Ингушетия: Исторические Параллели

18.03.2010

Традиционное и новое в обычае гостеприимства

Отыщи всему начало,
И ты многое поймешь!
(Козьма  Прутков )

Обычай гостеприимства зародился в эпоху доклассовой формации. В  период разложения первобытнообщинного строя  он  получил особое значение  как универсально распространенный механизм преодоления племенной замкнутости и облегчения межплеменных контактов .(1)
Обычаю гостеприимства немало внимания уделяло и научное кавказоведение. Ни один серьезный исследователь традиционного быта народов Кавказа не мог пройти мимо того факта, что данный обычай играл выдающуюся роль в жизни местных народов. На это обратили внимание еще дореволюционные кавказоведы, два советских исследователя также обращались к институту гостеприимства, однако дело не шло дальше простой констатации факта его функционирования в традиционном быту того или иного этноса и более или менее детального описания соответствующих этикетно — ритуальных действий.
Между тем, при таком подходе трудно понять истинную роль данного социального института у народов Кавказа и причины его столь длительного бытования. (3)
Поэтому представляется очевидным, что новый уровень в изучении проблемы возможен лишь на основе обобщения общекавказского материала, выявления социальных функций обычая гостеприимства, определения его места в соционормативной культуре традиционных обществ Кавказа.
Различаясь в деталях, обычай гостеприимства был одинаков у всех народов Кавказа. Его главнейшей  и наиболее архаической чертой было правило, согласно которому хозяин должен был предоставить приют, угощение и защиту любому человеку, в том числе и незнакомому, переступившему порог его дома.
Готовность хозяина в любое время оказать путнику гостеприимство находила выражение в ряде моментов. Прежде всего в каждом кавказском доме имелось специальное помещение для приема гостей — обычно одна из комнат дома, где жила семья.
Однако зажиточные хозяева возводили для приема гостей отдельное строение, известное в  историко- этнографической литературе под названием  кунацкая .
Двери  кунацкой, как  и двери основного дома, никогда не закрывались. В противном случае это могло быть расценено как нежелание хозяина видеть у себя гостей. У порога находилось коновязь — (караз), что также считалось важным показателем гостеприимства хозяев,  что означало, что даже в отсутствие последних приезжий мог оставить здесь свою лошадь и пройти в дом.
Гостеприимство было вызвано жизненной необходимостью развития социально- экономических связей между территориально разобщенными народами и фамилиями, главнейшим правилом, которому  придерживался хозяин; это предоставить приют, угощение и защиту любому человеку, в том числе и незнакомому, преступившему порог его дома.
Гость   был почти единственным информатором о всех происшествиях и новостях края. В дом, где останавливался путник, приходили мужчины всего села, получить информацию о внешнем мире. На протяжении всей истории ингушей гостеприимство превратилось в одну из замечательных традиций народа.
Верность долгу гостеприимства, — писал Н. Яковлев,- еще сохранялся  у ингушей от тех древних времен, когда этот обычай был единственным средством упрочения и развития торговли и сношений между отдельными племенами .(5)
Опасные тяжелые горные дороги, отсутствие общественных и частных учреждений в виде гостиниц или постоялых дворов, породили молчаливый, как бы негласный договор, сущность которого- обязательная, внимательная заботливость домохозяина о возможном удобстве и безопасности гостя, раз таковой зашел к нему.6
По существу единственным источником информации на  дореволюционном Кавказе был гость, который по прибытии сообщал массу интересного о виденном и слушанном, о жизни в других местах.
Поэтому приезд незнакомца в село вызывал среди жителей большое волнение и интерес. Интерес гостю повышался, если он был представителем другого этноса.
В этом случае объем информации намного  расширялся, давая возможность познакомиться с явлениями и  событиями иной культуры и иного жизненного уклада.
Появление гостя всегда вызывало в доме большое оживление. С первых же  минут церемониал его приема выливался  в очень  сложную систему этикетных действий, которой обе стороны неукоснительно следовали.
Навстречу гостю обычно выходили глава семьи и его сыновья. В случае отсутствия мужчин гостя могла встретить старшая женщина. Гостю помогали сойти с коня,  снимали с него оружие, бурку и препровождали в кунацкую или гостевую комнату дома.
Самую лучшую постель, самую лучшую еду в доме всегда предоставляли гостю.  Важнейшим моментом в церемонии  приема гостей было угощение, которое устраивалось хозяевами по возможности богатым и обильным.
Плохо угостить гостя, не подать все лучшее, что имелось в доме, — значит нарушить обычай гостеприимства в существенной его части.
Не полагалось проявлять какой   либо интерес к личности гостя, спрашивать его о цели приезда, планах и т.д. Он мог прожить в доме сколько угодно, так и не открыв ни своего имени, ни своих планов и намерений. В этом случае хозяин и члены его семьи обязаны были заботиться о  неразглашении связанной с  пребыванием гостя  тайны, а  если она из-за нескромности хозяина оказывалась раскрытой и это в какой-то мере наносило ущерб гостю, считалось, что хозяин нарушил обычай гостеприимства.
Если же у гостя не было нужды скрывать свое присутствие, то  очень скоро о нем узнавали все жители, и тогда в дом, где останавливался гость,  начинали собираться многочисленные соседи.  Чем больше посторонних в кунацкой в присутствии гостя, — замечал И.Д. Кануков, — тем более сему последнему почет .7 Гость не должен скучать. Часто для его развлечения молодежь танцевала, исполняла песни и т.д.
С этого момента рядом с гостем постоянно находились люди, так как оставить гостя в одиночестве   значило выказать ему непочтение.
Застольный этикет  в полной мере отражал  церемониальный характер обычая. Каждый момент за гостевым столом  был тщательно регламентирован, каждому присутствующему отведена особая роль.
При этом учитывались малейшие детали, характеризующие гостя и хозяина   их возраст, социальное положение, степень знакомства и т.д.
В соответствии с этим принимали те или иные формы все элементы  гостевого застолья   от ритуального  омовения рук перед трапезой и места занимаемого каждым участником.
Приведем несколько примеров, свидетельствующих о  церемониальном характере застольного этикета.
Обязательное мытье рук, перед началом и по окончании трапезы,  часто выливалось в длительное, но, разумеется,  вполне дружелюбные препирательства о том, кто  первым должен совершить данную процедуру. Гость и хозяин наперебой старались уступить это право друг другу. Часто ситуация недвусмысленно указывала, кому следует первым вымыть руки. Если,  допустим, гость был молод, а хозяин стар, то последний в силу старшинства и должен был вымыть руки первым. В народе говорят:  Хьаьша бехк фусам-даьна сана, фусам-даь бехк хьаьша а хул, что в переводе гласит:  Как хозяин  почитает гостя, так и гость должен почитать хозяина . Описывая застольный этикет ингушей, очевидцы отмечали, что  пока гость ест, хозяин дома прислуживает за его столом и притом с непокрытой головой , а сам садится   лишь по просьбе гостя .
А.Л. Зиссерман, посетивший в 30-х годах прошлого века горное общество Цори (Ингушетия), писал:  Хозяин все время стоял, прислуживая нам; подавая кому-нибудь воду, он снимал папаху и не надевал, пока не возвращали ему кувшина .8
Так, по этикету гостеприимства: встречая гостя из соседнего села расспросы о жизни, здоровье,  могут быть  лаконично изложены  в  нескольких традиционных словах. Если же гость издалека, то уже надо подробно   спрашивать о всех родственниках, о жизни, о работе.
Если человек новый, не знающий обычаев народа, предложит что-нибудь за ночлег или ужин хозяину-хозяин вежливо отклонит ваше предложение, иначе может обидеть его.Важнейшей обязанностью хозяина по отношению гостя  было обеспечение его безопасности. Любой человек,  вступающий под крышу кавказского  дома, одновременно вступал под защиту его хозяев. Нанести ущерб гостю   значило нанести оскорбление хозяину,  которое в известных случаях смывалась  только кровью. В. Швецов, наблюдавший   в 20-х годах  прошлого  века быт горцев Северо   Западного  Кавказа, обратил внимание  на то, что больше всего крови проливается за нарушение  обычая гостеприимства: Здесь грозит месть всего аула, и виновный не избежит смерти и разорения. 9
Тоже самое отмечалось и у хевсур.  Сохрани бог обидеть его   (гостя), — писал А.Л. Зиссерман, — обидчик навлечет страшную месть всей  Хевсурии .10
Обычай гостеприимства  был важнейшей нормой общественной жизни в традиционном быту народов Кавказа и превосходил по своему значению все другие общественные институты.
Прежде всего, обычай гостеприимства давал возможность населению Кавказа беспрепятственно  путешествовать по краю,  не заботясь о месте для ночлега, о пище для себя и корма для своего коня.
Все это можно было получить в любое время и в любом месте, где бы  путнику ни повстречалось человеческое жилье.
Общественное мнение всегда считало хлебосольство одной из главных человеческих добродетелей.
Поэтому прослыть человеком, к каждому часто наезжают гости, значило заслужить почет и уважение односельчан.
Человек, который гостил в каком-нибудь кавказском доме, в полной  мере может почувствовать на себе заботу и внимание, оказываемые ему хозяевами.
Ингуши, считают, что вслед за гостем в дом хозяина приходит добро. Строгое соблюдение гостеприимства   требовалось от всех ингушей, как состоятельных, так и бедных.  Несмотря на самую жалкую обстановку жилища, нищету и бедность, встречаемые почти  на каждом шагу, горцы отличаются чрезвычайно радушным гостеприимством .11
Так, в быту многих кавказских народов хорошо известны  многочисленные факты, когда кровник освобождался от возмездия, если он оказывался в доме обиженной  им стороны. В любом  другом случае при любых обстоятельствах его  неизменно настигла бы пуля или кинжал мстителя, но в данной ситуации  совершить месть, значило бы совершить нечто противное установлениям адатов,  навечно покрыть  себя позором, ибо в этом случае нарушался священный обычай  гостеприимства. Во все время своего пребывания в данном доме кровник рассматривался лишь как гость,  и любые действия, наносящие ему ущерб, в особенности лишение его жизни, были совершенно недопустимы.
Обычаи гостеприимства до такой  степени считается священным в глазах туземцев, что даже враги и лица, замешанные по кровомщению, находят безопасный приют у своих врагов; но это только на время, пока они находятся под кровлей своего хозяина .12
В случае неожиданной встречи в чужом доме двух лиц,  состоявших в кровной вражде, оба  не должны были дать волю чувствам. Нужно было сделать вид, что не замечаешь врага, и держаться от него подальше,  либо удалиться из дома.
Таким образом, при столкновении двух древних норм обычного права, имевших выдающееся значение в традиционном  общественном быту народов Кавказа, обычай- кровной мести отступал перед необходимостью исполнить- обычай гостеприимства.
Там, где начинал действовать обычай гостеприимства, переставал действовать обычай кровной мести; и наоборот, когда переставал действовать обычай гостеприимства, кровомщение вновь  вступало в свои права. Такое соотношение двух норм обычного права сложилось, вероятно, еще в древности и объяснялось более значимыми социальными функциями гостеприимства по сравнению с кровной местью.
В условиях замкнутого патриархального кавказского быта обычай гостеприимства был  действенным инструментом, обеспечивавшим мобильность местного населения, одним из каналов межэтнического общения.
Другой важной функцией обычая гостеприимства  была своеобразная межличностная передача информации. По существу единственным источником информации на дореволюционном  Кавказе был гость, который по прибытии сообщал массу интересного о виденном и слышанном, о жизни в других местах Кавказа и т.д.
Интерес к гостю повышался, если он был представителем  другого этноса.
Профессор Н.Ф. Яковлев записал ингушскую народную  песню о мальчике Гази, которая в художественной  форме раскрывает традиционное  гостеприимство.
За сына  Олдана   мальчика Гази-еще при жизни отца была  засватана кабардинская княжна. Однажды к нему одновременно пришли с тремя важными известиями о том, что  вечером его посетят кунаки (друзья) его покойного отца из Кабарды, о том, что в это же  время убийца его отца будет переходить мост и наконец, о том, что его невесту этой ночью отдадут замуж за другого.
Гази растерялся, не зная, что важнее решить раньше всего. На помощь ему пришла мать. Она сказала:  Пусть уходит твой враг,  настанет час, и покорает его твоя пуля, и  княжна не уйдет от тебя, если суждено тебе жениться на ней. Но кунаков надо принять так, как принимал их всегда твой отец. Это самое и неотложное дело .
Гази последовал совету матери и с почетом принял гостей. И только уложив гостей спать, Гази выполнил и остальные свои обязанности: рассчитался с убийцей отца, успел прийти на помощь невесте. А утром  с помощью гостей уладил миром все дела.13
Это предание подчеркивает то значение, которое в народе придают обычаю гостеприимства, а также подчеркивается роль женщины, как хранительницы обычаев и традиций. И сегодня институт гостеприимства в широком, общечеловеческом смысле слов является устойчивой чертой поведенческого  стереотипа народа Ингушетии.
Недаром в обыденном  представлении иноэтнических групп народы Кавказа славятся именно этим качеством.
Уже давно на Кавказе не строят кунацких, но гостю обязательно предоставят лучшую  и особенно хорошо обставленную комнату дома. Как правило, сами хозяева в ней не живут, но постоянно поддерживают  там идеальный порядок специально на случай приезда гостей.
Обильное угощение, которое является обязательным элементом современного гостеприимного этикета, сохраняет церемониальный и во многом традиционный характер.
Таким образом,  налицо удивительная сохранность  элементов древнего обычая в современном быту.
Старинный обычай в новых условиях не угас, хотя, претерпел существенные изменения. Прежде всего это выразилось в том, что исчезла социальная база обычая, что делало его столь значимым в дореволюционном быту.
Ныне путешественникам по Кавказу не нужно искать ночлега в незнакомых местах: к их услугам гостиницы, дома приезжих, турбазы и т.д. Современные средства массовой информации оперативно доносят новости до жителей самых высокогорных сел. Рассказ гостя  по-прежнему может интересовать хозяев, но он не является  единственным, уникальным источником информации о событиях внешнего мира.
Обычай гостеприимства исчез в качестве социального института, но остались морально- этические установки, основанные на существовавший когда-то социально- бытовой норме.
Поэтому гостеприимство, как и крайне желательный элемент межличностного общения продолжает удерживаться как в быту, так и в психологии ингушей.
Есть еще один момент, который играет в данном случае немаловажную роль. Многими представителями народов Кавказа гостеприимство оценивается как исконная национальная традиция. Оказывая кому-нибудь гостеприимство, особенно представителю другого этноса, кавказцы как бы демонстрируют неотъемлемую черту своей национальной культуры.
Гостем может быть любой человек, вне зависимости от национальности и вероисповедания, нарушение  обычая гостеприимства влекло и влечет за собой суровое порицание. Несмотря на все бедствия и политические перевороты, институт гостеприимства не ослабел и ныне.
Эти  благородные обычаи оставались неизменными, несмотря на бедствия и трудности, которые выпали на долю последующих поколений. Гость все так же считается  священным, и принимают его все так же  как почетного члена семьи.

Ты не бойся
В знойный полдень,
Что тебя замучит жажда.
Есть в горах обычай
Ставить у тропы ведро с водой.
Ты не бойся
В лютый холод
Обморозиться однажды-
Наш очаг гостеприимный
Разведет тебя с бедой

Агиева Лемка Тугановна,
кандидат философских наук

Примечание:

1. Першиц А.И. Традиции и культурно- исторический процесс. 1981, с. 75-76.
2. Наиболее полное  описание обычая см. в известном труде М.М. Ковалевского, Современный обычай и древний закон. Т. 1-2. М., 1886.
3. Универсальный характер обычая подтверждается его пойэйкуменной распространенностью в обществах, находившихся на определенной стадии развития, причем, как неоднократно отмечалось в литературе, формы проявления обычая были практически идентичными независимо от этнической среды, в которой они фиксировались (см., например: Иванова Ю.В. Институт гостеприимства у горских народов Балканского полуострова и Кавказа.- В кн.: Проблемы истории и культуры. М.: Наука, 1976.
4. Косвен М.О. Этнография и история Кавказа. М.: Изд-во вост. лит., 1961, с. 126-129.
5. Яковлев Н.Ф. Грозный. С. 25. 1925.
6. Пожидаев Б.П. Горцы с. Кавказа. М-Л., 1926.с. 104.
7. И.Д. Кануков. Характерные обычаи  у осетин, кабардинцев и чеченцев.- Кавказ, 1876,  148.
8. Зиссерман А.Л. Двадцать пять лет на Кавказе. 1842-1867. 41. Спб., 1879, с. 173.
9. Швецов В. Очерк о кавказских горских племенах с их обрядами и обычаями в гражданском, воинственном и домашнем духе. М., 1856, с.44-45.
10. Зиссерман А.Л. Указ. раб. с. 214.
11. Грабовский Н.Ф. Ингуши (их жизнь и обычаи) Сборник сведений о Кавказских горцах. Тифлис. 1876. с.15.
12. Статистическое описание губерний и областей Российской империи. Т. XVI. 4.5.Спб, 1858, с. 266.
13. Яковлев Н.Ф. Ингуши. Грозный. 1925 с. 15-16.

Реклама

Добавить комментарий »

Комментариев нет.

RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: