Он рассказывал, что у тех из мухаджиров, кому удалось живыми добраться на родину, даже в бровях и ресницах завелись вши. И, конечно, жителей Ингушетии очень волновала судьба своих земляков, погибающих на чужбине. В своем домашнем архиве я нашел недавно очень интересный исторический документ. Это копия прошения 15 ингушских аулов Назрановского общества от 30 марта 1870 года. В нем (more…)

Говоря о трагических последствиях событий осени 1992 г. в Северной Осетии или военных действий в Че­ченской Республике, мы помним почему-то только о физических и материальных лишениях ингушского на­рода и забываем о духовном геноциде и вытекающих отсюда потерях.

Мало того, что сама ингушская интеллигенция ока­залась в течение десятилетий искусственно разбросан­ной в нескольких субъектах РФ, в силу чего не могла иметь ни общего духовного центра, ни объединяющего начала, — она еще за последние пять лет, понесла невос­полнимые утраты, как в физическом выражении, так и в духовном. (more…)

В Ингушетии есть люди, которые верят, что Юнус-Бек Евкуров сможет изменить ситуацию. Но есть и те, кто считает, что это уже невозможно. Среди них — писатель Исса Кодзоев, объяснивший Ольге Алленовой, почему в Ингушетии слово «русский» стало ругательным.

Исса Кодзоев — один из самых известных и уважаемых ингушских писателей. В шестилетнем возрасте он был депортирован в Казахстан. В 1957 году поступил на филфак грозненского пединститута. Будучи студентом, начал писать на основе рассказов ингушей и чеченцев о депортации 1944 года книгу «Казахстанский дневник». Из-за книги в 1963 году Кодзоев был арестован и осужден на четыре года лагерей за националистическую и антисоветскую пропаганду и агитацию. Отсидев срок в мордовском лагере, Кодзоев вернулся в Ингушетию. В 1980-х годах возглавлял общественную организацию «Нийсхо» («Справедливость»), борющуюся за возвращение Ингушетии Пригородного района. В 2003 году сын Кодзоева Зелимхан был арестован и обвинен в участии в нападении на пост североосетинской и ингушской милиции в 1998 году. Зелимхана осудили на 24 года. Весной 2005 года в результате спецоперации был убит другой сын Кодзоева — Изнаур. За семь месяцев до этого силовики утверждали, что Изнаур находился в числе боевиков, захвативших школу в Беслане, и был убит при штурме. Сам Исса Кодзоев два года назад снова едва не попал под уголовное преследование за писательскую деятельность. В 2007 году после выхода его новой книги «Обвал», в которой описывается борьба ингушских абреков с выселявшими ингушей русскими солдатами, депутат Госдумы Дмитрий Рогозин просил Генпрокуратуру проанализировать произведение на предмет наличия в нем признаков возбуждения национальной вражды. Но прокуратура в возбуждении уголовного дела отказала. (more…)

Расположенные близ г. Владикавказа сады, дачи и хутора частных собственников: графа Борха, гг. Семенова. Старицкого, Дзлиева, Хутиева, Кузнецова, Соколова, Батоко Ужахова, Дудаева, Бекова, Гелисханова и хутор Итальянский, причис­ленные, под общим наименованием садов 2-й группы, в адми­нистративно-полицейском отношении к Ольгинскому сель­скому правлению Владикавказского округа, в виду того, что означенные сады, дачи и хутора населены исключительно ин­гушами и во избежание возникающих постоянно недоразуме­ний между ними и осетинами, перечисляются в администра­тивно-полицейском отношении в ведение Базоркинского сельского правления Назрановского округа. (more…)

В воскресенье, 13 мая, состоялись первые скачки Владикав­казского поощрительного скакового общества. Благодаря хо­рошей погоде, публики на эти скачки собралось весьма много. Всего сделано пять заездов. Спорт- начался с 4-х часов дня и закончился около половины 7-го вечером.

…5-й заезд глав, управ, госуд. Коннозав. для табунных ло­шадей. Первый приз «Джигит» — X. Тангиева, 2-й — «Лука» — А. Батманова, 3-й — «Кеффер» — В. Агноева.

а) по имущественному цензу.

10. Ахушко Хавды Шмаковича, подполковника наследни­ки: вдова его Чабихан и дети Алихан, Урусхан, Залихан и Робиат Ахушко.

45. Алмазов Эски, ингуш.

51. Агасиева Дона Мулдаровна.

91. Базоркина Наго Хочаовна. (more…)

В одном из номеров газеты «Ингушетия» Х.А. Акиев опубликовал статью «Этническая карта Северного Кавказа в середине XVI в. (К вопросу о поселениях ингушских племен в Дарьяльском ущелье)», в которой он подверг критике нашу точку зрения на поход кабардинцев в район Центрального Кавказа в XVI в. В последующем он опубликовал эту в сборнике «Точка зрения» (Назрань, 2006).

Тему кабардинских завоеваний в Ингушетии впервые обозначил Б.Д. Газиков. (Газиков Б.Д. Статьи по истории Ингушетии. Назрань, 2002). На основе анализа данных Никоновской летописи и ингушского фольклора, Б.Д. Газиков сделал вывод: «Мы считаем, что события 1562 г., когда кабардинские князья совместно с ногайскими мурзами и отрядом казаков во главе с Г. Плещеевым, совершили поход на Центральный Кавказ, разворачивались на ингушской территории и вызвали исход ингушей с равнины Гарма-аре (междуречье Терека и Камбилеевки, — Н.К.), Газалте (долина реки Гизель, — Н.К.) и долины реки Сунжа. Эти события запечатлены в памяти народа. Так, в легенде «Махкинан» говорится о предке гвилетцев Чербыже, в числе немногих жителей долины Сунжи, спасшихся от нашествия кабардинских князей, ногайских мурз и отряда казаков. Чербыж реальное историческое лицо. Спасшись от неприятеля в (more…)

Дарьяльское ущелье с древнейших времен служило людям главной дорогой из Европы в Переднюю Азию. Народы, жившие в Дарьяльском ущелье и на территории прилегающей к ней, подвергались нападениям завоевателей, в результате чего этническая карта часто изменялась. В середине XVI века в борьбу с Персией и Турцией за овладение стратегической и торговой дорогой, связывавшей Россию с Закавказьем, вступает Иван Грозный. В течение короткого периода он предпринимает три похода на Северный Кавказ: в 1563, 1566 и в 1591 гг. Среди ученых нет единого мнения в вопросе о том, где происходили указанные события, кого из современных народов следует подразумевать под названием «соны» и «мшаны», упоминаемых в отписках (рапортах) воеводы Григория Плещеева, руководившего военным отрядом царских войск и т.д.
Военные успехи и политика воюющих сторон нас интересуют лишь в той мере, в какой можно более аргументированно осветить главный вопрос, интересующий нас. Это выявление забытых ныне этнических имен предков ингушей, чеченцев, бацбийцев и др. нахов. Как известно, Иван Грозный покорил Казанское ханство в 1552 году, Астраханское — в 1556 году и в 1567 году в низовьях Терека построил крепость «Терки», (more…)

В конце 20-х – начале 30-х гг. XIX в. происходит переселение ингушей на плоскость через Ассинское ущелье, основываются ингушские селения в нижнем течении Ассы и по берегам Сунжи в пределах современного Сунженского района Ингушетии. На карте 1834 г. в этом районе имеется целая сеть ингушских поселений, а на месте современной станицы Орджоникидзевской значится селение Корей. В рапорте Владикавказского коменданта Широкого от 31 декабря 1838 г. оно обозначено как Курей-Юрт. Согласно этому рапорту в селе находилось 105 дворов и проживало 585 человек. Для того времени – это довольно крупный населенный пункт. На карте 1840 г. это село обозначено как Корей-Юрт. (more…)

«Предание гласит, что в ней (крепости) скрывалась какая-то царица Дария. Давшая имя свое ущелью — сказка. Дариал, на древнем персидском языке значит — ворота». (А.С.ПУШКИН. «Путешествие в Арзрум»).

Вторая половина XVI века, в истории Северного Кавказа, да и в частности Ингушетии, ознаменовалась началом установления тесных контактов народов Северного Кавказа с Россией. Именно в этот период наблюдается активизация ингушских владетельных фамилий, направленная на принятие русского подданства.
В исторической литературе хорошо известно имя Шиха-мурзы Окуцкого. Он был один из первых представителей ингушского народа, способствовавших оживлению дипломатических отношений между Северным Кавказом и Россией. Еще в 1567 году, когда на Тереке появляются первые русские укрепления, Окуцкий вместе с отцом Ушаромой начинают служить московскому царю. Свое политическое кредо он четко выразил в дошедшей до наших времен челобитной царю Федору Иоанновичу. «…И после снесения их, — пишет Окуцкий царю, — с терскими атаманами и казаки тебе, государю, служили и твое государь имя (more…)

Генерал-майор Слепцов Николай

В   1803  году  инспектор  Кавказской  линии  главнокомандующий  в   Грузии, генерал-лейтенант князь Цициановъ,  составил  проект о занятии военными  поселениями линии  от  Екатеринодара  до  Владикавказа  и тогда  же предполагалось занять линию по р. Сунже и обеспечить Сунженское предгорное пространство. В   1806 году князь Цициановъ был убит,  и вопрос этот заглох. Однако, в то время Сунженская линия уже сама собой являлась стратегическим пунктом, обеспечивая крепость Владикавказ, которая в  1784 году была воздвигнута для сообщения с Грузией.

Мысль кн. Цицианова пытался осуществить в 1810 году генерал Булгаков, но осуществиться ей не было суждено. Лишь только через 5—8 лет Сунженская линия получила определенные границы. В 1815 году заложено было укр. Преградный Стан, близь нынешней Михайловской станицы, а 10-го июля 1818 года генерал Ермолов устроил кр. Грозную. Точных намерений ген. Ермолова никто не знал, но очевидно было, что кр. Грозная должна была служить с Владикавказом одной общей оборонительной линией в Малой Чечне. В 1842 году, в бытность военного министра князя Чернышева на Кавказе, велено Кавказскому линейному казачьему войску распространить военные поселения по р. Сунже. Таким образом, князю Чернышеву принадлежит окончательная мысль образования Сунженской линии.

В 1845 году введено положение о Кавказском линейном войске. В этом же году впервые явился Н. П. Слепцов с офицерами и урядниками Моздокского полка в укр. Волынское (ныне Троицкая станица). С ним прибыли и нижние чины Кубанского и Ставропольского полков Кавказского линейного войска и часть Донских казаков. Из них и начал формироваться Сунженский линейный полк, занявший линию по р. Сунже. С каждым годом, начиная от Волынского укрепления, выдвигались одна за другой казачьи станицы вплоть до кр. Грозной. Это продолжалось более 15 лет, до тех пор, пока не было обозначено пространство от Каспийского до Черного морей; одновременно с заселением. Сунженской линии станицами шло таковое и (more…)

казаки

В данной статье, на основе анализа документальных материалов и литературы последних лет, предпринята попытка определить время и место первоначального расселения гребенских казаков на Тереке.

Литература по истории казачества на Тереке весьма обширна [1], анализ отдельных ее аспектов отчасти дан в работах Н.П. Гриценко [2], Л.Б. Заседателевой [3], В.И. Денискина [4], Е.Н. Кушевой [5] и др.

Время появления гребенских казаков на Северном Кавказе и определение места их первоначального поселения на сегодняшний день также трудно определить, как и сто лет назад. Эта проблема продолжает вызывать споры и противоречивые мнения.

Не  удалось решить эти вопросы и авторам соответствующих глав обобщающего труда «Истории народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в.» (М., 1988),  в которых дается общая констатация о том, что « место первоначального расселения гребенских казаков окончательно не определено». Причина этого заключается не в анализе документальных источников о казачестве, а в обобщении мнений различных историков, вроде того, что  «если учесть все существующие  точки зрения…, то можно предположить…» [6].

Именно  эти обстоятельства побудили нас мобилизовать поиск новых источников повышения информативной отдачи  известных уже документов.  Один из них является предание «Описание гребенских казаков», составленное в 1741 – 1745 годах. Ориентиры, упоминаемые  в «Описании…», не могут быть точно локализованы без привлечения дополнительных данных языка, топонимии, фольклора, этнографии и географических карт.  Нельзя решать вопрос, основываясь на данных только одной ветви науки (будь то язык или этнография), без учета достижений других родственных наук. (more…)

До последнего времени в этнографической литературе Кавказа проблема табуирования (запретов) многих семейно-бытовых отношений чеченцев и ингушей не получила более или менее полного освещения. Ценные сведения по данному вопросу имеются у таких дореволюционных и советских авторов, как Н. Ф. Грабовский, В. П. Пожидаев, Б. Далгат, а также в популярной книге советского лингвиста и кавказоведа профессора Н. Ф. Яковлева «Ингуши» и в работе Я. С. Смирновой по избеганию у адыгейцев.

Попытку широкого изучения обычаев избегания у чеченцев и ингушей и сравнительного анализа табуирования у кавказских и азиатских народов предпринимает современный чеченский этнограф А. А. Исламов. (more…)

Берснак Газиков

Можно предположить, что и слова «тъжпан», «гжмжх» и «дуйней» являются топонимами. В рассматриваемом нами районе имеется топонимы Тъжпан и Гжмжх. Слово же «дуйней» (переводимое в «Песне», как «обширный») может иметь отношение к топониму, образованного от имени собственного Дуй, или к названию р. Дея, протекающей в рассматриваемом районе.

Таким образом, горой Сау, с которой видны указанные ориентиры, и до которых могли дойти звуки свирели Ацамаза, является одна из вершин хребта ApгI, расположенная недалеко от вершины ЗагIи-боарз.

Дж. Коков в изданных 2000 г. «Избранных трудах» отмечает топоним ЩIыубгьуэ [Шиубго], который локализует к востоку от Ст. Уруха, и приводит его значение «Подстил». Слово «бгьу» на кабардинском языке означает «бок» ( берег). Поэтому, мы считаем, что слово «ЩIыубгъуэ», состоящее из «ЩIыу» и «бгьуэ», может означать «Бок (берег) ЩIыу», где ЩIыу идентично Сау (Шау).

При анализе поэмы «Алгузиани» на грузинском языке, мы обнаружили термин «Шавис-мта», который переводится как «Черная гора». Имеется также и выражение «Шависа ЗгIвиса», переведенное как «Черное море». Мы считаем, что данный перевод неверен, т.к. «Шау» и «3IагIи» могут означать имена собственные, от которых получили названия гора Сау-хох осетинских сказаний и упомянутая вершина ЗагIи-боарз. Т.о., под названием «Шависа- ЗгIвиса» имеется ввиду местность, где расположены гора Сау-хох и вершина ЗагIи-боарз. (more…)

Берснак Газиков

Сегодня мы мало задумываемся о значении эпоса в жизни того или народа. Не придаем значения и тому, как переиначиваются эпические сказания. Возьмем, к примеру, нартский эпос, который является замечательным памятником устного народного творчества народов Северного Кавказа. Анализу нартского эпоса посвящены многие исследования ученых. Однако вопросы, касающиеся, в частности, генезиса и ономастики, не нашли до сего времени удовлетворительного разрешения. На наш взгляд, причина этого кроется в том, что исследователи при анализе эпоса недостаточно учитывали исторические реалии, или же находились в плену ложных выводов авторитетных ученых.

Так, наличие нартского эпоса у тюрко-язычных карачаевцев и балкарцев или ирано-язычных осетин породило многие ложные исследования на тему тюркских или иранских корней данного эпоса. Хотя, как известно, Северный Кавказ не является колыбелью ни тюркского, ни иранского миров. Эти миры на Кавказе являются пришлыми, а нартский эпос формировался, по мнению многих исследователей, задолго до их прихода, у местных аборигенных народов Кавказа — нахов и адыгов, в том числе и у кавказских предков карачаевцев, балкарцев и дигорцев, которые были позже ассимилированы пришлыми племенами.

Об общности корней карачаевцев, балкарцев и ингушей могут свидетельствовать и некоторые ингушские субстратные слова в карачаево-балкарском языке. Х.Х. Малкондуев отмечает: «О большой роли легендарного Басиата в судьбе балкарского народа говорит ряд связанных с его именем выражений, (more…)

“В текущем году в Назрановскую горскую школу подано свыше 150 прошений о приеме детей. Такого наплыва со времени основания школы никогда не наблюдалось. Из этого огромного числа пришлось выбрать только 48 человек, которыми и заняты все вакантные места. Остальным 106 мальчикам в приеме было отказано. Впрочем, в виде утешения, они были зачислены кандидатами на следующий год.

Родители мальчиков, оставшихся за бортом школы, избрав из своей среды доверенных, отправили к директору народных училищ ходатайствовать об открытии при горской школе параллельного отделения. Но ходатайство в том виде, как оно было возбуждено, удовлетворено быть не могло, кажется, число по “финансовым” соображениям, хотя принципиальное согласие по этому вопросу и не дано. (more…)

“14 февраля 1868 года начальником Терской области открыто давно ожидаемое училище в Назране. Мне удалось присутствовать при этом в качестве зрителя, видеть собравшийся народ, осмотреть помещение школы и собрать некоторые сведения об ее устройстве, которыми хотел бы поделиться с читателями терских ведомостей.

В день, назначенный для открытия училища, в ожидании приезда начальника области собран был народ перед домом, занимаемым Начальником округа, тут же отдельно стояли мальчики, выбранные в школу, со своими отцами. Дети все были одеты в своих национальных костюмах весьма хорошо и даже бедные горцы не уступали в одежде жителям плоскости.

Генерал-Адъютант Лорис-Меликов тотчас по прибытии осмотрел здание школы и, приветствуемый народом, поздравил его с открытием училища, высказав при этом, что дальнейшее развитие столь полезного учреждения будет зависеть от сочувствия к нему народа, так много уже сделавшего для его осуществления. (more…)

Берснако Газиков

Алагирское ущелье, по мнению многих исследователей, считается центром формирования осетинского (иронского) народа. Процесс этого формирования закончился с походом Тимура на Центральный Кавказ в конце XIV века, когда ираноязычное племя вторглось через «АргIи наар» в Алагирское ущелье и истребило живших там местных жителей — алан. Есть точка зрения, что иранцы появились здесь значительно раньше — во времена монгольских походов XIII века. «Во всяком случае, — считает Б. А. Калоев, — после монгольского наше­ствия иронцев оказалось намного больше, чем дигорцев».(1)

Не отвергая эту точку зрения и утверждение В.Х. Тменова, что «здесь в го­рах и происходит в XIII-XIV вв. окончательное оформление этнического типа и основных черт культуры и быта осетин»(2), мы все же склонны считать, что именно поход Тимура в 1395 году привел к формированию осетинского народа. Об этом свидетельствуют и генеалогические предания осетин. Так, по данным Б. А. Калоева, «появление многих родов в Центральной и Южной Осетии датируется не ранее, чем XV-XVI вв.»(3)

В осетинском фольклоре в дигорских вариантах имеются легенды о борьбе народа с полчищами Тимура, у иронов таких легенд нет, хотя всем известно, что Тимур был на территории Осетии и принес страшные разрушения, что не должно было остаться вне поля зрения и не зафиксироваться в памяти народа, который здесь жил, как, например, у дигорцев. (more…)

Берснако Газиков

Как известно, военные действия Тимур осуществлял в этом походе в на­правлении с запада на восток. После покорения черкесов, Тимур направляется к горе Эльбурз. Принято считать, что под этим названием скрываются горы Кавказа. Не отрицая этого, мы полагаем, что военные действия, происходив­шие между походами Тимура на черкесов и против области Симсим (Зумси, Чечня), происходили на территории Ингушетии, т.е. под областью Эльбурз в данном конкретном случае подразумевается территория проживания ингушей, которая включала в тот период следующие области: Йоалхоте, Къаскам, Ачалкхе, Гарма-аре. Газалте, Наьсаре, Онгуште, Товзан-юххе, Яндаре, Фак-йисте (долина р. Фиагдон) и др.

Именно на этой территории находились многочисленные городища (инг. «бур-боарз») — система ингушских наблюдательных и сторожевых пунктов, располо­женных на естественных и искусственно возведенных высотах: Гага-боарз, Ныгваре-боарз, Тогуз-боарз, Шин-боарз, Темырха-боарз, Дозу-боарз и др.

О присутствии Тимура в Ингушетии свидетельствуют и рвы, называемые в народе «Темыр ор» («Ров Тимура») в районе сс. Кантышево, Брут, Заманкул, Карабулак и т.д.

Местами стоянок войска Тимура на этой территории могли быть:

1 .Татар-туп (у Йоалхоте);

2. район кургана Амбис (Арада) на правом берегу Терека (юго-восточнее г. Беслан), где недалеко расположены два кургана «Топан» и «курган Османа»;

3. Туп-илла-те («место стоянки войска») — к северу от с. Плиево, недале­ко от мавзолея Борга-Каш;

4.Тупеляси — в районе Барта-Боса (Тарская долина). (more…)

Документ из канцелярии совета министров царской России «О незакономерных действиях воинских отрядов, посланных для поимки разбойников в Ингушии и Чечне».

Архивные фотодокументы предоставил, Магомед Аушев.

(more…)

Берснако Газиков

В результате похода Тимура ингуши на некоторое время оказались запертыми в горах, а равнины, на которых они ранее проживали, а также Терский и Сунженский хребты опустели. Со временем ингуши вновь осваивают свои прежние места: Гармааре, долины рек Сунжи, Ассы, Терека, Газала, Фака (Фиагдон), но освоить всю бывшую их территорию оказались еще не в силах.

В это время здесь появляются отряды кабардинских и ногайских князей мурз, а также русских казаков, и ингуши вновь вынуждены были уйти в горы. В результате ингушская плоскость оказалась под влиянием кабардинских князей. Это дало повод некоторым историкам утверждать, что занятая кабардинцами территория, получившая название Малая Кабарда, является исконно кабардинской.

Говоря о заселении Кабарды, исследователь В.М. Аталиков пишет: «Из приведенных материалов следует, и это широко известно, что кабардинцы являются пришельцами в район Пятигорья». И далее: «Поскольку уже в 1501-1505 г. кабардинцы прочно засвидетельствованы в Пятигорье русскими и иностранными источниками под названием «пятигорские черкесы», то неизбежен вывод, что именно в промежутке между 1452-1500 гг. они пришли на территорию нынешней Кабарды. Этот хронологический промежуток можно сузить, если принять, что кабардинцы ушли с Кубани после захвата турками в 1475 году Крыма и Таманского полуострова. В этом случае время переселения кабардинцев в Пятигорье пришлось бы на 1475-1500 гг. Возглавляли пришельцев два внука Инала — Кабарти-беки Таусултан и Кайтуко, которые тогда же дали свое родовое имя области и разделили Кабарду на Большую и Малую».

«Обратимся теперь к топонимике Кабардино-Балкарии, — продолжает исследователь. — Названия Кызбурун, Лечинкай, Баксан, Терек, Герменчик, Куба, Чегем, Нальчик, Бештау и т.д. — тюркские… До кабардинцев здесь, как известно, жили аланы. Если кабардинцы не переменили данные аланами названия рек и местностей, то, вероятно, потому, что эти названия были им понятны… Кабардинцам, пришедшим сюда в 15 в., была понятна эта топонимика, и они не сочли нужным ее менять». (more…)

Берснако Газиков

Как-то мне в руки попался номер журнала «Кубанский каза­чий вестник» за 1915 г. В нем был опубликован материал о кав­казцах, воевавших в первую мировую войну в Карпатах. Ниже я полностью привожу эту статью.

«В «Киевлянине» находим следующие интересные эпизоды из Карпатских боев, в которых отличаются своей безумной отва­гой и храбростью кавказцы.

Так, при наступлении в Карпатах ежедневно происходили крупные штыковые схватки. В одном из таких случаев коман­дир 2-ой роты №… полка повел своих людей на австрийский окоп, расположенный в 700-800 шагах.

Не успели наши пробежать и половины пути, как вдруг заме­тили, что справа от вдали видневшегося леса, наискось пере­секая лощину, прямо на австрийский окоп бешеным галопом мчится какая-то фантастическая фигура.

Что это такое?

Все были озадачены, и даже на некоторое время притихла перестрелка.

Человека не было видно. Казалось, что мчится взбесившая­ся лошадь с огромными черными крыльями. Однако бинокль вскоре позволил выяснить, в чем дело. Это был не центавр, а какой-то горец с широко развевающейся буркой, прямо-таки лежавший на своей лошади.

Австрийцы, также пораженные диковинным зрелищем ата­кой одного лишь всадника, прекратили пальбу и словно оцепе­нели. Наши же, сообразив, в чем дело, тем временем успели далеко пробежать вперед. Наконец, враги опомнились и снова открыли ураганный пулеметный и ружейный огонь. (more…)

Вассан-Гирей Джабагиев

I. Работа с большим и прекрасно сохранившимся томом подшивки журнала «Свободный Кавказ» (октябрь 1951 г. – март 1954 г.) в Библиотеке Конгресса США счастливым образом в это несчастливое время помогает прояснить некоторые политические, военные и социальные процессы на Кавказе и в России, свидетелями которых мы являемся

Мы выделили, на наш взгляд, главнейшие векторы в политической публицистике кавказской эмиграции, идейными лидерами которых в 50-е годы, несомненно, были ингуш В.-Г. Джабагиев и чеченец А. Авторханов.

Первый вектор – это осмысление публицистики В.-Г. Джабагиева в «Свободном Кавказе» за четыре года. Что важно для объемного и полноценного знания колоссального массива его статей, очерков, отдельных больших работ в виде книг, который еще, к сожалению, не сведен в единый и полный каталог.

Второй – прояснение того, что такое кавказская свобода в понимании кавказских политиков и политологов первой и второй волны кавказской эмиграции, выступивших более или менее единым идейно-политическим «фронтом» против советского коммунизма и империализма.

И, наконец, третий (как некий политический итог) – неизбежность осмысления кавказского единства как гарантии коллективной безопасности народов всего Кавказа.

Журнал «Свободный Кавказ» издавался недолгих четыре года в Мюнхене в начале 50-х годов на русском языке. Главным редактором его был Абдурахман Авторханов (А.Уралов), ведущими авторами — В.Г.Джабагиев, А.Г. Турпал, Х.Аслан, Омар Исламов, С.Мусаев, Тау-Султан, И.Бариц, Г.Мурат, Е.Андреевич и др.

Эти люди, прекрасно зная ситуацию коммунистической России (тогда СССР) изнутри, будучи деятелями своего века, стояли на позициях именно европейской демократии. Которая, судя по их работам, была возможна в единой и неразрывной связке с вечно вожделенной свободой. (more…)

Как известно, Осетия находится в центральной части Северного Кавказа, на территории распространения древней кобанской культуры, датируемой рубежом II-I тысячелетий до н.э. Эта культура охватывала территорию Кабардино-Балкарии, современной Осетии, Ингушетии и Чечни. Из общности культуры можно предположить, что на этой территории проживали близкие или родственные между собой племена.

Осетинское название Северной Осетии — Цегат Ирыстон. Основу ее населения составляют дигорцы и ироны — народы, имеющие разное происхождение. В.И. Абаев пишет, что «название дигор было связано по происхождению с каким-то племенем, отличным от иранцев-алан»‘ (читайте — «иранцев», ввиду недоказанности ираноязычности алан, — Б.Г.).

Дигорцы — древний народ, родственный предкам балкарцев и ингушей. Упоминание о нем имеется в «Армянской географии» Vll века. Самоназвание — дигорон. Известны они и у соседних народов: сванов — дигор, балкарцев и карачаевцев — дюгер-ле, кабардинцев — дегор, ингушей — дугарой. Несмотря на то, что дигорцы подверглись влиянию пришлого племени — носителя иранского языка, они во многом сохранили свою самобытность.

Рассказы старожилов-ингушей свидетельствуют о том, что в прошлом Осетию населяли предки ингушей. (more…)

Александр Некрич

Гораздо сложнее обстояло дело с устройством возвратив­шихся в Северную Осетию ингушей. При восстановлении Че­чено-Ингушской АССР было решено оставить Пригородный район, с трех сторон примыкавший к столице Северо-Осетин­ской АССР г. Орджоникидзе (Владикавказ), в составе Север­ной Осетии.

Для того, чтобы понять суть вопроса, заглянем в прошлое.

…Владикавказ был основан на правом берегу Терека на ме­сте трех ингушских аулов, из которых, наиболее крупным был аул Заур. Осетины же жили на левом берегу. В конце XVIII в. русские военные власти для увеличения гарнизона Владикав­каза привлекли туда осетин, живших в горах. В начале XIX в. была восстановлена крепость у входа в Дарьяльское ущелье, и осетины возвратились на свои старые места. Позднее их высе­лили, и они обосновались недалеко от Владикавказа, в Ольгинской. Во время советской  власти Владикавказ стал центром Горской республики.

Некрич А. Наказанные народы. Нью-Йорк, изд. «Хроника», 1978.

Опубл. также: Журнал «Нева», 1993, № 10;

Так это было. Т. 2. М., 1993, с. 148.