Ингушетия: Исторические Параллели

16.01.2010

ПИСЬМО В ЦК КПСС О СУДЬБЕ ИНГУШСКОГО НАРОДА. Начато в феврале 1972 года. Окончено и отправлено в ноябре 1972 года

«Пожалуй, нет человека, который не испытывал бы неискоренимого чувства любви и привязанности к земле дедов и прадедов, к родной культуре, к своему языку, к языку традициям и  обычаям».

Л.И. Брежнев

В нашей стране все большие и малые народы имеют огромные достижения в политической, экономической и культурной жизни. Однако ингушский народ, насчитывающий в своем составе более 170 тыс. человек, к сожалению, не может назвать себя в числе этих народов.

Широкая политическая кампания, проводимая в этом году по поводу 50-летия СССР, основанного на дружбе народов, охватила всю страну и в том числе Ингушетию. Эта кампания до боли обострила в нашем народе сознание своего бесправия на фоне общего подъема и процветания советских национальных автономий.

В этом письме мы, ингуши, обеспокоенные своим сегодняшним трагическим положением, хотим рассказать о судьбе ингушского народа, выразить его коренные интересы и законные права, предоставленные ему Великой Октябрьской социалистической революцией, как и другим народам бывшей царской окраины.

Партия Ленина всегда представляла интересы народа, его чаяния. Наш народ уверен в том, что Ленинский Центральный Комитет правильно решит вопрос, который нами ставится в данном письме.

Сегодняшняя Ингушетия — это край экономического и духовного застое. Почти все заслуги ингушского народа в борьбе за Советскую власть забыты. Ингушетия по существу лишена реальных условий для нормального развития. Территория ингушей поделена между соседними народами, а сами ингуши частью поселились в оставшихся за ними населенными пунктами, частью разбросались по всей стране.

В исторической литературе общим местом стало положение о том, что до Октябрьской революции ингуши страдали от малоземелья. Но дело в том, что и сегодня, на шестом десятилетии Советской власти, земельный вопрос в Ингушетии остается проблемой номер один.

До Октябрьской революции ингушские земли отбирались для терских и Сунженских казаков, являвшихся опорой царизма в его колонизаторской политике. Так, в 1847-1861 годах у ингушей в пользу казачества были отобраны десять населенных пунктов. А в годы Советской власти это повтори ли, в основном, осетинские националисты.

В 1928-1934 годах осетинские националисты вытеснили ингушей из города Владикавказа, построенного на месте старинного ингушского селения Заур /Заур-коу/. В 1944 году, воспользовавшись трагедией ингушского народа, осетины заселили всю Ингушетию. Наконец, в 1957 году, вопреки единодушному протесту всего ингушского народа, Северной Осетии передали Пригородный ингушский район, Кескемские хутора и часть земли возле станицы Вознесенской из Малгобекского района /88,8 тыс.га, т.е. почти 55 процентов всех пахотных земель/. Причем как Пригородный район, так и Кескемские хутора отобраны у ингушей и переданы Северо-Осетинской АССР в ущерб территориальной и административной целостности Ингушетии. Так, Пригородный район, как и в годы царизма, разъял Ингушетию на две изолированные друг от друга части — горную и плоскостную. Более того, этот район огромным неестественным клином разрывает на две части даже отдельно взятый Назрановский район Ингушетии. И чтобы, например, из города Назрани попасть в Джерахское ущелье, входящее в Назрановский район, нужно проехать через Пригородный район, являющийся ныне территорией Северной Осетии.

Галашкинский /Первомайский/ район Ингушетии поделен между казачьим Сунженским и чеченским Ачхой-Мартановскнм районами Чечено-Ингушской АССР.

Ачалукский и Пседахский районы Ингушетии также ликвидированы и их земли переданы частично Назрановскому и Малгобекскому районам и частично Северной Осетии.

Одним словом, Ингушетию поделили, как делят землю под индивидуальные огороды. В результате, из пяти районов Ингушетии, существовавших до 1944 года, остались фактически только два — Назрановский и Малгобекский, которые и представляют собой современную Ингушетию.

Сегодня все ингушские селения перенаселены и неблагоустроенны. В большинство из них ведут плохие дороги, а отдельные села даже не обеспечены питьевой водой. Ингушские селения не газифицированы, несмотря на то, что по территории Ингушетии вдоль и поперек проложены магистральные газопроводы.

За несколько десятков лет в Назрановском районе не построено ни клуба, ни дома культуры, ни универмага, ни гостиницы, ни больницы. Районная больница размещена в ветхом здании бывшей царской крепости» построенной еще в начале XIX века.

О крайне стесненном и неустроенном быте назрановских труженников писала и газета ЦК КПСС «Социалистическая индустрия» в корреспонденции «Назрановские неурядицы» за 12 июля 1972 года.

Не лучше обстоят дела и в самом районном центре — городе Назрани, где почти не ведется жилищно-бытовое строительство. Такие крупные промышленные предприятия, как Назрановский завод «Электроинструмент» и Назрановская трикотажная фабрика, не обеспечены рабочей силой, так как не решен комплекс проблем, связанных с нормальным функционированием современного социалистического предприятия. Поэтому производственные мощности этих предприятий используются далеко не полностью.

Завод минеральных вод в селении Ачалуки и курорт «Ачалуки» были построены еще в 20-х годах. Однако производственная мощность этого завода, вырабатывающего весьма ценную минеральную волу «Ачалуки», с каждым годом становится меньше, а курорт «Ачалуки» давно уже не функционирует.

После ликвидации Галашкинского /Первомайского/ района Ингушетии культурная и экономическая жизнь в селениях этого района стала замирать: филиал слюдяной фабрики в селении Галашки закрыли, лесопильный завод в селении Мужичи, оторвав от сырьевой базы, перенесли в станицу Орджоникидзевскую, а узкоколейную железную дорогу от станции Слепцовская до селения Мужичи разобрали, оставив всего-навсего маленький лесоучасток с небольшим штатом. Главное богатство Галашкинского района — драгоценный буковый лес — вырубается. И это в районе, где проживает более 10 тысяч человек и где имеется лишь один колхоз с пахотной землей в 1800 га. Ясно, что там нет никаких реальных условий для трудоустройства деятельного населения. А совсем недавно МВД республики перенесло отделение милиции из селения Первомайское /Галашки/ в станицу Нестеровскую, ближе к райцентру, где и так имеется РОВД. С селениями бывшего Первомайского района нет даже нормальной телефонной связи.

В селении Мужичи, где в годы гражданской войны находился Серго Орджоникидзе, руководивший борьбой горских народов против деникинской армии, было решено построить выставочный павильон филиала республиканского краеведческого музея. Возвели стены, затратили средства и законсервировали.

Все эти меры превратили бурно развивающийся в первые годы Советской власти район в сырьевой придаток Сунженского района.

Полному забвению предан и другой уголок Ингушетии — Джерахское ущелье, в котором находится климатологический курорт «Армхи», по своим природным особенностям превосходящий всемирно известный швейцарский курорт «Давос», ценнейшие памятники материальной культуры ингушей /башни, склепы, святилища и т.д./ и, наконец, места пребывания Серго Орджоникидзе и его соратников в годы гражданской войны.

Об ингушский башнях, распложенных в Ассиновском и Джерахском ущельях, лауреат Ленинской премии, профессор В.Н.Крупнов пишет: «Ингушские боевые башни являются в подлинном смысле вершиной архитектурного к строительного мастерства древнего населения края. Они поражают простотой формы, монументальностью и строгим изяществом… Можно сказать, что ингушские башни для своего времени были подлинным чудом человеческого гения, как для нашего столетия новые шаги человека в небо» /В.Н.Крупнов. Средневековая Ингушетия. М., 1971, стр.71/.

Однако все это: и курорт, и революционные места, и архитектурные памятники — имеет в настоящее время жалкий вид. Так, деревянные здания курорта «Армхи», сооруженные сорок пять лет тому назад, давно пришли в полную негодность да вдобавок еще поражены грибком. А дороги к курорту совершенно испорчены. Рядом с курортом «Армхи» находится дача, которую ингушский народ построил в подарок всесоюзному старосте Н.И.Калинину. Заброшенная и забытая, эта дача также пришла в негодность.

Ценнейшие памятники материальной культуры ингушей веками сохранялись нетронутыми, ибо сам народ их оберегал. Однако уже в наше время, начиная с 20-х годов, эти памятники подвергаются постепенному и систематическому разрушению и разграблению из-за того, что не охраняются, а во время нашего выселения хевсурские и осетинские чабаны содержали в них скот. Пробивали в нижних этажах башен проходы для скота, а в могильниках жгли костры. Это разрушение продолжается по сей день.

Богатейшие по природным и климатическим особенностям Ассинское и Джерахское ущелья, где на альпийских лугах паслись сотни тысяч овец, стада крупного рогатого скота и табуны лошадей, заброшены. Для их улучшения и благоустройства не делается ничего. В горах Ингушетии имеются и полезные ископаемые: рудные и нерудные материалы, бром, йод, поваренная и йодистая соли, которые не разрабатываются.

II

Нынешнее положение ингушей создалось не вдруг, а постепенно, исподволь, н началом его явилось присоединение Ингушетии к Чечне в 1934 году. Оба наши народа веками жили рядом на своих землях, но имели неодинаковые исторические судьбы. Экономическим, культурным, географическим и административным центром Ингушетии был город Владикавказ, а так же центром Чечни — Грозный.

Объединение Ингушетии и Чечни произошло по инициативе осетинских националистов в начальный период культа личности Сталина и целью этого мероприятия было вытеснение ингушей из города Владикавказа.

Объединение с Чечней, к сожалению, принесло Ингушетии не развитие, а утрату тех достижений и завоеваний, которые она приобрела в период самостоятельного существования до 1934 года.

В 1934 году Ингушетия вошла в состав Чечено-Ингушской автономной области с пятью районами, как равноправная половина этого административного союза двух народов. Однако равноправие двух народов стало нарушаться в основном с момента восстановления автономии чеченцев и ингушей, так как в основу норм представительства было положено количественное соотношение ингушского и чеченского населения — так называемый принцип «один к пяти».

В результате этого в правительстве ЧИ АССР из 14 министров ингушей один /местная промышленность/, из 5 председателей комитетов ингушей один /по физкультуре и спорту/, из 23 начальников управлений один /строительство и ремонт автомобильных дорог/, а в самом Совете Министров республики из шести руководителей ингуш тоже один.

В годы же гражданской войны, например, когда участие народа в революции не ограничивалось пропорциями и нормами представительства, ингуши ярко продемонстрировали преданность делу революции. А в период мирного строительства /1924-1934 годы/, когда Ингушетия имела свою автономию, наш род был в рядах передовых на Северном Кавказе.

Объединение Ингушетии и Чечни фактически сковало творческую инициативу ингушского народа во всех областях экономического, социально-политического и культурного строительства. И теперь ингуши не только не впереди, а уныло плетутся позади других народов Северного Кавказа. В ИНГУШЕТИИ НЕ РЕШЕНА ОДНА ИЗ ГЛАВНЫХ СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ЗАДАЧ ПРОЛЕТАРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ -ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ АГРАРНЫХ ОКРАИН И СОЗДАНИЕ НА ЭТОЙ ОСНОВЕ НАЦИОНАЛЬНОГО РАБОЧЕГО КЛАССА. Даже на заводе «Электроинструмент», «трикотажной фабрике и других предприятиях города Назрани около половины ж работающих живут в близлежащих селениях. Утром их привозят на работу Назрань, вечером же — отвозят обратно в свои селения. Точно так же из селений Назрановского района да и из самой Назрани ежедневно 70-80 автобусов и грузовиков увозят ингушей на различные наемные работы в город Орджоникидзе Пригородный район. Кроме того, большая часть ингушского населения Назрановского, Пригородного и других районов ежегодно на шесть-семь месяцев уезжают на сезонные строительные работы в совхозы и колхозы Казахстана, Сибири, Урала и Севера, оставляя на весь этот период свои семьи без присмотра. Все эти промежуточные слои ингушского населения еще не являются рабочим классом в полном смысле слова, ибо оторванные от селений и сельскохозяйственного труда, они еще не закрепились на предприятиях, где работают.

Неравноправие Ингушетии в составе Чечено-Ингушской АССР, начиная с 1934 года, все более и более закрепляется и в исторической науке. История Ингушетии вообще не принимается во внимание, ее постепенно сознательно «забывают». Во всех общественно-политических мероприятиях республики за исходное берется только история Чечни, а история Ингушетии при этом игнорируется.

Так, например, 50-летие Чечено-Ингушской АССР отмечается 30 ноября 1972 года на том основании, что Чечня выделилась из состава Горской республики автономная область 30 ноября 1922 года. При этом во внимание не принимается тот факт, что другая половина Чечено-Ингушской АССР — Ингушетия выделилась из Горской АССР только 7 июля 1924 года. И, следовательно, если исходить из этого принципа, 50-летие автономии Ингушетии надо отмечать в 1974 году.

Совершенно забытым, а вернее непризнанным, оказалось такое важное в исторической судьбе ингушского народа событие, как добровольное соединение Ингушетии к России 23 августа 1810 года. ОДНАКО В 1960 ГОДУ ЛЕТИЕ ПРИСОЕДИНЕНИЯ ИНГУШЕТИИ К РОССИИ НЕ ОТМЕЧАЛОСЬ. Это не могло быть в интересах тех, кто пытается перечеркнуть прошлое нашего народа. Но самим ингушам далеко не безразличен акт присоединения Ингушетии к России, потому что он отражает давние дружеские отношения между русским и ингушским народами. В этой связи надо отметить, что между Россией и Ингушетией никогда не было военных конфликтов. Здесь для сравнения следует привести такой факт: в 1968 году в Северной Осетии торжественно отмечалось е такое незначительное событие, как 100-летие со дня присвоения осетинскому хутору, основанному на ингушских землях, имени «великой княгини Ольги Федоровны /ныне — селение Ольгинское/.

С момента объединения Ингушетии и Чечни многие историки, развивая научный принцип «единой истории Чечено-Ингушетии», вопреки действительным историческим фактам и событиям, стали создавать историю, с урезыванием исторической роли ингушей, в ущерб интересам ингушского народа. Дело доходило до того, что даже высказывания Орджоникидзе, Кирова и других большевиков о революционном прошлом ингушей брались под сомнение и цитировались с сокращениями, а высказывания Деникина, Ляхова и т.д. о решающей роли ингушского народа в период гражданской войны на Северном Кавказе объявлялись незаслуживающими внимания, ибо они исходили от врагов Советской власти. Одним словом, с какой бы стороны не подчеркивались революционные заслуги ингушского народа и их преданность Советской власти, это вызывало подозрение и скептическую реакцию.

Третирование интересов Ингушетии проявляется даже в самой, казалось безобидной форме. Так, в столице Чечено-Ингушетии — городе Грозном лишь изредка можно встретить на дверях учреждений, организаций и предприятий вывеску, на которой бы данное заведение обозначалось на ингушском языке. Точно так же конституционный ингушский язык незаметно снят даже со штампов печатей министерств республики. Литературы на ингушском языке издается значительно меньше, чем на чеченском и русском языках.

К сказанному выше следует добавить, что дата объединения Ингушетии с Чечней- 1934 год — явилась и датой захоронения ингушского национального искусства, театра, который в 1931 году на Олимпиаде народов Северного Кавказа в Ростове занял первое место. С 1934 года до сегодняшнего дня, ингушский народ не имеет своего национального театра, не говоря уж об ансамбле песни и танца, эстрадно-концертной труппе и т.д…

Таким образом, все ведется к тому, что в недалеком будущем ингушский народ, как таковой, перестанет существовать. В этой связи симптоматичен (объединенный номер газет автономных республик Северного Кавказа / «Грозненский рабочий», «Дагестанская правда», «Кабардино-Балкарская правда»,  «Социалистическая Осетия»/ за 12 августа 1972 года. В этом номере есть материалы о жизни русского, чеченского, кабардинского, балкарского, осетинского народов, а также народов и народностей Дагестана, но ни слова не сказано о существовании Ингушетии и ингушского народа. Мы не можем винить в этом редакции газет: они просто правдиво отразили сложившееся положение. Мы далеки от того, чтобы не видеть и отрицать и то положительное, чего достиг за эти годы ингушский народ. Но эти достижения по сравнению с достижениями других народов — не более, как частности на фоне общей экономической и культурной отсталости ингушского народа. Надо говорить не о том, чего достигли ингуши в общем движении страны вперед, а о том, чего могли  бы  они достичь при равных с другими народами условиях и возможностях.

III

Профессор Н. Яковлев писал: «Ингуши  занимают на Северном  Кавказе центральное место поблизости от административного и культурного центра – Владикавказа. Рядом проходит знаменитая Военно-Грузинская дорога, отделяющая ингушей от осетин. Кругом расположились народности, превосходящие ингушей по численности: кабардинцы, русские /казаки/, чеченцы, грузины с хевсурами и упомянутые осетины. Центральное положение дает ингушам многие преимущества даже над более культурными соседями. Эти преимущества выдвигают ингушей на одно из первых мест во всех крупных политических и культурных движениях, охватывающих Северный Кавказ за последние десятилетия» /Н.Яковлев, Ингуши. Л.-М., 1925, стр.5/. Именно это «центральное положение» и явилось причиной постоянных притеснений ингушей, как со стороны царской администрации, так и со стороны превосходивших их численность соседей. Царская колониальная администрация, державшая в кабале вообще все народы и народности Северного Кавказа, в значительно более тяжелые условия ставила ингушей.

Характерен такой факт: к концу XIX века 40 тысяч ингушей уплачивали столько же податей и штрафов, сколько 80 тысяч осетин и 200 тысяч чеченцев.

Особо жестокое отношение к ингушам со стороны царской администрации проявилось в середине прошлого столетия, когда значительная часть ингушского населения была выселена с плоскостных аулов в горы, а ингушские земли были переданы Терскому казачьему войску. Так, в 1845 году на ингушских землях были основаны казачьи станицы Троицкая и Слепцовская /ныне Орджоникидзевская/. А многие аулы, высвобождая от коренных жителей – ингушей, перестраивали в казачьи станицы и хутора:

1847 год. Ингушский аул Гаджирен-Юрт заселяется казаками и переименовывается в станицу Нестеровскую. Точно таким же образом аул Магомет-хите переделывается в станицу Вознесенскую.

1859 год. От ингушей  высвобождают аулы Ахки-Юрт /для  станицы Сунженской/, Онгушт /для станицы Тарской/ и Илдархи-Юрт /для станицы Карабулакской/.

1860 год. На месте аула Алхасты основывается станица Фельдмаршальская /ныне — Краснооктябрьская/.

1861 год.  Вместо  аулов Таузен-Юрт  и  Ах-Борзе   появляются  станицы Воронцово-Дашковская и Ассиновская.

К этому следует добавить, что один из древнейших ингушских аулов Гвелети, расположенный в Дарьяльском ущелье, царской администрацией был передан Грузии, выслав предварительно всех жителей этого аула вместе с семьями в Сибирь.

Кроме того, в 1863 г. на ингушских землях закладывается осетинское селение Ольгинское.

Тяжелая участь постигла ингушей, выселенных царизмом с целью колонизации края. Часть из них вымерла от голода и болезней; часть из них нашла приют у своих соплеменников в других, еще не разоренных, ингушских аулах; часть была обманным путем переселена в Турцию; остальные были загнаны в горы или, как цинично выражались официальные лица русской администрации, «забиты в каменный мешок».

В основе всех этих антиингушских мер, граничивших с политикой геноцида, лежала определенная цель — устройство казачьего клина, который разъединил бы горных ингушей от плоскостных, н который предоставлял бы постоянную военно-полицейскую опору царизма на Северном Кавказе.

В результате подобных длительных репрессий и непосильного обложения всякими податями, налогами и штрафами, ингушский народ оказался обреченным на нищенское и бесправное существование, из которого он смог выйти лишь после Октябрьской революции. Вот почему ингушский народ единодушно воспринял несшую ему освобождение Великую Октябрьскую социалистическую революцию. По общему мнению, как друзей нашего народа, так и его врагов, ингуши явились авангардом революционных сил в борьбе за установление Советской власти в Терской области. Так, выступая с речью при открытии V съезда трудовых народов Терской Республики во Владикавказе 28 ноября 1918 года Серго Орджоникидзе говорил: «Я помню момент перед концом IV съезда, когда мы висели на волоске; это был момент неуверенности, когда за нами не шли, а на нас робко оглядывались, И в этот момент одиночества Советской власти маленький ингушский народ весь встал на защиту Советской власти. В период неизвестности наших дальнейших судеб только ингушский народ пошел за нами не оглядываясь» /Г.К.Орджоникидзе. Избранные статьи и речи. Грозный, 1962, стр.40/.

ЗНАМЯ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ, ВОДРУЖЕННОЕ В ИНГУШЕТИИ В 1918 ГОДУ, НИ РАЗУ НЕ БЫЛО СПУЩЕНО! НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО КОНТРРЕВОЛЮЦИЯ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ РАСПОЛАГАЛА ГРОЗНЫМИ СИЛАМИ, ОНА НЕ СМОГЛА СЛОМИТЬ СОПРОТИВЛЕНИЕ ИНГУШЕЙ. НАШИ ГОРЫ ВСЕ ВРЕМЯ ОСТАВАЛИСЬ ЦИТАДЕЛЬЮ РЕВОЛЮЦИИ!

Когда казачье-осетинские белогвардейские соединения под командованием полковников Соколова и Беликова /осетинского контрреволюционера/ захватили Владикавказ, ингуши спасли город и находившийся там Терский Совнарком. 6 августа 1918 года в имении графа Уварова в ингушском селении Базоркино Пригородного района был созван съезд ингушского народа. Съезд единодушно решил освободить Владикавказ. Ингуши объявили революционный газават, прощались с семьями и шли воевать с врагами Советской власти. Тысячи лучших сынов ингушского народа отдали свои жизни в эти августовские дни, освобождая Владикавказ и Терскую область от контрреволюции. «Ингушский народ, ни на минуту не колеблясь, изъявил готовность к борьбе и громадными массами направился в город… Выступили ингуши, этот авангард горских народов, за которыми потянулись, если не активно, то во всяком случае своей симпатией, все остальные горцы». /Г.К. Орджоникидзе. Избранные статьи и речи. Грозный, 1962, стр.68/. Один из старейших осетинских коммунистов Казбек Бутаев писал, что «ингуши пришли на помощь Терскому Совнаркому, осадили город с юга и выгнали казаков и осетинские банды /офицерство и хулиганье/ из города». /Казбек Бутаев. Борьба горцев за революцию. Владикавказ, 1922, стр.21/.

Председатель совнаркома Терской области Ф.Булле, выступая на V съезде народов Терека, подчеркнул выдавшуюся роль, которую сыграл ингушский народ в борьбе за Советскую власть: «Необходимо отметить здесь жизнь одного из районов Терской области, населенного небольшим, но героическим народом, — Ингушетии. Когда перед Терской народной властью стал вопрос о дальнейшем существовании ее, о том, быть или не быть ей на территории Терской области, то никто иной, как ингушский народ в этот период стал решительно и без оглядки на сторону Советской власти и своим вмешательством предрешил исход героической борьбы».

Один из крупнейших советских писателей А.Серафимович в статье «Впечатления», опубликованной в «Правде» 24 сентября 1920 года, о преданности ни гну шей Советской власти писал: «Нигде, быть может, во всей республике не найти более ярых защитников Советской власти, как они…»

Так говорили наши друзья. Об этом же говорили и враги Советской власти.

Главнокомандующий войсками Терско-Дагестанского края генерал Ляхов /тот самый Ляхов, который расправлялся с революцией на Тереке в 1905-1907 годы, и, который являлся почетным казаком станицы Ардонской в Северной Осетии/ на закрытом заседании Войскового круга Терского казачьего войска 23 февраля 1919 года так охарактеризовал борьбу ингушей против белогвардейцев; «Сопротивление ингушей упорное и прямо непонятное. При четырех пулях четвертую, противник пускает в висок. С ними есть офицеры, красноармейцы, матросы, муллы.

Благодаря ошибке, которая допущена была сначала, не удалось сломить ингушей и в малой Кабарде».

Генерал Деникин, начиная свой поход против молодой Терской Советской республики, прежде всего, беспокоился, пропустят ли ингуши Добровольческую армию через свою территорию. Начало гражданской войны показало, что Ингушетия остается красной, несмотря на жестокий террор белых, и не намерена уступать Деникину. Об участии народов Северного Кавказа и, в частности, ингушей в гражданской войне Деникин впоследствии писал: «Участие этих народов в политической жизни края далеко не соответствует их численному составу. Ингуши — наименее численный и наиболее спаянный военной организацией народ оказался по существу вершителем судеб Северного Кавказа. В августе /1918 года — Прим, наше/, когда казаки и осетины овладели Владикавказом, ингуши своим вмешательством спасли Терский Совет комиссаров» /Л.И.Деникин. Очерки русской смуты. T.IV. Берлин, 1925, стр.97/.

Свою преданность революции сыны трудового ингушского народа продемонстрировали не только у себя, на Кавказе, но и в далеком Петрограде, колыбели Октябрьской революции. В августе 1917 года, когда к революционному Петрограду вплотную подошли войска Корнилова и над городом нависла угроза, Ингушский полк, который шел в авангарде «дикой дивизии», первым отказался стрелять в питерских рабочих и повернул назад. Его примеру последовали другие полки Туземной дивизии.

Об этом историческом событии генерал Деникин впоследствии писал так: «В последние дни августа Петроград представлял из себя разворошенный муравейник. И несмотря на громкие, возбуждающие призывы своих вождей, — призывы, скрывающие неуверенность в собственных силах, революционная демократия столицы /Временное правительство. — Прим, наше/ переживала смертельные тревоги. Приближение к Петрограду ингушей заслонило на время все прочие страсти, мысли и интересы. А многие представители верховной власти торопливо запасались уже заграничными паспортами» /А.И Деникин. Очерки русской смуты. т.II, Берлин, 1925, стр.57/.

Октябрьская революция и Советская власть предоставили ингушскому народу возможность разрешить свой извечный земельный вопрос. В своем докладе Председателю Совета народных комиссаров В.И.Ленину 10 июля 1919 года Серго Орджоникидзе писал: «Ингуши активно стояли на нашей стороне и революционным путем разрешили земельный вопрос… Ингуши вновь вернули себе те земли, которые лет пятьдесят тому назад принадлежали им. Они вернули себе тот аул, который когда-то назывался Онгуш, откуда и название ингуши. 50 лет тому назад они были оттуда изгнаны и Онгуш переименовали в Тарскую станицу. Все остальные горские народы относились к нам в высшей степени симпатично, но активных выступлений в широком масштабе с их стороны не было. Все они выжидали исхода борьбы* /Г.К. Орджоникидзе. Избранные статьи и речи. Грозный, 1962, стр. 69/.

Даже Деникин вынужден был отметить, что причиной трений между ингушами, с одной стороны, и казаками и осетинами, с другой — являлись «исторические ошибки малоземелья» ингушей.

После справедливого разрешения земельного вопроса в первые годы Советской власти ингушский народ начал строить новую жизнь на своих древних землях. Об этом периоде в истории Ингушетии профессор Н.Яковлев писал: «Теперь ингуши получили, наконец, возможность нормального развития экономических и политических основ своей жизни. Захваченные казаками земли возвращены им обратно, и в старых казачьих станицах водворяются потомки жителей когда-то выселенных аулов. Ингуши, как равноправные, сначала входят вместе с осетинами и русскими в Автономную Горскую республику, а с 1924 года образуют Ингушскую автономную область, чтобы на новых началах строить свою национальную культуру. И, надо им отдать справедливость, своей упорной волей к жизни в течении многих десятилетий они сами добились этого. Такая необычайная энергия, такое упорство в борьбе за восстановление цели и выдвинули ингушей на одно из первых мест в ряду превосходящих их численностью, а отчасти и уровнем культурного развития соседей» /Н.Яковлев. Ингуши, Л.М., 1925, стр. 8/.

В истории экономического, политического и культурного развития ингушского народа самым плодотворным был период существования Ингушской автономной области в составе Российской Федерации.

ВСЕ ЛУЧШЕЕ, ВСЕ ЦЕННОЕ, ЧТО ЕСТЬ В ИСТОРИИ ДУХОВНОЙ ЭВОЛЮЦИИ ИНГУШСКОГО НАРОДА, ТАК ИЛИ ИНАЧЕ СВЯЗАНО ИМЕННО С ЭТИМ ПЕРИОДОМ.

Так, в городе Владикавказе в правобережной /ингушской/ части были построены деревообрабатывающий, кожевенный, крахмальный, спиртовый заводы, завод стеклотары, обувная и швейная фабрики и другие предприятия. Появился ряд новых промышленных предприятий и в селениях Ингушетии: в Назрани — кирпичный завод, мель за вод и элеватор, в Бамуте и Шолхи -деревообрабатывающие, химический, вареньеварочный заводы, в Мужичи -лесопильный завод, в Базоркино — консервный завод, в Камбилеевке — химический завод, в Балте — известковый завод, в Ачалуках — завод минеральных вод. Большую роль в развитии сельского хозяйства в засушливых землях Ингушетии сыграл построенный в те же годы Алханчуртский канал, с вводом, в действие которого в Алханчуртской долине появились новые населенные пункты. Ярким проявлением заботы Советской власти по охране здоровья трудящихся были построенные в 1927 году курорты «Армхи» и «Ачалуки».

В первые годы Советской власти зародилась ингушская национальная письменность, литература, театр, стала выходить газета на родном языке, появились национальные школы, было положено начало научному изучению края. Из самой гущи ингушского народа выдвинулись энергичные и целеустремленные люди, возглавившие процесс его духовного возрождения и обновления. И надо сказать, что во многих областях культурного движения ингушский народ шел впереди других народов Северного Кавказа.

Однако этому счастливому развитию ингушей в тайне подготовили удар осетинские националисты, которые, как известно, ведут непрерывную борьбу, скрытую и открытую, против ингушского народа еще с давних времен. Наш народ помнит об этих коварных делах. Главными из них можно назвать следующие:

1.  В 1861-1865 годах около 20 тыс. ингушских семей были переселены в Турцию.   В   этом   трагическом   акте   повинны,   прежде   всего,   осетинские националисты,  подготовившие   его  в  сговоре  с   царскими   генералами,  — это трагическое переселение с целью захвата ингушской территории. Руководил этой кампанией   известный   царский   агент,  генерал   Муса   Кундухов  /осетин  по национальности/.

Эта провокация дорого обошлась ингушскому народу. В течение первого года переселения погибло более половины переселенцев, а потомки оставшихся тогда в живых скитаются в чужих для них странах Ближнего Востока до настоящего времени.

2. В 1919 году осетинские националисты, сотрудничавшие с белой армией, склонили деникинцев на уничтожение ингушских селений, личным участием помогая им. Об этом красноречиво свидетельствуют газеты тех лет./См. Терский казак», 1919,10 августа и др./- Нашему народу очень дорого обошелся и этот сговор осетинских националистов с контрреволюцией.

3.  В 1944 году осетинские националисты через врагов советского народа Берия и Кобулова /осетина по национальности/ добились выселения ингушского народа в Казахстан и Среднюю Азию и захватили всю ингушскую территорию. И эта  сделка  осетинских  националистов  с   Берия  и   Кобуловым  также  дорого обошлась ингушскому народу. Здесь следует заметить, что из Закона Верховного Совета РСФСР от 25 июня 1946 года об упразднении Чечено-Ингушской АССР вовсе не вытекало положение о том, что ингуши подлежали выселению, но, тем не менее, они были выселены. Как это произошло?

Осетинские националисты, верные своей давней аннексионистской политике, стремились к тому, чтобы, захватив территорию Ингушетии, Моздок и Кизляр, выйти к Каспийскому морю и таким образом создать Великую Осетию. И вот когда Берия разработал план выселения некоторых ни в чем неповинных народов Северного Кавказа /чеченцев, карачаевцев, балкарцев, калмыков/, политический бандит Кобулов добился выселения и ингушей в числе этих выселяемых народов.

Таким образом, в основе выселения ингушского народа лежал бериевско-кобуловскнй заговор, имевший целью захват всей территории Ингушетии. Заговор этот до сих пор не раскрыт и ему не дана соответствующая политическая оценка. Это обстоятельство вот уже 28 лет, как некая всеобщая вина, тяжелым моральным грузом довлеет над нашим народом.

В советское время захват ингушских земель начали осетинские националисты в 1928 году, когда Северо-Кавказский крайком партии и крайисполком по их инициативе вынесли решение столицей Ингушетии сделать селение Назрань, а Владикавказ полностью передать Северной Осетии.

И вот именно тогда, более сорока лет тому назад, и отнюдь не сегодня, возник, вернее, был создан Ингушский вопрос.

IV.

За последние 30-40 лет некоторые осетинские историки создали целую литературу, пытаясь фальсификацией действительных исторических событий и фактов доказать, что осетины являются аборигенами Кавказа и, в частности, на землях, где расположены город Орджоникидзе и Пригородный район, они, дескать, живут чуть ли не с древних времен. Целью этой тенденционно-ложной интерпретации истории является оправдание акта удаления ингушей из города Орджоникидзе и Пригородного района.

В связи с этим мы считаем необходимым вспомнить некоторые факты и события прошлого.

НЕПРЕЛОЖНАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ИСТИНА СОСТОИТ В ТОМ, ЧТО ИНГУШИ — КОРЕННЫЕ ЖИТЕЛИ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА, А ОСЕТИНЫ — ПРИШЕЛЬЦЫ. ВТО ВРЕМЯ КАК ПРЕДКИ ОСЕТИН — АЛАНЫ, ПРИШЕДШИЕ ИЗ СРЕДНЕЙ АЗИИ, ВПЕРВЫЕ ПОСЕЛИЛИСЬ НА КАВКАЗЕ В IV ВЕКЕ НАШЕЙ ЭРЫ, А САМ ОСЕТИНСКИЙ НАРОД КАК ТАКОВОЙ СФОРМИРОВАЛСЯ ИЗ ОСТАТКОВ АЛАНСКИХ ПЛЕМЕН ЛИШЬ В ПОЗДНЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ, ИНГУШИ ЖИЛИ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ ЧАСТИ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА ПЯТЬ ТЫСЯЧЕЛЕТИЙ ТОМУ НАЗАД. «Если же интересующий нас вопрос о происхождении ингушей, — пишет В.И. Крупное, — а в целом и происхождение всего вайнахского народа не отрывать от общей проблемы происхождения иберийско-кавказского этнического массива, то с еще большей долен уверенности можно говорить о местном развитии всего этого массива на Кавказе уже с III тысячелетия до н.э.

Совокупностью антропологических, археологических, исторических, лингвистических и этнографических данных подтверждается давнее и сугубо местное происхождение и развитие этнического ядра, которое в наши дни именуется ингушским народом, составляющим одно из слагаемых так называемого нахского этнического массива Кавказа» /В.И.Крупное, Средневековая Ингушетия. М., 1971, стр. 57/. И еще: «По археологическим, этнографическим, антропологическим данным, ингуши также могут рассматриваться как представители населения Кавказа, ощутимые сведения о которых уходят в глубь веков вплоть до Новокаменного века». /Там же, стр.202/.

Письменные сведения об ингушах встречаются еще в сочинениях античных авторов Страбона, Планка, Птолемея и др., локализующих древние ингушские племена на северных склонах Кавказского хребта, по правому берегу Терека.

Что же касается города Орджоникидзе /Владикавказа/, то он основан на месте ингушского селения Заур. Сегодня некоторые осетинские авторы всячески стараются обойти, игнорировать этот факт. Однако историческая правда опрокидывает их доводы.

Одним из следующих русских историков Семен Броневский, описывая общественное устройство, быт и нравы ингушей, отмечал, что «деревни их Заурово и Джерах почитаемы за сборные места двух разных обществ» и что «по именам главных их деревень русские называют их Зауровцы и Джерах и, а вообще Кистинцы» /Семен Броневский. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. М., 1823, стр. 159-160/. Следовательно, селение Заур, на месте которого была заложена крепость Владикавказская, являлось одним из главных населенных пунктов Ингушетии и играло важную роль в жизни ингушского народа.

Известный русский ученый — кавказовед П.Г.Бутков писал: «Весною 1784 года, для сообщения Грузии с Моздоком, основана у входа в Кавказские горы, в урочище Заур, Владикавказская крепость» /П.Г.Бутков. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 г. Часть вторая, СПб, стр. 131/. И далее: «Прежде всего для связи кавказской линии с Грузией, в 1784 году построена отрядом войск крепость у Терека, при входе в ущелье Кавказских гор, при ингушской деревне Зауре, и названа Владикавказом…» /Там же, стр. 165/.

В одном из выпусков «Сборника сведений о Терской области» в статье «Областной город Владикавказ» об основании этого города пишется так: «В 1784 году для соединения Кавказской линии с Грузией построена отрядом войск крепость у Терека, при входе в ущелье Кавказских гор при ингушском урочище Заур и названа Владикавказом. В скором времени, по устройстве Владикавказа, в окрестностях его поселились спустившиеся с гор осетины». Отсюда следует вывод: осетины появились в окрестностях Владикавказской крепости лишь спустя определенное время после ее основания, в то время как ингуши с давних пор жили в своем селении Заур, где была заложена эта крепость.

Д.В. Ракович в брошюре, посвященной 50-летию города Владикавказа, пишет следующее: «Раньше, до прихода русских, на этом месте расположено было ингушское селение Заур.

Сами осетины своим наименованием Владикавказа Дзауджи-кау подтверждают как бы справедливость показаний Буткова, так как Дзауг есть имя собственное Заур, а Кау — значит селение; иначе селение Заур. Никак нельзя согласиться с тем, что на месте нынешнего Владикавказа раньше стоял осетинский аул Кап-кай, так как земля эта с незапамятных времен принадлежала ингушам, и они ни в коем случае не позволили бы поселиться здесь враждебному им племени.

Осетины появляются около Владикавказа в год учреждения крепости, согласно призыва К.Н. Потемкина…» /Д.В.Ракович. Прошлое Владикавказа. Краткая историческая справка ко дню пятидесятилетнего юбилея города Владикавказа, 1911, стр. 2-3/.

«В 1786 году, пишет Д.В.Ракович, когда русское войско, спасаясь от возможного нападения предводителя горцев Чечни и Дагестана Шейх-Мансура, покинуло крепость Владикавказскую, ушли в глубь гор и осетины, жившие около этой крепости, а ингуши как жили раньше, так и остались жить на своих местах». «В 1803 году была возобновлена крепость Владикавказская и ряд других укреплений, соединивших ее прочно с Моздоком. В этом году осетины снова спустились с Тагаурских гор и поселились уже навсегда около валов южного фасада крепости» /Там же, стр. 8/.

А вот что пишет Ю.Клапрот: «24 декабря мы отправились по правому берегу Терека и оставили Владикавказ. Через четыре версты у нас налево оказалось ингушское селение Саунво, которое русские называют теперь Саурово /Заурово/ -Прим. наше/. Оно расположено на крутом берегу Терека, примерно в двух верстах ниже предгорий. В Саурово живут ингуши вместе с осетинскими беглецами» /Ю.Клапрот. Путешествие по Кавказу и Грузии, предпринятое в 1807-1808 гг. т.1, гл.30/

Эти и другие свидетельства о прямой исторической принадлежности ингушам земли, где расположен город Орджоникидзе /Владикавказ/, достаточно авторитетны и позволяют сделать два вывода:

1. Город  Орджоникидзе   /Владикавказ/  основан   на   месте  древнего ингушского аула Заур, являющегося одним из главных общественных центров Ингушетии;

2. На территории, занимаемой городом Орджоникидзе /Владикавказом/, и его окрестностях ингуши жили с незапамятных времен, а осетины поселились около Владикавказской крепости, на левом берегу Терека, лишь после основания этой крепости.

Тот факт, что все земли на правом берегу Терека, а значит, и место, где находилась крепость Владикавказская, принадлежала ингушам, получил отражение и в договоре о добровольном присоединении Ингушетии к России от 23 августа 1810 года /подписанного, кстати, в крепости Владикавказской/. Так, в пункте третьем этого документа о территориальных правах ингушей говорится: «Землями и лесами пользоваться предоставляется им безвозвратно по правую сторону течения реки Терек». Что же касается самой крепости Владикавказской, то царская администрация брала на себя обязательства содержать в крепости военный гарнизон, который должен был ограждать ингушей от нападений соседних племен, а ингуши обязывались охранять крепость и Военно-Грузинскую дорогу. Это свидетельствует о том, что даже царская администрация хозяевами этой земли считала именно ингушей. Поэтому ингуши не пропустили к Владикавказу войска грозного имама Шамиля в 40-х годах прошлого столетия. Поэтому и защищали ингуши Владикавказ от посягательства других кавказских племен и в последующие годы. Поэтому и отбили и очистили ингуши Владикавказ от казачьих и осетинских белогвардейских частей в 1918 и 1919 годах. Никакие мотивы иного характера не могли бы заставить наш народ умирать за это место — веками ими руководило чувство Родины.

Как уже сказано осетинским националистам удалось ввести в заблуждение Северо-Кавказский Крайком партии и Крайисполком и добиться принятия постановления о передаче Владикавказа Северной Осетии в качестве ее столицы, вытеснив оттуда ингушей.

На это постановление трудящиеся массы Ингушетии реагировали отрицательно, а бюро Ингушского обкома партии 16 октября опротестовало его перед ЦК ВКП/б/.

ЦК ВКП/б/ и ЦИК СССР признали неправильным вышеуказанное постановление и немедленно отменили его с тем, чтобы не создавать недовольства и трений между ингушским и осетинским народами. Так была отбита первая попытка осетинских националистов создать Ингушский вопрос. В ТО ВРЕМЯ В НАШЕЙ СТРАНЕ НЕ БЫЛО КУЛЬТА ЛИЧНОСТИ, И ВОПРОСЫ МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ РЕШАЛИСЬ НА СПРАВЕДЛИВОЙ, РАВНОПРАВНОЙ ОСНОВЕ, С УЧЕТОМ ИНТЕРЕСОВ УЧАСТВУЮЩИХ В СПОРЕ НАРОДОВ. Это соответствовало ленинскому положению о том, что при решении национального вопроса всегда необходимо создавать условия, «которые исключают возможность конфликтов на этой почве» /В.И.Ленин. Полн. собр.соч., т. 45, стр.240/.

Однако осетинские националисты на этом не успокоились.

Удаление ингушей из Владикавказа они стали готовить более тщательно и скрытно. Здесь следует заметить, что время работало на них. Культ личности Сталина набирал силу, чем не замедлили воспользоваться осетинские националисты в своей борьбе против ингушского народа. И в 1934 году через Сталина они добились того, что Ингушетию присоединяют к Чечне на том основании, что ингуши и чеченцы — родственные народы. Все партийно-советские органы, идеологические и культурно-просветительные учреждения Ингушской автономной области, кроме административного центра Пригородного района, из Орджоникидзе были переведены в город Грозный.

Следующим этапом анти ингушской политики осетинских националистов было удаление из Орджоникидзе последнего напоминания об ингушах — административного центра Пригородного района.

Вслед за этим целью осетинских националистов стал захват всей территории Ингушетии. Всячески ублажая Берия и его сообщника Кобулова, осетинские националисты добиваются выселения ингушского народа в Казахстан и Среднюю Азию, а вся Ингушетия заселяется осетинами. Причем ввиду того, что в Северной Осетии для заселения города и захваченных территорий осетин не хватало, их «импортировали» из Южной Осетии, входящей в состав Грузинской ССР.

В 1957 году автономия ингушского народа была восстановлена с большим ущемлением территории — густонаселенный Пригородный район и часть Малгобекского района оставили в составе Осетии без ведома и согласия ингушей. Вместе с Пригородным районом Северной Осетии переданы все промышленные предприятия района и 39 населенных пунктов, являющихся древними поселениями ингушей. Это — селения: Базоркино, Шолхи, Онгушт, Ахки-Юрт, Длинная Долина, Гадаборшево, Яндиево, Камбилеевка, Чернореченское, Джерахой-Юрт, Галгай-Юрт,Таузен-Юрт, Балта, Нижний Ларс, Верхний Ларс, Чми, Эзми, Редант, Планы; поселок Базоркинский, консервный завод, хутора: Баркинхоев, Цороев, Алиев, Ахушков, Чертоев, Хадзиев, Терпугов, Сыздоев, Шадиев, Гетагазов, Патиев /первый/, Патиев /второй/, Бартабос, Винзаводской, Томов, Мамилов, Мецхальский, Льянов. В этих селениях и хуторах проживало около половины ингушского населения.

Однако Пригородный район для ингушского народа — это нечто большее, чем географическая местность, или населенные пункты.

Пригородный район — это исконная земля ингушей, каждая пядь которой обильно полита кровью и потом, и даже само слово «ингуш» происходит от названия селения Онгушт, расположенного в этом районе.

Пригородный район — это центр экономической и культурной жизни ингушей, колыбель революции на Северном Кавказе, в которой ингуши сыграли решающую роль.

А сегодня Пригородный район — это трепещущее сердце, вынутое из груди живого организма, ибо подобно тому, как нельзя изъять сердце из живого организма, не умертвляя его, так невозможно было и Пригородный район отторгнуть от Ингушетии, не разрывая ее на безжизненные части — горную и плоскостную.

Здесь нельзя не напомнить еще о том, что осетинские националисты в течение длительного времени с целью создания об ингушах отрицательного мнения проводят политику провокации и огульного обвинения их в грабежах. К сожалению, этой клевете еще иногда верят. Однако непреложные исторические факты говорят об обратном. В течение жизни одного поколения осетины, подстрекаемые своими националистами, трижды ограбили ингушский народ.

В первый раз — 1919 году, когда генерал Деникин как бастион большевизма подверг сожжению ингушские селения Базоркино, Кантышево, Долаково, Экажево, Сурхохи и др. и в осетинские аулы были вывезены живность и имущество, оставленные ингушами этих селений. Второй раз — в 1944 году, когда ингуши в результате бериевско-кобуловского заговора были выселены, и они вынуждены были оставить веками созданное ими движимое и недвижимое имущество. Это имущество было растащено осетинами.

И, наконец, в третий раз — в 1957 году, когда осетины вынуждены, были уходить с возвращенных ингушам земель, а связи с восстановлением автономии чеченцев и ингушей. Осетины уносили с собой все, что могли. Даже срывали полы, окна, двери и крыши домов.

Размеры ущерба, причиненного ингушскому народу этими грабежами, не поддаются учету.

После того, как в 1956 году стало известно, что автономия ингушского народа будет восстановлена, осетинские националисты, став на нечестный путь, решили противодействовать этому, чтобы не дать возможности ингушам возвратиться в родные края и поселиться в своих древних селениях. В этом отношении весьма характерен один особо важный и секретный документ, который наглядно раскрывает тайную захватническую деятельность осетинских националистов против ингушского народа. Председатель Совета Министров Северо-Осетинской АССР Б.3ангиев 31 октября 1956 года подготовил письмо в двух экземплярах, один из которых был подшит в дело, а другой — отослан председателю Коста-Хетагуровского /Назрановского/ райисполкома С.Г. Хадарцеву. Вот это письмо /фотокопия прилагается/:

«За последнее время, в нарушение Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР,  ингуши-спецпоселенцы, возвратившиеся из восточных районов страны, у колхозников, проживающих в Пригородном, Коста-Хетагуровском, Малгобекском и других районах Северо-Осетинской АССР /!/ покупают дома, или по договорности с ними снимают квартиры.

Совет Министров Северо-Осетинской АССР  предлагает категорически запретить учреждениям и частным лицам продавать дома или сдавать жилплощадь под квартиры ингушам, возвращающимся из поселения, а в отношении лиц, уже приобревших дома, аннулировать документы купли и продажи».

Показательна и резолюция С.Г.Хадарцева на этом письме:

«1. Ознакомить членов исполкома.

2. Предупредить еще раз с/с путем созыва совещания».

Как письмо Б.Зангиева, так и резолюция С.Г.Хадарцева, свидетельствует о том, что националистическая пропаганда против ингушей велась систематически, в течение длительного времени по инициативе руководителей Северо-Осетинской АССР.

Поэтому неудивительно, что осетины, поселившиеся на территории Ингушетии, в ингушских домах, встречали возвращающихся на свои земли ингушей, как врагов. На этой почве между ингушами и осетинами до сих пор происходит множество столкновений.

Противозаконное антиингушское распоряжение Б.3ангиева ИМЕЕТ СИЛУ И ПОНЫНЕ в отношении ингушей, желающих поселиться в Пригородном ингушском районе и городе Орджоникидзе. Руководители Северной Осетии создали для ингушей особый паспортный режим, который действует до настоящего времени. Весной 1959 года большая делегация /более 40 человек/ от ингушей Пригородного района обратилась к первому секретарю Северо-Осетинского Обкома КПСС А. Агкацеву с просьбой разрешить ингушам прописываться в своих селениях Пригородного района. Членам этой делегации А. Акгацев заявил: «Прописывать вас мы не будем! У нас нет возможности. Жалуйтесь куда хотите!»

Это не просто случайно вырвавшиеся слова, а преступная политика, проводимая в отношении ингушского народа. Осетинские националисты делают все возможное, чтобы воспрепятствовать возвращению ингушей к своим родным очагам.

Когда ингуш добивается прописки в Пригородном районе или городе Орджоникидзе, то органы милиции, выполняя указания руководства Северо-Осетинской АССР, отказывают ему в прописке, выставляя всевозможные предлоги Вот примеры этого произвола, взятые нами по одному только поселку Карпа. Промышленного района города Орджоникидзе.

30 ноября 1971 года на заявление гражданина Р.Х. Темирбиева о прописке начальник РОВД наложил резолюцию: «В прописке отказано.» И никаких доводов и оговорок. «Отказано!» — и все.

2 декабря 1971 года гражданину М-Б.И. Котиеву — «В прописке отказано из-за отсутствия сан.нормы».

27 января 1972 года гражданину В.Э. Хазбиеву без всяких мотивировок — «В прописке отказано».

4 марта 1972 года гражданке Х.М. Бузуртановой — «В прописке отказано из-за отсутствия сан.нормы».

20 апреля 1972 года гражданину Х.Г. Озиеву — «В прописке отказано, т.к. дом не принят тех.бюро».

24 апреля 1972 года гражданке Л.ВАушевой — «В прописке отказано из-за отсутствия сан.нормы».

26 апреля 1972 года гражданке Р.Б. Саутиевой без мотивировки — «В прописке отказано».

В селении Чермен /Базоркнно/ Б.С. Цурову и его супруге отказывают в прописке с 1958 года! Так же не прописывают с 1958 года Гошта Вотаеву, Мовли Батаева /с пятью детьми/ и много других.

Многие ингуши пенсионного возраста, проживая постоянно в Пригородном районе, прописаны в Назрановском районе Чечено-Ингушской АССР, чтобы иметь, возможность получать там пенсию. Во многих населенных пунктах Пригородного района и сегодня тысячи ингушских семей не могут добиться прописки. Так, например, в селениях Терк /бывшая Длинная Долина/ и Чернореченском из 410 ингушских семей 105 не прописаны, в поселке Южном из 327 ингушских семей без прописки живут 67 семей.

Нетрудно представить себе, какие жизненные неудобства испытывают люди, проживающие без прописки; они не могут устроиться на работу, оформить пенсию, лечиться в нормальных условиях. Их ущемляют при выделении земельных участков для индивидуального строительства. Это делается для того, чтобы ингушам не дать возможность осесть в Пригородном районе.

Ингуши Пригородного района по существу лишены гражданских прав, гарантированных Советской Конституцией. О них не упоминают газеты, радио, телевидение. Периодическая печать Северной Осетии молчит по причине неприязни к ним, а газеты, радио и телевидение Чечено-Ингушетии не освещает жизнь ингушей Пригородного района потому, что это, видите ли, не ее «подданные», а граждане другой республики. Этим же объясняется и тот факт, что эти «отверженные» не охвачены культурным и идеологическим обслуживанием.

Это бесправие ингушей является причиной того, что многие осетины относятся к ним свысока, с чувством пренебрежения и неприязни. Напичканные реакционными националистическими идейками о «генетическом превосходстве» осетинского народа над народами Северного Кавказа, многие Осетины настроены воинствующе против ингушей, считая их отсталым народом, против которого оправданы всякие формы притеснения и насилия. Это обстоятельство является непосредственной причиной большого количества преступлений, совершаемых осетинами против ингушей на почве национальной неприязни. Вот некоторые примеры:

В селении Чермен осетин выстрелил из охотничьего ружья крупной дробью в дом ингуша, живущего по соседству. Когда же по вызову ингуша пришел участковый и спросил осетина, куда и зачем он стрелял, тот ответил: «Я в кошку стрелял. Она забежала к этому ингушу на веранду, вот я и хотел ее убить». Участковый /осетин по национальности/ улыбнулся и вернул ружье осетину, слегка пожурив его: «С ружьем нужно обращаться осторожно. Смотри, в следующий раз будешь стрелять в кошку, не попади в ингуша».

В том же селении Чермен осетин выстрелил в окно дома ингуша, где в это время несколько стариков совершали молитву. Когда этого злодея арестовали, он заявил: «Я расправлюсь со всеми ингушами!» Это бандитское заявление, видимо, понравилось работникам милиции — и преступника освободили из-под стражи.

2 июля 1972 года, ночью опять-таки в том же Чермен с осетин, обложив соломой и облив соляркой вокруг, на протяжении 34 метров, поджег недостроенный каркасный дом ингуша Б.Б. Богатырева, ветерана гражданской войны, 1880 года рождения. Это было не только посягательство на имущество, но и покушение на жизнь Б.Б. Богатырева, ибо он почти всегда спал в этом доме, а в ту ночь случайно ушел оттуда. Когда сбежавшиеся соседи-ингуши тушили пожар, соседи-осетины любовались пожаром и не плеснули ни одного ведра воды в горящий дом Б.Б. Богатырева. Преступник был задержан органами милиции, но когда он заявил: «Я поджег дом ингуша потому, что он хотел убить меня» — преступника освободили из-под стражи.

Осенью 1971 года в Пригородном РОВД работники милиции устроили жесткое избиение задержанного ими ингуша и нанесли ему 18 тяжких телесных повреждений. При этом блюстители порядка /осетины по национальности/ кричали: «Каждый из ингушей найдет смерть на этой земле!» Когда сотрудница Пригородного РОВД тов. Мальбахова попыталась остановить зарвавшихся насильников, они пригрозили ей: «Уйди прочь! Ты — кабардинка, а это — ингуш. У нас с ингушами свои счеты. Не мешай нам!» И несмотря на то, что тов. Мальбахова написала специальный рапорт об этом происшествии в Северо-Осетинский обком КПСС и в прокуратуру Северо-Осетинской АССР, никаких мер наказания по отношению к бесчинствовавшим работниками милиции, в том числе и к племяннику первого секретаря Северо-Осетинского обкома КПСС Б.Е. Кабалоева, принято не было. Видимо, политика насилия кого-то очень устраивает в Северо-Осетинской АССР.

Беспрецедентным по своему характеру является преступление осетинских националистов против ингушей, официально именуемое «операцией по прочесыванию лесного массива в районе селения Али-Юрт», а в народе получившее более простое и более точное название — «лошадиная операция». Так, 11 октября 1971 года работники МВД Северо-Осетинской АССР в сопровождении батальона солдат и офицеров под командованием генерала Жилина, используя современное военное оружие, бронетранспортеры, средь бела дня ворвались, словно во вражеский стан, в ингушское селение Али-Юрт Назрановского района и, угрожая оружием руководству отделения совхоза и жителям Али-Юрта, угнали в Пригородный РОВД Северо-Осетинской АССР 69 лошадей, принадлежащих совхозу «Экажевский». Генерал Жилин, по приказу которого проводился этот вооруженный произвол, на претензии руководства отделения совхоза и жителей селения не реагировал.

Из угнанных лошадей через пять дней совхозу возврати ли 47 голов, а через месяц — еще одну голову. До сих пор не возвращена 21 лошадь. Во время проведения этой «лошадиной операции» уничтожены бронетранспортерами, автомашинами и угнанными лошадьми 18 гектаров озимой пшеницы, 2,25 гектара помидор, 0,3 гектара капусты и 0,4 гектара моркови.

Это преступление было совершено при содействии министра внутренних дел ЧИ АССР Н.И. Гусинина, который, кстати, до этого работал в Министерстве внутренних дел Северо-Осетинской АССР. По иронии судьбы Н.И. Гусинин является депутатом Верховного Совета ЧИ АССР именно от Али-Юртовского избирательного округа. Алн-Юртовские избиратели отозвали депутата Н.И. Гусинина за содействие вышеописанному преступлению, но это волеизъявление избирателей, соответствующее праву, охраняемому Конституцией СССР, руководством республики не было выполнено. Однако избиратели не признают больше И.И.Гусинина своим депутатом.

Дирекция совхоза «Экажевский» настояла на возбуждении уголовного дела против работников МВД Северо-Осетинской АССР и генерала Жилина, учинивших этот вооруженный разбой с угоном совхозных лошадей и потравой сельскохозяйственных культур. Однако через несколько месяцев руководители Северо-Осетинской АССР усиленной закулисной работой добились через Прокуратуру СССР того, что это уголовное дело было прекращено. Но материальный ущерб, нанесенный совхозу «Экажевский», до сих пор не возмещен.

Этот материальный ущерб, быть может, рано или поздно и будет возмещен, но как н чем возместить тот МОРАЛЬНЫЙ УЩЕРБ, который понесли тысячи ингушей — жителей селения Али-Юрт и все остальные, подвергшиеся беспрецедентному политическому унижению со стороны самих же блюстителей порядка и воинского подразделения под командованием генерала?

Почему в условиях нашей советской действительности стала возможна эта «лошадиная операция», подстрекателями и организаторами которой являются отдельные руководители Северо-Осетинской АССР? Где же уголовные преступники, которых должна была преследовать и задержать эта войсковая часть? Их не было.

Среди многочисленных преступлений осетинских националистов особо нужно выделить самые опасные из них — преступления против ингушских детей.

Чувство неприязни и пренебрежения, доходящее порой до расистской жестокости, в отношении ингушских детей осетинские националисты проявляют более открыто и более целенаправленно.

Ежегодно десятки нормальных в умственном отношении ингушских детей квалифицируются как дебильные и направляются в специальные школы для умственно отсталых детей. Это преступление осуществляется в тайне от родителей, которые, как правило, оказываются бессильными воспрепятствовать этому злодеянию. Ниже приводится несколько примеров такого характера.

27 мая 1971 года учащиеся 1-3 классов начальной школы селения Чернореченское Пригородного района, радостные и смеющиеся, в сопровождении своих учителей, направились в соседнее селение Терк, якобы на экскурсию. Накануне детям было объявлено, что в Терской школе состоится спортивный праздник, в котором должны принять участие и они, чернореченские ребята. Но это был подлый обман! Детей вели не на экскурсию и тем более не на праздник, а на медико-педагогическую комиссию для определения «умственных» способностей. И определили!.. Из 25 учеников первого класса шестеро /или 24 процента/ и среди 21 ученика второго класса семеро /33 процента/ были признаны «умственно отсталыми». На самом же деле, как выяснилось впоследствии, все эти дети были умственно нормальными, но среди них были дети педагогически запущенные. В настоящее время в Терской восьмилетней школе Пригородного района 93 процента всех ингушских детей признаны дебильными, т.е. каждого десятого из подрастающего поколения ингушей в этом селении осетинские националисты объявили умственно ненормальными.

Дочь гражданина А.Б.Хаутиева — Мовлатхан, 1956 года рождения, проучилась три года в восьмилетней школе селения Октябрьское. В 1967 году с третьего класса ее как «умственно отсталую» послали во вспомогательную школу в селении Гизель и посадили в первый класс, где она принудительно училась в течение двух лет. Учительница Гизельской вспомогательной школы заявила А.Б. Хаутиеву, что его дочь Мовлатхан — вполне нормальный ребенок, учится гораздо лучше других ребят. «Вообще непонятно, зачем ее сюда прислали». После этого А.Б. Хаутиев два года добивался права перевода своей дочери в нормальную школу и, когда, наконец, через Северо-Осетинский обком КПСС добился этого права, его дочери Мовлатхан разрешили учиться в третьем классе нормальной школы. Таким образом, три года из жизни девочки, только за то, что она родилась ингушкой, были вычеркнуты.

30 августа 1971 года ученица шестого класса Терской восьмилетней школы Пригородного района Котиева Люба вместе с матерью пришла в школу, где она училась, за характеристикой и табелем. Когда классный руководитель Светлана Николаевна написала действительную характеристику на Любу, директор школы А.А. Дзоблаев отказался заверить ее, заявив, что девочка эта «умственно отсталая» и ее нужно направить во вспомогательную школу. Затем сам же приписал в табеле Любы: «Обучалась по особой программе». Классный руководитель и другие учителя, присутствовавшие при этом случае, были неприятно удивлены происходящим и наперебой начали возражать директору, заверяя его, что Люба не только никогда не была «умственно отсталой», а, напротив, числилась среди лучших учащихся. Все это происходило при самой же Любе. Девочка вдруг смертельно побледнела и, безжизненная рухнула на пол. Она долго не могла прийти в себя после такого нервно-психического потрясения. И когда девочка очнулась, директор школы А.А. Дзоблаев разорвал вторую характеристику, написанную по его указанию, и потребовал от классного руководителя написать третью характеристику, уже действительно правдивую.

Свое враждебно-высокомерное отношение к ингушам осетинские националисты переносят на их детей в более грубой форме. Так, член медико-педагогической комиссии в Терской восьмилетней школе на возражение родителей при насильственном определении их ребенка во вспомогательную школу, заявила в сердцах: «Дети, рожденные от ингушей и воспитанные ими, не могут быть нормальными!» А когда ингуши, проживающие в селении Чернореченском, на родительском собрании подняли вопрос, почему совершенно нормальных детей квалифицируют дебильными, учительница А.Н. Жук ответила: «Кто вам сказал, что они дебильные? Просто мы их оставили на второй год. Второгодники же в нашей школе учиться не могут, поэтому мы их определили в специальную школу в городе Орджоникидзе. Там их будут обучать какому-нибудь ремеслу. Их будут одевать, кормить, постель будет чистая. Разве это плохо?»

Министерство просвещения Северо-Осетинской АССР из-за того, что контингент учащихся в отдельных школах Пригородного района в основном состоит из ингушских детей, не уделяют этим школам почти никакого внимания. Так, в восьмилетних школах ингушские дети составляют: в Куртате — 78, Чернореченском — 81, Чермене — 97 процентов от всего контингента учащихся. Ингушские дети родной язык не изучают, а для осетинских детей, составляющих там меньшинство, преподается родной язык. И когда идет урок осетинского языка, ингушские дети гуляют на улице. В результате, ингушские дети в Пригородном районе не умеют ни читать, ни писать на родном языке, они незнакомы с родной литературой и не могут поступить на ингушские отделения Чечено-Ингушского государственного университета.

Все эти антиингушские действия и преступления осетинских националистов имеют конечной целью «вытравить ингушский дух» из города Орджоникидзе и Пригородного района. И для осуществления этой своей гнусной цели они не останавливаются не перед чем.

Так, после выселения ингушей в 1944 году осетины осквернили ингушские кладбища. В селениях Пригородного, Назрановского и Малгобекского районов были растащены для всевозможных хозяйственных нужд каменные надгробья. Из них выложили мостовые, канализационные ямы и … фундамент для дачи Берия в Северной Осетии.

В селении Базоркино /Чермен/ обезличен памятник ингушам — героям гражданской войны: с него сняли мемориальную доску с именами ингушских революционеров, погибших в борьбе за Советскую власть.

В том же селении, в бывшем имении графа Уварова, где в годы гражданской войны находился штаб обороны Терского Совнаркома во главе с Серго Орджоникидзе, размещен … дом умалишенных. Со здания снята мемориальная доска с именем С.Орджоникидзе и его соратников — ингушских партизан.

С городом Орджоникидзе  /Владикавказом/ связана деятельность ингушского просветителя XIX века Чаха Ахриева, ингушского революционера, верного соратника С.Орджоникилзе Гапура Ахриева, ингушских революционеров Заама Яндиева, Абдул-гамида Гойгова, Юсупа Албогачиева, Хамзат Гостемирова, Султана Дудаева, а так же первых ингушских писателей и общественных деятелей Тембота Бекова и Заурбека Мальсагова и многих-многих других славных сынов Ингушетии, Но сегодня в городе Орджоникидзе нет ни одного места или какого-либо знака за исключением портрета Г. Ахриева в городском парке, напоминающего об этих бесконечно дорогих для ингушского народа людях, об исторических и революционных событиях, связанных с прошлым ингушского народа.

В городе Орджоникидзе и Пригородном районе осетинские националисты не оставили и следа революционной деятельности ингушей. Даже населенные пункты Пригородного ингушского района, с которыми связаны героические страницы революционного прошлого ингушского народа, властями Северной Осетии переименованы. Так, Базоркино теперь называется Чермен, Онгушт -Тарская, Шолхи — Октябрьское, Ахки-Юрт — Сунженское, Таузеи-Юрт — Конгарон, Гадаборшево — Куртат, Длинная Долина — Терк, хутор Цороев — Донгарон и т.д..

Об отсутствии элементарного приличия по отношению к ингушскому народу, к его революционному и историческому прошлому говорят н следующие факты.

После того, как осетинские националисты добились в 1944 году изгнания ингушей с их родины, они, чтобы закрепить этот бесчеловечный акт и вытравить из памяти окружающих народов историю ингушей, навеки связанную с именами Серго и городом Орджоникидзе, который к тому времени назывался городом Орджоникидзе, добились кощунственного по отношению к памяти Серго и истории революции на Северном Кавказе переименования города Орджоникидзе в Дзауджикау.

В краеведческом музее, в котором были представлены богатые материалы из прошлого ингушей, экспозиция о них отсутствует. Из музея революции им. С.М.Кирова и Г.К.Орджоникидзе изъяты почти все материалы, рассказывающие о революционном прошлом ингушей.

Переименованы все улицы и памятные места, названные в честь ингушских революционеров и общественных деятелей.

На доме, где проживали секретарь Ингушского обкома КПСС Зязиков и Черноглаз, погибшие от рук и гнусных дел врагов, установлена мемориальная доска, на которой означено, что там жил и работал Черноглаз в 1929-30-х годах. Но рядом с ним не нашлось места первому секретарю Ингушского обкома партии Идрису Зязикову, который там же жил и работал с 1921 по 1929 год, только по единственной причине — видимо, в представлении осетинских националистов как ингуш — Идрис Зязиков не заслуживает внимания.

В 1932 году в селе Базоркино /Чермен/ от кулацкой пули погиб член Ингушского обкома партии, секретарь крупной партийной организации, неутомимый борец за линию партии Муса Мальсагов, который тоже по вине осетинских националистов предан забвению, а мемориальная доска, рассказывающая о нем, исчезла.

Все эти оскорбления и бесчинства, насилия и преступления, аннексионистские и дискриминационные действия, исходящие от осетинских националистов и направленные против ингушского народа, создали серьезные помехи дружбе между двумя соседними народами — ингушами и осетинами, стали преградой на пути к сближению этих народов. «Яблоком раздора» между ними стал Пригородный ингушский район, отторгнутый Северной Осетией. Внешне еле сдерживаемая взаимная неприязнь ингушей и осетин с каждым годом становится все более опасной. И это вполне объяснимо: неравноправие, насилие одного народа над другим всегда, на протяжении всей истории человечества, порождали не дружбу, а вражду. Сегодняшние взаимоотношения ингушей и осетин легко укладываются в такую нехитрую, но наглядную схему: осетин выгнал ингуша из его родного дома, и, выглядывая в окно этого незаконно захваченного дома, говорит: «Эй, Ингуш, давай будем дружить». А дружба не получается, и можно сказать с уверенностью, что и впредь она не получится, пока ингушу не будет возвращено отобранное у него жилище.

Все пропагандистские речи и выступления о дружбе ингушского и осетинского народов — только показная демагогия. Ни один ингуш или осетин и даже сами пропагандисты и руководители не верят в эту дружбу.

В этой взаимно неприязненной, напряженной обстановке агрессивной, нападающей стороной являются осетинские националисты, в то время как ингуши терпеливо сносят их дискриминационные и преступные действия. Они убивают наших людей и насилуют наших женщин — мы молчим. Они с малолетства калечат наших детей — мы молчим. Они поджигают наши дома и уводят лошадей и скот — мы молчим. Они не позволяют нам поселиться на своих землях — мы молчим. Они отстраняют нас от участия в политической жизни — мы молчим. Что бы они не делали против нас — мы молчим. И это наше терпеливое молчание некоторыми руководителями Северной Осетии воспринимается как трусость.

Лучше всего подобное настроение выразил первый секретарь Северо-Осетинского обкома партии Б.Е.Кабалоев августе 1972 года на собрании ингушского населения в Чермене /Базоркине/. Собрание это проводилось в связи с тем, что многие ингуши — жители Пригородного района написали жалобы в центральные органы о своем тяжелом положении. Однако ни один автор этих жалоб на собрание не был приглашен. И вот когда Б.Е. Кабалоев предложил выступить тем, кто написал жалобы, никто, естественно, не взял слово, потому что авторов этих жалоб на собрании не было. Тогда Б.Е.Кабалоев, думая, что ингуши боятся открыто выступить, назвал всех, кто писал жалобы по поводу Пригородного района, «зайцами во хмелю» не двусмысленно давая понять, что если ингуши — зайцы, то другие — львы. Эта фраза мгновенно обошла всю Ингушетию и больно уязвила самолюбие народа.

Но Б.Е. Кабалоев ошибся. Об этом свидетельствует хотя бы такой случай. К одному старику-ингушу, приехавшему из Грозного в селение Терк /Длинная Долина/ Пригородного района посмотреть на принадлежавшие ему до 1944 года дом и фруктовый сад, подошли старики-осетины и спросили: «Скажи, как ты смотришь на то, что теперь осетин живет в твоем доме и срывает плоды с твоего сада?» Ингуш ответил так: «Представьте себе волка на цепи, и овчарку, забравшуюся в его логово. Что будет с ней, если волк освободится? Вот так и я смотрю на то, что сегодня не я, а осетин живет в моем доме и срывает плоды с моего сада».

Нет, те, которые возомнили себя львами и принимают ингушей за трусливых зайцев, глубоко ошибаются! В нашей стране народы не должны решать свои взаимоотношения с позиции силы. А если бы эти вопросы решались с помощью такого аргумента, как мужество и сила, нам не пришлось бы сегодня говорить о своих правах посредством заявления.

Антиингушская настроенность стала морально-политической нормой для многих руководителей и различных должностных лиц Северо-Осетинской АССР, которые порою скрывают эту настроенность под фразой: «Мы бы рады вернуть вам ваши земли, но «это же — дело Москвы».

Вместе с тем, в Северной Осетии много людей, которые выступают истинными друзьями ингушского народа. Это — прежде всего широкие слои трудящихся Осетии. Люди доброй воли хотят, чтобы ингушам были возвращены их земля, их селения, их дома. Наиболее ярко и прочувственно эти настроения честных людей Северной Осетии отразил известный осетинский писатель Максим Цагараев в своем рассказе «Дым очага», опубликованном в газете «Социалистическая Осетия» за 6 августа 1972 года. Талантливый художник М.Цагараев нашел приемлемую форму и выразительные средства для того, чтобы вы сказать свое недовольство тем, что его соотечественники все еще продолжают жить на землях ингушей, вытеснив оттуда их и поселившись в их селениях и домах. В символической форме писатель нарисовал сегодняшнее положение ингушей, живущих бесправно в Пригородном районе, и осетин, обогатившихся за счет их земель. Устами героя своего рассказа он говорит: «Я приехал домой. Из дальних военных походов я вернулся к ветхому жилищу своего отца.

… Не сидит уже под тополем, как это частенько бывало раньше, мой отец. Не прижала меня к груди добрая мать. Кругом запустенье. Плетень, точно усталый путник, привалился к дереву. Растерянно торчат из земли стебли подсолнухов.

… А любимое ореховое дерево отца! Он, бывало, любил отдохнуть под ним в знойный день. Да и в лунную ночь тоже случалось — сидел под орехом и обдумывал судьбу семьи. Нет теперь в нашем саду этого дерева. Оно растет за плетнем, у соседа Савхала.

Да, отец, плетень не сам шагнул в наш сад. И не твой сын, а соседский залезает теперь на дерево, когда поспевают орехи, и колотит палкой по ветвям. И не мы, а они собирают плоды. А потом Савхал везет орехи в туго набитых мешках на базар, да еще ведрами раздает своим родичам.

Кого ему стыдится? Тебя он во дворе не видит, голоса твоего не слышит. Добрые дела твои он запамятовал. Он думает, что от тебя, кроме имени, уже ничего не осталось. Кого же ему бояться?

А помнишь, отец, как девушки рано поутру и вечерами, уже при луне, приходили к нам в сад за водою? Так вот, Савхал отвел воду по трубе к своему крыльцу, а у нас родник завалил камнями. И не в нашем саду журчит теперь водица, а в соседском.

Ни у кого не было тогда источника. Со всего села приходили к нам. Не даром люди назвали родник твоим именем. Чьим же именем назвать его сейчас? Именем Савхала? А достоин ли Савхал такой чести? Неужели к его имени привыкнут также, как и к твоему? Нет, не бывать этому! Ведь он не пускает людей к роднику, прячет воду от них.

Я вернулся в отчий дом. Осень. Ранняя осень. У всех полно дел. Каждый возится у себя в саду. Только в нашем саду никто не хлопочет. Повсюду из труб поднимается дым. Только над нашим домом не вьется дымок…»

И хоть хозяин и вернулся к своему очагу, говорится далее в рассказе М.Цагараева, однако сосед, бездушный и жадный Савхал, не сразу возвращает ему захваченное добро, а ореховое дерево, не желая и вовсе отдавать хозяину, пытается срубить. Финал рассказа вселяет веру в торжество справедливости, в то, что люди, у которых отобрали дома и сады, снова вернутся к очагам своих предков и над крышами их домов заклубится дымок и появятся мирные голуби.

«Шуршат листья на ореховом дереве. Хлопают крылья моих пернатых друзей, рядом журчит родник. Не у чужого порога, а в нашем саду, на своем месте».

Это — неизбежно! Чужое есть чужое — и рано или поздно оно должно быть возвращено тому, кому принадлежит по праву!

VI

Националистическая тенденция, преследующая роль политически оправдать лишение ингушского народа его исконных земель с тем, чтобы закрепить их за Северной Осетией, получила отражение даже в специальных теоретических работах некоторых местных авторов.

Так, бывший руководитель лекторской группы Чечено-Ингушского обкома КПСС Э.И. Лин в своей работе «В дружной семье народов Советского Союза» пишет: «Казахстан добровольно дважды уступал Узбекистану значительную часть своей территории. Руководствуясь этими же ленинскими положениями … был оставлен у братской Северо-Осетинской республики Пригородный район, раньше входивший в состав Чечено-Ингушской АССР. Уже само название «Пригородный» говорит о том, что он должен составлять административное целое со столицей Северо-Осетинской АССР — городом Орджоникидзе».

Когда часть территории одной республики переходит к другой; решается судьба народа, населяющего эти республики. Но для Э.И. Лина — это сущие пустяки: район — туда, район — сюда. Кстати, «значительная часть» территории Казахстана, о которой Э.И. Лин походя с завидной легкостью упоминает, уже  возвращена Казахстану Указом Президиума Верховного Совета СССР от 28 июня 1971 года.

Что же касается Пригородного района, то, чтобы разъяснить непосвященным мотивы передачи его Северной Осетии, Э.И. Лин пускается в пространные и запутанные рассуждения:

«Могут спросить: а почему до 1944 года Пригородный район входил в состав Чечено-Ингушской АССР? Очевидно, для этого был ряд причин. Во-первых, ингушское население тогда в этом районе было преобладающим, и в момент образования национальных автономных областей нецелесообразным было определить его в состав Северной Осетии… Во-вторых, степень зрелости национальных отношений в те годы, может быть, еще делала нецелесообразным определение границ, беря за основу только экономический принцип. В период же восстановления республики национальные отношения стояли несравненно выше, а вопросы экономического строительства приобрели неизмеримо более важное значение. В-третьих, центр Ингушской автономной области в то время находился в городе Орджоникидзе, который в равной степени был н центром Северной Осетии».

Эта тирада ставит простые вещи с ног на голову. Э.И Лин явно жалеет, что ингушей нельзя было вытеснить из Пригородного района еще до 1944 года, т.е. до выселения их в Казахстан и Среднюю Азию, потому что «в то время» /1924-1934 гг./ «центр Ингушской автономной области находился в городе Орджоникидзе».

Удаление ингушей из Орджоникидзе началось в 1934 году в связи с объединением Ингушетии и Чечни. Но, к великому сожалению Э.И. Лина, в Пригородном районе ингушское население было преобладающим н поэтому еще «нецелесообразно было определить его в состав Северной Осетии». И далее. По Э.И Лину, чем выше «степень зрелости национальных отношений», тем больше оснований, чтобы отобрать у народа часть его территории, и выходит, что ингушам гораздо целесообразнее было оставаться на уровне «национальных отношений 20-х годов: может, тогда бы у них не забрали Пригородный район. Стоило этим самым «национальным отношениям» подняться «несравненно выше» уровня 20-х годов, чтобы можно было при определении границ взять «за основу только экономический принцип», не считаясь с волей и интересами местного /коренного/ населения.

Одним словом, запутался Э.И. Лин. Но вовсе не потому, что он несведущий автор, а потому, что просто НЕ СУЩЕСТВУЕТ ВЕСКИХ АРГУМЕНТОВ, С ПОМОЩЬЮ КОТОРЫХ МОЖНО БЫЛО БЫ ОПРАВДАТЬ ОТТОРЖЕНИЕ ОТ ИНГУШЕТИИ ПРИГОРОДНОГО РАЙОНА И ДРУГИХ ЗЕМЕЛЬ.

Не отстает от Э.И. Лина к кандидат исторических наук С.Н. Джугурьянц, который в своей работе безуспешно пытается теоретически обосновать передачу Пригородного района Северной Осетии. Он пишет: «При определении границ Чечено-Ингушской АССР принимались во внимание исторически сложившиеся границы, но в то же время учитывались перспективы экономического и культурного развития Чечено-Ингушетии и граничащих с ней автономных республик, а также реальная и предполагаемая численность населения восстанавливаемой республики».

Границы Ингушетии, как свидетельствует историческая наука, сложились еще за тысячелетия до ее раздела в 1957 году, н если бы действительно были учтены «исторически сложившиеся границы», то нам сегодня не пришлось бы обращаться с настоящим письмом. Свои лживые утверждения С.Н. Джугурьянц подкрепляет такими аргументами: «Много труда вложили труженники Северной Осетии в развитие Пригородного района, который до 1944 года входил в состав Чечено-Ингушской АССР. Прилегая к городу Орджоникидзе, этот район всегда был экономически связан с ним. В послевоенные годы экономические связи его с городом еще более окрепли и умножились».

Как видно, С.Н. Джугурьянца не мучают угрызения совести. Неужели труд, вложенный Северной Осетией в развитие Пригородного района за 13 лет нашего изгнания, больше труда, вложенного ингушским народом в него за тысячелетия?

«В.И. Ленин указывал, — разъясняет далее С.Н Джугурьянц, — что «отрывать города от экономически тяготеющих к ним сел и округов из-за «национального» момента нелепо и невозможно».

На этом основании значительная часть Пригородного района, территория которого составляла 0,9 тысячи квадратных километров, вошла в состав Северо-Осетинской АССР. В условиях, когда канула в вечность национальная вражда и достигнуто фактическое национальное равенство, передача Пригородного района Северной Осетии — одно из многочисленных проявлений дружественной заботы советских народов друг о друге. Этот акт дружбы нашел свое законодательное закрепление в решении первой сессии Верховного Совета Чечено-Ингушской АССР  второго созыва.

КАКАЯ ЖЕ ЭТО — ДРУЖЕСТВЕННАЯ ЗАБОТА» И КАКОЙ ЖЕ ЭТО «АКТ ДРУЖБЫ», КОГДА ПЕРЕДАЧА ПРИГОРОДНОГО РАЙОНА СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ ОСУЩЕСТВЛЯЛАСЬ БЕЗ ВЕДОМА И СОГЛАСИЯ ИНГУШСКОГО НАРОДА И ДО СИХ ПОР НЕ ВОЗВРАЩАЮТ ЭТОТ РАЙОН ВОПРЕКИ НАСТОЙЧИВЫМ ПРОСЬБАМ ИНГУШЕЙ, ВОПРЕКИ ИХ ПОЛИТИЧЕСКИМ, ЭКОНОМИЧЕСКИМ И МОРАЛЬНЫМ ИНТЕРЕСАМ?

Мы утверждаем, что не только на этой сессии, но и вообще ни на какой другой сессии Верховного Совета Чечено-Ингушской АССР никогда не стоял вопрос о передаче Пригородного района Северной Осетии. Вопрос о судьбе Пригородного ингушского района решался без участия ингушей, в ущерб интересам ингушей. Так о каком же «законодательном закреплении» говорит С.Н. Джугурьянц?

С.Н. Джугурьянц, как и Э.И. Лин, не хочет считаться с мнением и интересами ингушского народа. Основной и единственный принцип для него — это экономический фактор. Если в первые годы Советской власти, говорит он, и учитывался «национальный признак», то «в условиях же развернутого строительства коммунистического общества при определении границ принимается во внимание в первую очередь экономическая целесообразность, задача экономического строительства, создание наилучших условий для неуклонного повышения материального благосостояния и культурного уровня всех советских народов».

С.Н. Джугурьянц, как и другие местные авторы, пытающиеся оправдать передачу Пригородного района Северной Осетии, цитируют важнейшее ленинское положение в отрыве от контекста.

Написанная в 1913 году работа В.И. Ленина «Критические заметки по национальному вопросу» дает глубокий марксистский анализ проблемы установления межнациональных административных границ. В.И. Ленин указывает, что устарелые административные деления необходимо заменить «делениями, по возможности, по национальному составу населения».

… Но национальный состав населения — один из важнейших экономических факторов, но не единственный и не важнейший среди других. Города, напр., играют важнейшую экономическую роль при капитализме, а города везде — и в Польше, и в Литве, и на Украине, и в Великороссии и т.д. — отличаются наиболее пестрым национальным составом населения. Отрывать города от экономически тяготеющих к ним сел и округов из-за «национального» момента нелепо и невозможно. Поэтому целиком и исключительно становиться на почву «национально-территориалистического» принципа марксисты не должны» /В.И. Ленин. О национальном и национально-колониальном вопросе. М., 1956, стр.144/.

Таким образом, В.И. Ленин вовсе не противопоставляет экономический фактор национальному вопросу, а рассматривает последний как один из экономических факторов.

В.И.Ленин приводит выдержку из «Резолюции по национальному вопросу», написанной им месяцем раньше: «В особенности необходима при этом широкая областная автономия и вполне демократическое местное самоуправление, при определении границ самоуправляющихся и автономных областей на основании учета самим местным населением хозяйственных и бытовых условий, национального вопроса населения и т.д. /Там же, стр.94/.

Национальному составу, мнению местного населения В.И.Ленин придает огромное значение, потому что «местное население одно только может «учесть» все эти условия, а на основании такого учета центральный парламент государства будет определять границы автономных областей и пределы ведения автономных сеймов» /Там же, стр.145/.

В.И.Ленин нигде, ни в одной из своих работ ни словом не обмолвился о том, что экономический фактор важнее национального состава или наоборот. Всегда нужно учитывать и экономические особенности местности, и национальный состав населения, не ставя одно над другим. Все эти условия может учесть только местное население, и решение относительно административных границ нужно выносить на основании этого учета, в соответствии с интересами местного населения.

Что же касается Пригородного района, то местным /коренным/ населением его являлись ингуши, а осетины поселились там лишь после выселения ингушей в 1944 году. И невольно возникает вопрос:

«Мнение, какого «местного населения» учитывалось при передаче Пригородного ингушского района в состав Северной Осетии? Ингушей, которые веками жили на этой земле, или осетин, которые заняли ее в период насильственного выселения ингушей?

По теории Э.И. Лина и С.Н. Джугурьянца получается, что достаточно выселить один народ с его исконной земли — и все, кто после него поселятся на этой земле, становятся «местным населением».

Однако каким бы ни было местное население, интересы его, по мнению Э.И. Лина и С.Н. Джугурьянца, принимать во внимание не следует, а надо исходить только из экономических соображений. Так почему же тогда из-за осетинского «национального момента», ради удовлетворения территориальных притязаний осетинских националистов в 1934 году Орджоникидзе был оторван от экономически тяготеющего к нему ингушского Пригородного района? И не потому ли сейчас в Пригородный район не пускают его коренных жителей — ингушей? Об этом местные лжетеоретики многозначительно умалчивают.

НО СУТЬ ДЕЛА СОСТОИТ В ТОМ, ЧТО ХОТЯ Э.И.ЛИН, С.Н.ДЖУГУРЬЯНЦ И ДРУГИЕ МЕСТНЫЕ АВТОРЫ ВСЯЧЕСКИ И ВЫПЯЧИВАЮТ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ФАКТОР, НЕ ЕГО УЧИТЫВАЛИ ПРИ ПЕРЕДАЧЕ ПРИГОРОДНОГО РАЙОНА СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ, А УЧИТЫВАЛИ ИМЕННО «НАЦИОНАЛЬНЫЙ ФАКТОР», В ОСНОВЕ КОТОРОГО В ДАННОМ СЛУЧАЕ ЛЕЖАТ ЗАХВАТНИЧЕСКИЕ УСТРЕМЛЕНИЯ НАЦИОНАЛИСТОВ. ИМЕННО ИЗ-ЗА ИХ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ, А ВОВСЕ НЕ ИЗ ЭКОНОМИЧЕСКИХ СООБРАЖЕНИЙ, БЫЛ ПЕРЕДАН ПРИГОРОДНЫЙ ИНГУШСКИЙ РАЙОН СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ.

Местные авторы настолько увлеклись этим «экономическим фактором», что они выставляют его как непреложный аргумент против всех, кто не может согласиться с отторжением от Ингушетии Пригородного района. Так, например, С.Н. Джугурьянц пишет: «Игнорируя решающее значение экономического фактора, отдельные представители ингушской интеллигенции, студенческой молодежи проявляют национальную ограниченность в вопросе о Пригородном районе. Обращаясь к прошлому, такие люди не видят перспектив развития национальных отношений… Подобные националистические проявления наносят серьезный ущерб укреплению дружбы братских народов Чечено-Ингушетии и Северной Осетии, отвлекают трудящихся от решения насущных задач коммунистического строительства».

ЭТО — ДВОЙНАЯ ДЕМАГОГИЯ, РАСЧИТАННАЯ НА ПРОСТАКОВ И НЕВЕЖД!

С.Н. Джугурьянцу мало оправдывать отторжение от Ингушетии Пригородного района, ему надо еще, чтобы никто не вспоминал о земле своих предков, о своих селениях, о своих домах и садах, а думал об «экономическом факторе».

НЕТ, НЕ ОТДЕЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВИТЕЛИ, А ВЕСЬ ИНГУШСКИЙ НАРОД СТРАСТНО ЖЕЛАЕТ ВОЗВРАЩЕНИЯ ЕМУ ПРИГОРОДНОГО РАЙОНА И ДРУГИХ ОТНЯТЫХ У НЕГО ЗЕМЕЛЬ!

У ингушского народа не было ни студенчества, ни интеллигенции в 1918 году, когда внуки и правнуки выселенных казаками ингушей через 50 лет после этого акта насилия, выполняя волю большевиков и Советской власти, освободили свои земли.

Третий грозненский «теоретик» Н.А. Тавакалян, продолжая и развивая Э.И. Лина и С.Н. Джугурьянца, констатирует: «Значительная часть экономически тяготеющего к городу Орджоникидзе Пригородного района вошла в состав Северо-Осетинской АССР». А затем Н.Л.Тавакалян дает глубокомысленное «теоретическое» объяснение этому факту: «Эти взаимные территориальные уступки, перемещение и заселение людей проходили по добровольному желанию и соглашению трудящихся масс названных братских республик».

Выше уже говорилось о том, насколько «добровольным» было «желание и соглашение» ингушского народа быть выселенными в Казахстан и Среднюю Азию по бериевско-кобуловскому произволу, а затем отдать свои древние земли Северной Осетии, в то время как самому ему не хватает места для поселения.

Одним словом, Н.А. Тавакалян, как и Э.И. Лин и С.Н. Джугурьянц, проявляет «интернационализм» за счет интересов ингушского народа. Но на самом деле ТАКИЕ «ТЕОРЕТИКИ» ТОЛЬКО ИСКУССТВЕННО ТОРМОЗЯТ РАЗРЕШЕНИЕ ИНГУШСКОГО ВОПРОСА МИРНЫМ ПУТЕМ, СПОСОБСТВУЯ НАГНЕТЕНИЮ ОПАСНОГО ЧУВСТВА НАЦИОНАЛЬНОЙ РОЗНИ. Можно ли допустить, что они этого не понимают?

Более хитроумны рассуждения осетинского автора Ю.И. Кониева о принципах, которыми, по его мнению, надлежит руководствоваться при определении границ между автономиями или областями.

Нужно, скажем, Ю.И.  Кониеву теоретически обосновать совершенно нелогичное и неестественное присоединение отдаленного Моздокского района к Северной Осетии, он на первый план выдвигает «пожелания осетинского населения», которое представлено абсолютным меньшинством в Моздокском районе. Так, Ю.И. Кониев пишет: «В состав Северо-Осетинской АССР был включен Моздокский район с преимущественно русским населением. Учитывая, что между Осетией и Моздокским районом исторически сложились тесные экономические и культурные связи, в хозяйственном отношении они составляют единое целое, -СОВЕТСКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО ПОШЛО НАВСТРЕЧУ ПОЖЕЛАНИЯМ ОСЕТИНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ РАЙОНА И ВКЛЮЧИЛО ЕГО В СОСТАВ СЕВЕРО-ОСЕТИНСКОЙ АССР. Сейчас не вызывает сомнения, что это решение было правильным».

Весьма шаткие объяснения! Во-первых, кахнх-то особо «тесных связей» между Северной Осетией и Моздокским районом не было и нет. Во-вторых, Северная Осетия и Моздокский район «в хозяйственном отношении никогда не составляли «единое целое», ибо между ними находилась Ингушетия и Кабарда. А присоединение Моздокского района к Северной Осетии осуществлено, отторгнув от Ингушетии длинную полосу пахотной земли /11,2 тыс.га/. Таким образом, осетинские националисты проложили «Данцигский коридор», чтобы связать с Северной Осетией Моздокский район Ставропольского края, не смущаясь тем, что этот район даже не примыкал к Осетии. В-третьих же, почему учитывалось только мнение осетинского меньшинства, желающего войти в административное подчинение Северо-Осетинской АССР, и не принималось в расчет мнение русского большинства, желавшего оставаться в составе Ставропольского края? Присоединение Моздокского района к Северной Осетии нанесло серьезный ущерб коренным интересам ингушского народа и об этом следует сказать особо.

Ингуши с незапамятных времен имели общую границу с кабардинцами. Эти два народа исторически тесно связаны между собой торгово-экономическими, культурными, духовными и даже родственными связями. Особенно окрепла дружба между ингушским и кабардинским народами в годы их совместной борьбы за установление Советской власти на Северном Кавказе.

Теперь в связи с отторжением ингушской земли в пользу Северной Осетии Ингушетия и Кабарда не граничат между собой; их разделяет этот осетинский «Данцигский коридор» —

Осетинские националисты заявляют, что этот «коридор» необходим для Осетии, чтобы иметь сообщение с Моздокским районом. А разве нельзя было ездить по дорогам, идущим через Ингушетию? Ведь Военно-Грузинская дорога, берущая начало от Моздока, всегда проходила через Ингушетию, и при этом царская администрация для этого не отчуждала ингушскую землю.

Если уж обязательно нужно было отделить Моздокский район от Ставропольского края, то не целесообразнее ли было присоединить его к Чечено-Ингушетии или Кабардино-Балкарии, к которым он непосредственно примыкал?

Вряд ли обо всем этом думал Ю.И. Кониев, когда он без тени смущения «обосновал» присоединение Моздокского района к Северной Осетии в ущерб интересам ингушского народа и против желания русского населения, составляющего в Моздокском районе подавляющее большинство.

А вот что пишет Ю.И. Кониев по поводу захвата Северной Осетией Пригородного района Ингушетии: «При восстановлении Чечено-Ингушской АССР в 1957 году произошли некоторые изменения ее границ. В составе Северо-Осетинской АССР остался Пригородный район, до 1944 года входивший в Чечено-Ингушскую АССР. Такое решение также являлось правильным. Пригородный район вплотную примыкает к городу Орджоникидзе, экономически тяготеет к последнему».

Словом, для Ю.И. Кониева все то правильно, что удовлетворяет эгоистические интересы националистических кругов Северной Осетии, несмотря на то, что все это «правильное» делается в ущерб коренным интересам других народов.

Именно такой националистический эгоизм имел в виду В.И.Ленин, когда он настоятельно утверждал принцип равноправия нации: «Ни одной привилегии ни для одной нации, ни для одного языка! Ни малейшего притеснения, ни малейшей несправедливости к национальному меньшинству!…» /В.И.Ленин. О национальном и национально-колониальном вопросе. М,, 1956, стр.78/.

По поводу Пригородного района, отторгнутого от Ингушетии осетинскими националистами, Ю.И. Кониев просто констатирует: «Правильное решение», не утруждая себя выяснением антиленинской направленности этой меры.

Когда тот или иной район из одной республики, области, края передается другой, он передается вместе с местным /коренным/ населением. Так, например, из Ставропольского края были переданы Чечено-Ингушской АССР Наурский, Щелковский и Каргалинский районы и Северо-Осетинской АССР — Моздокский район вместе с населением. Точно так же три района Казахской ССР в свое время были переданы в состав Узбекской ССР и возвращены вместе с населением этих районов. И таким образом, переход названных районов из одного административного подчинения в другое не отражалось на местопрнбываннн населения этих районов. И только в отношении Пригородного района этот справедливый принцип был нарушен.

Дело в том, что согласно Указа Президиума Верховного Совета СССР от 9 января 1957 года ингушское население, проживавшее в Пригородном районе, должно было вернуться в свои селения, даже если этот район передавался Северной Осетии. Другого документа партии н правительства, запрещающего ингушам вернуться в этот район, не было и нет. Но осетинские националисты, проявляя местничество, выдумали свои «законы», препятствующие возвращению н проживанию там ингушей, выселенных из этого района в 1944 году.

Сейчас в Пригородном районе из 75 тыс. ингушей — жителей этого района проживает только 25 тыс. человек, которые проникли туда, преодолевая огромные препятствия со стороны руководства Северо-Осетинской АССР. Остальные 50 тыс. ингушей до сих пор скитаются в различных концах Советского Союза в ожидании решения своего вопроса. Их положение во многом сходно с положением палестинских арабов.

Эти обстоятельства сознательно опускают Ю.И. Кониев и другие местные авторы, взявшие на себя труд «разъяснить» мировой общественности «законность» этого акта.

Кроме того, работа Ю.И. Кониева «Национально-государственное строительство на Тереке» отличается и такой, типичной для многих осетинских авторов, особенностью: всячески замалчивать, затушевывать добрые дела ингушского народа, приписывая при этом все лучшее, что имеется в истории Северного Кавказа, осетинам, вопреки и историческим фактам.

Так, например, если верить Ю.И. Кониеву, то авангардом горских народов в период гражданской войны и в первые годы Советской власти были осетины, а не ингуши. Ю.И. Кониева, видимо, кроме всего прочего, не смущает и такой хрестоматийный факт, как телеграмма С.Орджоникидзе В.И.Ленину от 12 декабря 1919 года, в которой сказано: «В освобождении Терека блестящую роль сыграли горцы, во главе с ингушами» /Г.К.Орджоникидзе. Избранные статьи и речи. Грозный, 1962, стр.49/.

Значит, все народы Северного Кавказа участвовали в освобождении Терека, но ВЕДУЩУЮ РОЛЬ СЫГРАЛИ ВСЕ-ТАКИ ИНГУШИ. Это — факт, историческая истина!

У Ю.И. Кониева в извращении исторической истины предшественниками были такие яркие клеветники на ингушский народ, как С.Д. Кулов /Борьба за советизацию Северной Осетии». Дзауджикау, 1952/. А. Газаев /»Грубое извращение исторических фактов», «Правда», 12 ноября 1949 года/, А.Г. Джикаева /»Борьба за установление н упрочение Советской власти в Северной Осетии в 1917-1921 годы», Дзауджикау, 1949/ и другие. Осетинские националисты сделали все возможное, чтобы умалить участие ингушского народа в разгроме фашистской Германии в годы Великой Отечественной войны. Хорошо известно, что тысячи сынов ингушского народа отдали свои жизни в боях за Советскую власть и Родину, десятки тысяч ингушей напряженной работой ковали победу на трудовом фронте, и в 1942-1943 годах, когда Северная Осетия, Кабардино-Балкария были оккупированы фашистами, ингушский народ снабжал продуктами питания соединения Красной Армии, находившиеся на Северном Кавказе.

И сегодня осетинские националисты не стыдятся того, что по их вине в свои селения Пригородного района не могут вернуться вдовы и семьи ингушек, которые погибли, защищая нашу Родину, на фронтах Великой Отечественной войны, и те, кто вернулись инвалидами с войны.

ИЗВРАЩАЯ ИСТОРИЧЕСКУЮ ПРАВДУ ОБ ИНГУШАХ, РАСПРОСТРАНЯЯ О НИХ КЛЕВЕТНИЧЕСКИЕ ИЗМЫШЛЕНИЯ, ОСЕТИНСКИЕ НАЦИОНАЛИСТЫ ЗАНИМАЮТСЯ ЗАХВАТОМ ИНГУШСКИХ ЗЕМЕЛЬ.

В настоящее время они притязают на Джерахское ущелье и Столовую гору. и всякий раз мотивируют свои территориальные притязания тем, что та или иная часть ингушской земли оказывается «экономически тяготеющей» к Северной Осетии. Поистине — все это в духе того ненасытного американского фермера, который, захватывая все новые земли, прилегающие к его владениям, цинично заявлял: «Я претендую только на те земли, которые граничат с моими».

Что же касается ингушей, то они никогда не посягали на чужие земли и свои отношения с соседними народами строили на взаимном уважении и доверии. В 1920 году С. Орджоникидзе предложил ингушам занять и заселить селение Ольгинское за его контрреволюционные действия, но ингуши не тронули это селение, заявив, что это может вызвать осложнения между двумя соседними народами, хотя селение это в свое время было основано на ингушской земле. К сожалению, такого благородного и миролюбивого отношения в ответ к себе мы сегодня не наблюдаем в Северной Осетии.

VI

Положение ингушского народа не было бы сегодня столь бедственным, если бы руководители Чечено-Ингушской АССР уделяли его коренным интересам должное внимание и заботу. Но, к сожалению, приходится констатировать, что со стороны руководителей республики ингушский народ внимания и заботы к своим насущным проблемам не видит. Более того, всякого, кто ратует за те или иные нерешенные национальные проблемы, в Чечено-Ингушетии официально объявляют националистом. Любовь и уважение к своему народу, к своей национальной культуре, к своим положительным национальным традициям и обычаям, к своему родному языку — словом, привязанность ко всему, что составляет бытность народа, преследуется как общественно вредное явление.

РУКОВОДСТВО ЧЕЧЕНО-ИНГУШСКОЙ АССР НЕ ТОЛЬКО СВОЕВРЕМЕННО НЕ ИНФОРМИРОВАЛО ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ КПСС И СОВЕТСКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО OБ ОСТРЫХ ПРОБЛЕМАХ АВТОНОМИИ ИНГУШСКОГО НАРОДА, А НАПРОТИВ, ВСЯЧЕСКИ ПРЕПЯТСТВОВАЛО ПОСТАНОВКЕ ЭТИХ ПРОБЛЕМ, СОЗДАВАЯ ВИДИМОСТЬ БЛАГОПОЛУЧИЯ.

Бывший председатель Совета Министров ЧИ АССР М.Г. Гайрбеков, занимая ответственный пост в руководстве республики, своим отношением к Ингушетии объективно осуществлял политику, направленную на ликвидацию ингушей как нации.

Он согласился с предложением передать Северной Осетии Пригородный район, составляющий более половины ингушских земель и аулов и даже не поставил перед правительством вопроса о том, что власти Северной Осетии, нарушая Указ Президиума Верховного Совета СССР, не разрешают ингушам туда вернуться.

Он великодушно согласился на передачу Осетии ингушских земель в Малгобекском районе.

Под его руководством упразднены ингушские районы Галашкинский /Первомайский/, Ачалукский, Пседахский, которые были присоединены к казачьим и чеченским районам.

В согласии с осетинскими националистами он осуществил план, по которому Моздокский район и ингушские земли Пригородного района, без ингушей, были присоединены к Северной Осетии, а взамен их он получил для расселения чеченцев горных районов на равнине — Каргалинский, Шелковской и Наурский районы Ставропольского края.

Возмущавшимся этой сделкой ингушам Гайрбеков цинично заявлял: «Нам дали три района вместо вашего одного. Можете и вы поселиться там»… Он великолепно знал, что ни одна ингушская семья туда не поедет, потому что возвращаться из ссылки в Казахстан не домой, а на земли Ставропольского края, для ингушей Пригородного района нет никакого смысла. Так эти ингуши до сих пор живут там, куда их выслал Берия.

Разделавшись таким образом с территорией и районами бывшей Ингушетии, Гайрбеков впоследствии говорил: «Что вы толкуете об ингушах? Это же всего-навсего один район /Назрановский/ из четырнадцати.»

Бывший Председатель Президиума Верховного Совета ЧИ АССР И.А. Алмазов в течение полутора десятилетия своей бесславной деятельности проявил полное безразличие к судьбе ингушского народа и, в частности, к вопросу о Пригородном районе. Когда группа ингушей-ветеранов гражданской войны обратилась к нему с просьбой ходатайствовать перед Советским правительством о возвращении ингушскому народу Пригородного района, он ответил: «Пригородный район — это скандальное дело! Я не хочу в это вмешиваться. Оставьте меня в покое! Моя цель — кормить семью, дать образование своим сыновьям и спокойно дожить до пенсии».

Бывший второй секретарь Чечено-Ингушского обкома КПСС /а ныне -заместитель Председателя Совета Министров ЧИ АССР/ С.А. Чахкиев в течение всего времени пребывания на посту второго секретаря обкома партии /1957-1969 годы/ весьма активно /тайно и явно/ преследовал людей, поднимавших вопрос о Пригородном районе, угрожая им снятием с работы, исключением из партии и даже арестом, и, надо сказать, угрозы эти осуществлялись практически.

Секретарь Чечено-Ингушского обкома КПСС Х.Х. Боков в беседе с работниками Назрановского райкома партии заявлял: «Те, кто поднимают вопрос о Пригородном районе, — предатели ингушского народа! Они подрывают дружбу между осетинами и ингушами».

В ингушском вопросе линию М.Г. Гайрбекова продолжает и его преемник, председатель Совета Министров ЧИ АССР Р.В. Вахаев, который выступая 28 апреля 1972 года на собрании партийного актива Октябрьского района города Грозного, говорил: «За последнее время некоторые работники, в том числе и руководящие, с голоса антисоветской радиостанции «Свобода»усилили разговоры по поводу так называемой «проблемы Пригородного района». Оказавшись в плену западной радиопропаганды, эти люди ставят вопрос о возвращении территории Пригородного района Северо-Осетинской АССР в состав Чечено-Ингушетии. Такой обстановкой незамедлительно воспользовались карьеристы, руководители религиозных сект для подстрекательства и разжигания националистических устремлений и широкого распространения самых различных провокационных слухов. Так называемая «проблема Пригородного района» искусственно раздута». А 24 августа 1972 года Р.В.Вахаев, выступая на партийном активе Назрановского района, утверждал, что передача Пригородного района в состав Северо-Осетинской АССР — закономерный акт, так как этот район «экономически тяготеет» к городу Орджоникидзе. На это неуклюжее заявление один из коммунистов сказал: «Тов. Вахаев, когда город Орджоникидзе отняли у ингушей и передали осетинам, говорили, что он «тяготеет» к Осетии. Передавая позже Пригородный район той же Осетии, нам внушали, что этот район «экономически тяготеет» к городу Орджоникидзе. Следуя Вашей логике, Назрановский район тоже надо передать Осетии, так как он «тяготеет» к Пригородному району».

Первый заместитель Председателя Совета Министров ЧИ АССР А.Н.Слюсарев в беседе с секретарем Назрановского райкома партии несколько лет тому назад говорил: «Вы, ингуши, сами виноваты в том, что вам не возвращают Пригородный район. Это ваша слабость. Вот чеченцы, например, отбили свой Веденский район у Дагестана». А в мае 1972 года на партактиве Сунженского района ЧИ АССР А.Н.Слюсарев, наоборот, публично, в горячих выражениях осуждал всех, кто добивается возвращения Пригородного района ингушскому народу.

ХАРАКТЕРНО,  ЧТО   НЕ   ТОЛЬКО  А.Н.СЛЮСАРЕВ,  НО   И   МНОГИЕ ДРУГИЕ РУКОВОДИТЕЛИ ЧЕЧЕНО-ИНГУШСКОЙ АССР В ЛИЧНЫХ, НЕОФИЦИАЛЬНЫХ БЕСЕДАХ ПРИЗНАЮТ НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ ОТТОРЖЕНИЯ ОТ ИНГУШЕТИИ ПРИГОРОДНОГО РАЙОНА. ТОЛЬКО В СВОИХ ОФИЦИАЛЬНЫХ ВЫСТУПЛЕНИЯХ ОНИ ОПРАВДЫВАЮТ ЭТУ НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ. ТАКОЕ ПОВЕДЕНИЕ РУКОВОДЯЩИХ РАБОТНИКОВ НЕЛЬЗЯ НАЗВАТЬ ИНАЧЕ, КАК ДВУРУШНИЧЕСТВО.

Однако наибольшее усердие в подавлении всяких патриотических начинаний проявляет секретарь Чечено-Ингушского обкома КПСС Х.Х. Боков /кстати, ингуш по национальности/. Он выступает не только как пропагандист космополитических тенденций, но еще и как «теоретик» этого местного космополитизма.

Х.Х. Боков всеми доступными ему средствами /выступлениями, статьями и даже целыми книгами/ пытается убедить ингушей в том, что им, дескать, не нужен свой родной язык, свои национальные традиции, обычаи и обряды, свое историческое и революционное прошлое, свое национальное единство, своя территория н своя национальная государственность. Нам, ингушам, говорит он, не нужна своя национальная самобытность, все то, что в той или иной степени отличает нас, ибо в Советской стране сложился уже единый советский народ, а национальные особенности противоречат этой новой исторической общности. Нам не нужна, говорит он, своя отдельная, «ингушская» земля, своя автономная территория и неважно, мол, к какой республике относится тот или иной район, ибо все мы живем в дружной семье братских народов Советского Союза, являющегося для всех единой Родиной. Нам не нужна, говорит он, своя национальная государственность, ибо все мы, где бы не находились, живем в едином социалистическом государстве, а поэтому, дескать, не имеет значения, какой характер носит автономия того или иного народа. Х.Х.Боков совершенно ошибочно понимает вопросы национальных автономий, и если следовать его теории национального нигилизма, то уже сегодня нужно перечеркнуть все национальные границы и вообще убрать из обихода понятие национальной государственности.

В мае 1918 года один из партработников Урала И.Н. Тунтул /впоследствии входивший в троицко-зиновьевский блок и исключенный из партии в 1928 году/ в беседе с В.И.Лениным говорил: «Мы считаем, что изданный декрет о Татаро-Башкирской республике вреден. Если его провести, он разрушит производственную основу промышленности Урала. А потом — мы стоим на интернациональной позиции Советской власти. А декрет только разжигает национальные страсти… Построение власти по национальному признаку несет гибель нашему народному хозяйству… Поэтому излишне организация национальных республик». В.И.Ленин на это ответил так: «Тов. Тунтул действительно очень просто понимает это. Очень просто. Подумать надо крепко. Подумать. Конечно, важно, чтобы не была разорвана связь с промышленностью, но не крепче ли будет эта связь, когда по национальному вопросу мы будем поступать так, как это говорит наша программа, программа нашей партии… Подумайте» /Из воспоминания Ф.Ф. Сыромолотова. — В кн.: В.И.Ленин и Татария. Казань, 1964, стр. 250-251/.

Незадолго до Октябрьской революции В.И.Ленин с исчерпывающей ясностью изложил программу партии по национальному вопросу: «Полная свобода отделения, — писал он в брошюре «Задачи пролетариата в нашей революции», — самая широкая местная /и национальная/ автономия, детально разработанные гарантии прав национального меньшинства — такова программа революционного пролетариата» /В.И.Ленин. О национальном и национально-колониальном вопросе. М-, 1956, стр. 441/.

ТАКОВА БЫЛА И ОСТАЕТСЯ ТАКОВОЙ НАЦИОНАЛЬНАЯ ПРОГРАММА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ И СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА. А ТО, ЧТО ГОВОРИЛ И.Я.ТУНТУЛ ПО ПОВОДУ АВТОНОМИИ ТАТАРСКОГО И БАШКИРСКОГО НАРОДОВ, И ТО, ЧТО ПРОВОЗГЛАШАЕТ Х.Х. БОКОВ В ОТНОШЕНИИ АВТОНОМИИ ИНГУШСКОГО НАРОДА, — ЭТО РЕВИЗИЯ ЛЕНИНСКИХ ПОЛОЖЕНИЙ ПО НАЦИОНАЛЬНОМУ ВОПРОСУ, ЭТО ЧИСТЕЙШЕЙ ВОДЫ КОСМОПОЛИТИЗМ, ЯВЛЯЮЩИЙСЯ, КАК ИЗВЕСТНО, ОБОРОТНОЙ СТОРОНОЙ НАЦИОНАЛИЗМА.

Космополитизм — злейший враг советского социалистического патриотизма. Проповедуя и внедряя в сознание широкой общественности мысль о том, что десяткам тысяч ингушей нечего жалеть о потере начала начал своей Родины — родного края, аула, дома, где они родились и жили; землю, которую они веками возделывали; садов, которые они выращивали; и могил, в которых покоятся их отцы и деды, ценою жизни добывших для них свободу, — отдельные руководители Чечено-Ингушской АССР утверждают реакционный принцип безразличия к судьбе всей нашей Родины. Если люди должны отучиться от конкретного представления о родине, начинающейся для каждого с родного края, родного аула, клочка земли, то как они, отказавшись от своей маленькой родины, поймут священную необходимость защищать рубежи Родины большой?

Космополитические идеи, проповедуемые некоторыми руководителями Чечено-Ингушской АССР, — это яд, расчитанный на атрофирование у ингушского народа чувства привязанности к своей земле, чувства ответственности и тревоги за интересы всей Советской страны. Ибо тот, кто не озабочен участью малой Родины, безразличен будет и к судьбе большой Родины. Леонид Леонов говорил: «Общеизвестно, что большой патриотизм начинается с малого, — с любви к тому месту, где живешь». /Леонид Леонов. Литература и время. Избранная публицистика. М., 1957, стр. 193/. Следовательно, у человека, не имеющего своей конкретной малой родины, не может быть и чувства патриотизма, ни малого, ни большого.

А что такое родина для отдельного народа? Родина, как об этом свидетельствуют авторитетные словари, — это «исторически принадлежащая данному народу территория». Пригородный район тоже является исторически принадлежащей ингушскому народу территорией, его малой родиной. Поэтому этот район и дорог ингушскому народу. Александр Твардовский писал: «У большинства людей чувство родины в обширном смысле — родной страны, отчизны, дополняется еще чувством родины малой, первоначальной, родины в смысле родных мест, отчих краев, района, города или деревушки. Эта малая родина со своим особым обликом, со своей — пусть скромной н непритязательной — красой предстает человеку в детстве, в пору памятных на всю жизнь впечатлений ребяческой души, и с нею, этой отдельной н личной родиной, он приходит с годами к той большой родине, что обнимает все малые и — в великом целом своем — для всех одна» /А.Твардовский. Статьи и заметки о литературе. М., 1961, стр. 37/.

ПОДОБНО ТОМУ, КАК ПАТРИОТИЗМ ОТДЕЛЬНОГО ЧЕЛОВЕКА РОЖДАЕТСЯ ВПЕЧАТЛЕНИЯМИ ОТ МАЛОЙ РОДИНЫ, ТАК И ПАТРИОТИЗМ ЦЕЛОГО НАРОДА ПРОЯВЛЯЕТСЯ ЧЕРЕЗ ЧУВСТВО ЛЮНВИ И ПРИВЯЗАННОСТИ К СВОИМ РОДНЫМ МЕСТАМ, К СВОЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЕ, К СВОЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИСТОРИИ, ЧЕРЕЗ ЧУВСТВО НАЦИОНАЛЬНОГО ДОСТОИНСТВА И ГОРДОСТИ.

НИКАКИЕ СТАРАНИЯ Х.Х. БОКОВА И ЕМУ ПОДОБНЫХ НЕ СМОГУТ УБИТЬ В ИНГУШСКОМ НАРОДЕ ЛЮБОВЬ И ПРИВЯЗАННОСТЬ К СВОИМ ДРЕВНИМ ЗЕМЛЯМ, УБИТЬ В НЕМ ПАТРИОТИЗМ, ЯВЛЯЮЩИЙСЯ ПО ВЫРАЖЕНИЮ В.И.ЛЕНИНА, «ОДНИМ ИЗ НАИБОЛЕЕ ГЛУБОКИХ ЧУВСТВ, ЗАКРЕПЛЕННЫХ ВЕКАМИ И ТЫСЯЧЕЛЕТИЯМИ ОБОСОБЛЕННЫХ ОТЕЧЕСТВ».

Убедительным тому свидетельством было собрание партийного актива Назрановского района, состоявшееся на заводе «Электроинструмент» 24 августа 1972 года. Председатель Совета Министров ЧИ АССР Р.В. Вахаев, Председатель Президиума Верховного Совета ЧИ АССР К.И. Оздоев и первый секретарь Назрановского райкома партии С.Х. Гостемиров говорили о том, что вопрос о Пригородном районе, мол, решен — этот район передан в состав Северной Осетии; и только некоторые несознательные люди, обманутые зарубежными радиостанциями, поднимают вопрос о возвращении Пригородного района Ингушетии.

Но коммунисты Назрановского района единодушно возразили Р.В. Вахаеву, К.И. Оздоеву, С.Х. Гостемирову. Выступившие в прениях коммунисты А. Мартазанова, Т. Мальсагова, А. Хаматханов, А. Барахоев, А. Саралиев и др., выражая мнение коммунистов района и ингушского народа, заявили, что им не нужно слушать «голоса» зарубежных радиостанций для того, чтобы знать положение своего народа. Проблема Пригородного района вот уже 15 лет тревожит ингушский народ, и с каждым годом она становится острее. И не тех нужно осуждать, кто добивается возвращения Пригородного района, а тех, кто пытается снять вопрос с повестки дня. Поэтому руководителям ЧИ АССР надо не свертывать проблему Пригородного района, а сделать все возможное, чтобы ингушам была возвращена их исконная земля.

После собрания партийного актива района прошли партийные собрания с участием секретаря Чечено-Ингушского обкома КПСС М.А.Керимова на трикотажной фабрике и автохозяйствах города Назрани, в селении Кантышево Назрановского района и других местах. На этих собраниях коммунисты решительно выражали свои возмущения тем, что Пригородный район до сих пор не возвращен ингушскому народу, и ингуши, проживавшие в этом районе, не могут возвращаться в свои селения. К великому празднику Советского народа  50-летию СССР, говорили выступавшие на этих собраниях, ингушский народ приходит территориально ущемленный, экономически и культурно отсталый.

«ИНГУШИ НИКОГДА НЕ ПРИМИРЯТСЯ С ТЕМ, ЧТО ОНИ ЛИШЕНЫ СВОИХ ДРЕВНИХ ЗЕМЕЛЬ!» — заявили коммунисты Назрановского района. Это был прямой и громогласный ответ на космополитические устремления отдельных руководителей Чечено-Ингушской АССР и аннексионистские действия осетинских националистов.

Профессор В.И.Крупнов в своей книге «Средневековая Ингушетия» на основе тщательного изучения исторического прошлого ингушского народа пришел к выводу, что «всю многовековую и тяжелую историю ингушей следует рассматривать как на редкость упорную беспрерывную борьбу этого маленького народа за свое существование…» /В.И.Крупнов. Средневековая Ингушетия. М., 1971, стр. 203/.

Из этого тяжелого положения ингушский народ вывела Великая Октябрьская социалистическая революция. В первые годы Советской власти и в период самостоятельного существования Ингушетия развивалась быстрыми темпами — и освобожденный от многовекового угнетения ингушский народ в полную силу начал проявлять свою созидательную энергию.

Но у ингушей было много врагов, беспрерывно, в продолжение их многовековой истории, мешавшим им спокойно жить под солнцем.

В СОВЕТСКОЕ ВРЕМЯ РОЛЬ ВРАГОВ ИНГУШСКОГО НАРОДА ВЗЯЛИ НА СЕБЯ ОСЕТИНСКИЕ НАЦИОНАЛИСТЫ. ОНИ-ТО И ДОБИЛИСЬ ПРЕКРАЩЕНИЯ УСПЕШНОГО РАЗВИТИЯ ИНГУШСКОГО НАРОДА.

Объединение Ингушетии и Чечни, как наглядно свидетельствуют факты и события последних четырех десятилетий, привело ингушский народ к экономическому и культурному упадку. Кроме того, эта акция не принесла ничего хорошего к чеченскому народу, ибо ингуши, а известной степени стеснили чеченцев в политическом, культурном и территориальном отношениях.

Отторжение от Ингушетии Пригородного района и других земель нанесло огромный ущерб коренным интересам ингушского народа и поставило существование его как нации под угрозу.

Ингушский народ оказался в тяжелом положении еще оттого, что отдельные руководители Чечено-Ингушской АССР, придерживающиеся космополитических взглядов, смыкаются с осетинскими националистами и активно препятствуют возвращению ингушам их земель и восстановлению территориальной целостности Ингушетии, и, видимо, дезинформируют ЦК КПСС.

Однако вопрос о Пригородном районе и других отнятых у ингушей землях, а также вопросы автономии ингушского народа, становясь с каждым днем все острее, достигли такой степени общественной напряженности, что о них во весь голос говорит весь наш народ. Данное письмо есть обобщенное изложение этого мнения ингушского народа по поводу своего сегодняшнего положения.

МЫ УВЕРЕНЫ, ЧТО РУКОВОДИТЕЛИ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА И СОВЕТСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА НЕ ЗНАЮТ О СЕГОДНЯШНЕМ ПОЛОЖЕНИИ ИНГУШСКОГО НАРОДА, И ЭТО ОБСТОЯТЕЛЬСТВО ПОБУДИЛО НАС ПОДРОБНО РАССКАЗАТЬ РУКОВОДИТЕЛЯМ ПАРТИИ И ПРАВИТЕЛЬСТВА О ЕГО СУДЬБЕ. МЫ ВЫРАЖАЕМ ГЛУБОКУЮ НАДЕЖДУ НА ТО, ЧТО И ИНГУШСКИЙ ВОПРОС БУДЕТ РЕШЕН НА СПРАВЕДЛИВЫХ НАЧАЛАХ, В ДУХЕ ЛЕНИНСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ.

При этом мы хотели бы высказать свои соображения относительно того, как можно было бы лучше разрешить этот вопрос.

ПРЕЖДЕ ВСЕГО, ИНГУШАМ НУЖНО ВОЗВРАТИТЬ ВСЕ ОТОБРАННЫЕ У НИХ ЗЕМЛИ, ВОССТАНОВИТЬ ВСЕ РАЙОНЫ, РАСПОЛОЖЕННЫЕ НА ИХ ЗЕМЛЯХ.

Ингушетию следовало бы восстановить, включив в нее следующие шесть районов с указанными ниже населенными пунктами:

1. НАЗРАНОВСКИЙ РАЙОН с центром — в городе НАЗРАНИ. Город Назрань, селения  Насыр-Корт, Альтиево, Гамурзиево,  Барсуки,  Гази-Юрт, Экажево, Сурхохи, Али-Юрт, Долаково, Кантышево.

2.  МАЛГОБЕКСКИЙ   /бывший  ПСЕДАХСКИЙ/  РАЙОН  с  центром  —  в городе МАЛГОБЕКЕ. Город Малгобек, селение Пседах, Сагопши, Кескем, Новый Редант, станица Вознесенская, Красная Горка, объединенные Кескемские хутора.

3.  ГАЛАШКИНСКИЙ РАЙОН с центром — в селении ГАЛАШКИ. Селения Галашки, Мужичи, Алкун /Верхний/, Алкун /Нижний/, Датых, Аршты, Чемульга, Гандалбос, Бамут /Верхний/, Бамут /Нижний/, Бамут /Средний/, Сомиегоч, Цори, Хамхи.

4. КАРАБУЛАКСКИЙ РАЙОН с центром — в поселке КАРАБУЛАК. Поселок Карабулак, селения Гейрбек-Юрт, Верхние Ачалуки, Средние Ачалуки, Нижние Ачалуки, Яндырка, Плиево.

5. СУНЖЕНСКИЙ РАЙОН с центром — » станице ОРДЖОНИКИДЗЕВСКОЙ. Станицы  Орджоникидзевская,  Троицкая,  Нестеровская,  Ассиновская, Краснооктябрьская /Алхасты/, хутор Давыденко.

6.  БАЗОРКИНСКИЙ /нынешний ПРИГОРОДНЫЙ/ РАЙОН с центром — в городе Орджоникидзе или селении БАЗОРКИНО. Селения Базоркино, Шолхи, Онгушт,  Ольгинское, Ахи-Юрт,  Длинная  Долина,  Гадаборшево,  Яндиево, Камбилеевка,  Чернореченское,  Редант,  Балта, Таузен-Юрт, Джерахой-Юрт, Галгай-Юрт,   Ларс   /верхний/,  Ларс   /нижний/,  Чми,  Эзми,  Планы,  поселок Базоркннского консервного завода, хутора Баркинхоев, Цороев, Алиев, Ахушков, Чермоев, Хадзиев, Терпугов,  Сыздоев, Шадиев,  Гетагазов, Патиев  /первый/, Патиев /второй/, Бартабос, Яреча, Винзаводской, Томов, Мамилов, Мецхальский, Льянов, горные аулы Джерах, Фуртоуг, Ляжг, Ольгетты, Хули,  населенные пункты Джерах-Мецхальского общества, Гвелети.

ВТОРЫМ ВАЖНЫМ МОМЕНТОМ В ВОЗВРОЖДЕНИИ ИНГУШЕТИИ ЯВЛЯЕТСЯ ВЫХОД ЕЕ ИЗ СОСТАВА ЧЕЧЕНО-ИНГУШСКОЙ АССР, ПОСКОЛЬКУ ОПЫТ УБЕДИТЕЛЬНО ПОКАЗАЛ, ЧТО ОБЪЕДИНЕНИЕ ИНГУШЕТИИ И ЧЕЧНИ ОТРИЦАТЕЛЬНЫМ ОБРАЗОМ ОТРАЗИЛОСЬ НА ЭКОНОМИЧЕСКОМ И КУЛЬТУРНОМ РАЗВИТИИ ИНГУШСКОГО НАРОДА. ДЛЯ НОРМАЛЬНОГО, КАК В 1924-1934 ГОДАХ, РАЗВИТИЯ ИНГУШЕТИИ НЕОБХОДИМО, ЧТОБЫ ЕЕ ПОЛИТИЧЕСКИМ, ЭКОНОМИЧЕСКИМ, АДМИНИСТРАТИВНЫМ И КУЛЬТУРНЫМ ЦЕНТРОМ, СООТВЕТСТВЕННО ИСТОРИЧЕСКОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ И ГЕОГРАФИЧЕСКОМУ ПОЛОЖЕНИЮ, ВНОВЬ СТАЛА ПРАВОБЕРЕЖНАЯ ЧАСТЬ ГОРОДА ОРДЖОНИКИДЗЕ.

Мы согласны на любые варианты решения ингушского вопроса, которые дадут возможность восстановить территориальную целостность и национальную государственность Ингушетии. На наш взгляд, наиболее целесообразны следующие варианты:

1.ИНГУШСКАЯ АССР /с административным центром в ПРАВОБЕРЕЖНОЙ ЧАСТИ города ОРДЖОНИКИДЗЕ/. Ингушский народ, насчитывающий 170 тыс. человек и имеющий компактную территорию, будет представлен равноправной автономной республикой в составе РСФСР.

Территориальная разобщенность делала нецелесообразным объединение не только родственных народов, но даже и одного народа в единую автономию. Так, родственных шапсугских народа — кабардинцы, черкесы и адыгейцы — имеют три разных автономных образования: Кабардино-Балкарская АССР, Карачаево-Черкесская автономная область и Адыгейская автономная область. Более того, даже единый по своему историческому происхождению и этническому составу осетинский народ имеет два различных автономных образования: Северо-Осетинская ССР в составе РСФСР и Юго-Осетинская автономная область в составе Грузинской ССР. Точно так же ингуши и чеченцы, хотя и родственные народы, но ввиду их территориальной разобщенности должны составлять отдельные автономные единицы. Представление национально-государственной самостоятельности ингушскому народу, во-первых, вытекает из необходимости коренным образом изменить сегодняшнее его плачевное положение, и, во-вторых, соответствует ленинским принципам национальной политики.

Для развития собственной автономии Ингушетия располагает всеми необходимыми условиями: богатые недра, леса, земля, водные ресурсы, предприятия, являющиеся основой для дальнейшего развития промышленности. Но главное богатство Ингушетии — это люди которые хотят и могут строить и развивать свою автономию.

2. ОСЕТИНО-ИНГУШСКАЯ АССР /с административные центром в городе ОРДЖОНИКИДЗЕ/. В пользу этого вариант говорит накопленный в Советском Союзе опыт образования многонациональных автономных республик и областей по признак) общности или смежной территории. Таковы: Дагестанская АССР Кабардино-Балкарская АССР, Карачаево-Черкесская автономна) область и т.д.. Именно исторически сложившаяся привязанность местного населения к своим исконным землям и послужила основанием для создания этих национально-государственных единиц. Таким же основанием для образования Осетино-Ингушской АССР являете; исторически сложившаяся территориальная общность осетинского и ингушского народов.

МЫ ХОТИМ ТАКОГО РЕШЕНИЯ ИНГУШСКОГС ВОПРОСА, ПРИ КОТОРОМ ИНГУШСКИЙ НАРОД СНОВА, КАК В ПЕРВЫЕ ГОДЫ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ И ЕГО САМОСТОЯТЕЛЬНОГО АВТОНОМНОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ ПОЛУЧИЛ БЫ, СОХРАНЯЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ СВОЕЙ ТЕРРИТОРИИ, ВОЗМОЖНОСТЬ В ПОЛНОЙ МЕРЕ ПРОЯВИТЬ СВОИ ТВОРЧЕСКИЕ СОЗИДАТЕЛЬНЫЕ СИЛЫ, ЧТОБЫ ЗАНИМАТЬ ПОДОБАЮЩЕЕ ЕМУ МЕСТО В БРАТСКОЙ СЕМЬЕ СОВЕТСКИХ НАРОДОВ.

Из предложенных выше двух вариантов решения ингушского вопроса с учетом экономических, культурных и исторически особенностей, предпочтение мы отдаем первому варианту. И независимо от этого вопрос о возвращении в Пригородный район Кескемские хутора их коренных жителей необходимо решить как можно скорее, ибо это — вопрос жизни и смерти для ингушского народ вопрос дружбы между ингушским и осетинским народами.

Как видно из представленного здесь материала, в течение многих лет проводится планомерный, организованный процесс ликвидации суверенитета ингушского народа, его государственности национальности.

Проводится это исподволь и явно, но без ведома народа очевидно, без ведома партии и правительства.

Наша территория сокращается и разобщается административная целостность и самоуправление уничтожены, народ рассеян, разрознен, история урезана и снивелирована, культура искусство почти сведены на нет. Среди населения бывших ингушских Первомайского, Пседахского, Ачалукского и Пригородного районов не проводится политико-массовая, воспитательная и культурная работы. Религиозный фанатизм и влияние сектантов в этих районах усиливается.

Долгие годы мы терпеливо ждали. Это было продиктовано дисциплиной, этикой и надеждой на то, что наше положение и без нашей помощи будет замечено. Но, к сожалению, наши надежды не сбылись. Мы понимаем это как безучастность в нашей судьбе и формальное отношение к нашей жизни со стороны тех работников, на которых возложен партийный долг и государственная обязанность следить за развитием наших народов и автономий и правильно информировать об этом руководство страны.

Вот почему нам пришлось выступить с этим вопросом самим. Иного выхода у нас не было и нет.

МЫ ПРОТЕСТУЕМ ПРОТИВ МЕСТНОЙ ПОЛИТИКИ, НАПРАВЛЕННОЙ НА ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ И ПРАВОВОЕ УНИЧТОЖЕНИЕ ИНГУШЕТИИ И ИНГУШЕЙ КАК НАЦИИ.

Наш народ не ищет для себя никаких привилегий. Но он не может понять и никогда не поймет, почему он должен быть лишен всех завоеваний Октябрьской революции — и главное!

— ЗЕМЛИ И САМОСТОЯТЕЛЬНОГО СУЩЕСТВОВАНИЯ; почему, во имя чего он должен молчаливо оглядываться на прекращение своего существования как нации именно сейчас, когда во всесоюзном масштабе страна достигла на пути расцвета отдельных национальностей наивысших успехов?

МЫ ТВЕРДО ЗНАЕМ: ПОЛИТИКА РУКОВОДСТВА ЧЕЧЕНО-ИНГУШЕТИИ И СЕВЕРНОЙ ОСЕТИИ В ОТНОШЕНИИ ИНГУШСКОГО НАРОДА НЕ ЯВЛЯЕТСЯ СЛЕДСТВИЕМ ПРОГРАММЫ НАШЕЙ ПАРТИИ И ЕЕ ПОЛИТИКИ ПО НАЦИОНАЛЬНОМУ ВОПРОСУ И ПОЭТОМУ МЫ ПРОТЕСТУЕМ ПРОТИВ БЕЗЗАКОНИЯ И ПОЛНОГО ИГНОРИРОВАНИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ ИНГУШСКОГО НАРОДА!

Центральный Комитет КПСС и Советское правительство могут быть уверены в том, что наш сильный духом народ найдет в себе и на сей раз энергию и волю, чтобы в кратчайший срок ликвидировать последствия сложившегося положения — и Ингушетия выйдет на уровень передовых автономных республик Северного Кавказа.

МЫ ПРОСИМ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА, ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР, СОВЕТ МИНИСТРОВ СССР И ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА РСФСР РАССМОТРЕТЬ НЕРЕШЕННЫЕ ВОПРОСЫ АВТОНОМИИ ИНГУШСКОГО НАРОДА И ПРЕДОСТАВИТЬ ЕМУ УСЛОВИЯ ДЛЯ НОРМАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ.

Эта просьба продиктована нашей серьезной обеспокоенностью за судьбу ингушского народа, нашей глубокой любовью и привязанностью к своим древним землям, политым кровью и потом наших предков. И нам сегодня особенно близки слова Генерального секретаря Центрального Комитета КПСС товарища Л.И.Брежнева, сказанные им в речи в честь 50-летия Грузинской ССР:

«ПОЖАЛУЙ, НЕТ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ НЕ ИСПЫТЫВАЛ БЫ НЕИСКОРЕННОГО ЧУВСТВА ЛЮБВИ И ПРИВЯЗАННОСТИ К ЗЕМЛЕ ДЕДОВ И ПРАДЕДОВ, К РОДНОЙ КУЛЬТУРЕ, К СВОЕМУ ЯЗЫКУ, К СВОИМ ТРАДИЦИЯМ И ОБЫЧАЯМ».

ПРИЛОЖЕНИЕ:

1. Карта Ингушской автономной области /1928 год/.

2. Карта Северо-Осетинской АССР.

3.   Фотокопия   письма   Председателя   Совета Министров Северо-Осетинской АССР /N 063 от 31 октября 1956 года/.

Авторы:

1. Ахмед Газдиев

2. Ахмед Куштов

3.  Султан Плиев

4. Идрис Базоркин

Реклама

3 комментария »

  1. Спасибо за эту публикацию.

    комментарий от Барахоев Магомет — 26.01.2010 @ 16:23 | Ответить

  2. спасибо

    комментарий от Рустем — 10.04.2013 @ 10:56 | Ответить

  3. Очень нужная информация!

    комментарий от Вахид — 16.09.2016 @ 13:02 | Ответить


RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: