Ингушетия: Исторические Параллели

30.11.2009

Немного о истории Владикавказа

Владикавказ (Ингушетия)

Основание Владикавказской крепости совпадает с эпохою решительного сближения России с Грузией. 24 июля 1783 года, в Георгиевской крепости, был подписан акт чрезвычайной важности, решавший навсегда судьбу грузинского народа и давший впервые твердую опору России за горами Кавказа. (Д.В.Ракович. Прошлое Владикавказа. 1861-1911. С.3).
«…Для связи кавказской линии с Грузией в 1784 году построена крепость отрядом войск у Терека, при входе в ущелье гор, при ингушевской деревне Зауре и названа Владикавказом», — писал Бутков (П.Г.Бутков. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 г., ч.2. 1869.-131,135). К моменту закладки крепости Владикавказ, ингуши значительно ранее осетин освоили предгорные и равнинные земли. В 1781 году Штедер видел ингушей, поселившихся в районе Назрани.
«…На том месте, где стояло селение Заур, была воздвигнута русскими Владикавказская крепость. Заур и Джейрах считались заглавными и служили сборными местами двух различных обществ… По имени главных деревень кистов (т.е. ингушей) русские называли зауровцами и джейраховцами»- пишет Ракович, (Ракович В.А. Прошлое Владикавказа. Владикавказ, 1911, с.3,5).
В 1784 году при ингушской деревне Заур была основана крепость Владикавказ, — пишет Н.Грабовский (Сборник сведений о Кавказских горцах. Н.Грабовский, Тифлис, 1876. с.2).
В то же время они не фиксируют присутствия в радиусе нескольких десятков верст от Владикавказа иного населения, кроме ингушского. Ни одного документа, содержащего другие сведения на этот счет, до сегодняшнего дня учеными Северной Осетии не опубликовано. Лишь с восстановлением оставленной в 1786 году русскими войсками крепости Владикавказ у ее стен не ранее сентября 1803 года были поселены осетины в особом ауле. В ближайшие годы близ Владикавказа не фиксируется других осетинских поселений. (АКАК, т. II, Тифлис. 1868, с.224, 228-229).
Следует подчеркнуть, что крепость и город Владикавказ были построены на средства российской казны, благодаря огромному труду российских солдат, горцев в частности ингушей и гребенских казаков.

Из архивных материалов 1784-1786 гг. видны разнообразные отношения, установившиеся между гарнизоном крепости и ингушами, жившими в самой крепости и в многочисленных селениях по правобережью Терека к югу, северу и востоку от крепости. (ЦГВИА СССР, ф.52.оп.1/194, д.72. лл.72,202;
д.350,ч. YI, лл.35,37,38; ч. IY, л.21 и др.; ЦГАДА СССР, ф.23, разр.XXIII,
д.13,ч.6, л.160, ч.6а, л.122, 188, 326 и др.; д.16, ч.YI, л.9 об., ч.IY, лл.13,113,137,141 и др.).
Из дневниковых записей Клапрота Г.Ю. о крепости Владикавказ и окружающих
ее населенных местах, читаем: «24 декабря мы отправились по правому берегу Терека и оставили Владикавказ. Через 4 версты от нас налево оказалось ингушское селение Сауква, которое русские называют теперь Саурово (Заурово). Оно расположено на крутом берегу Терека, примерно в 2-х верстах ниже предгорий. От этого селения из долины видна высокая коническая башня, построенная из очень белого известняка.
В Саурове (Заурове) живут ингуши, почти все в деревянных домах. … Еще 7 верст до Больших Ингушей (Ангушт, Тарское)».(Клапрот Г.Ю. Путешествие по Кавказу и Грузии в 1807-1808 гг., гл.30, с.117; История Владикавказа (1781-1990гг.), Сборник документов и материалов. Владикавказ, 1991, с.21,22).

П.Бутков в «Материалах для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 год» (ч.II) указывает, между прочим, что в 1784 году при ингушской деревне Заур основана была крепость Владикавказ.
Затем, известно, что название «ингуши» произошло от названия Ангушт- Тарской долины, которая до заселения ее казаками известна была жителям под именем Ангушт. Жители гор переселились сюда потому, что эта местность является удобной для полеводства площадью при выходе из ущелий. Выселение ингушей с их территории с колонизационной целью подтверждается рядом документов.
Вскоре в 1784 году при ингушской деревне Заур была основана крепость Владикавказ. Тарская долина до заселения ее казаками называлась местными жителями «Ангуштом» (Онгуштом). Отсюда возникло и само название ингушского народа. (М.Рощин, 1993., Газета «Народ» №4,).
Дельпоцо в 1810 г. отмечал: «Ингушевский народ, хотя и имел жительство свое в окружности сей крепости в недалеком расстоянии, совершенно верен и предан Российскому Правительству».
Многочисленные источники свидетельствуют о наличии в городе целых кварталов населенных ингушами. Так, согласно календаря на 1914 год, только торгово-промышленными заведениями «с оборотами не менее 2000 рублей» владели во Владикавказе 14 ингушей (содержали 11 лавок с числом служащих до 6 человек в каждой). Календарь сообщает также, что у многих лавки располагаются в собственных домах, а не на Базарной площади. Состоят ингуши на службе в управлении Назрановского округа, Терской охранной страже, Владикавказском жандармском управлении железных дорог. И это данные только одного периодического издания. (Терский календарь на 1914 год.
Владикавказ, 1913, с.18,20, 23, 137-146).
Добавим, что даже один из лидеров белоказачества на Тереке полковник Беликов считал Владикавказ столицей ингушей. (Мемуары полковника Беликова. «Революционный Восток». 1929, №6, с.190).
В 1770 — 1773 годах Северный Кавказ посетили члены Российской научной
экспедиции во главе с академиком И.А.Гюльденштедтом. Им были отмечены в предгорной зоне в бассейне рек Сунжи, Камбилеевки и Терека семь ингушских районов и пять наиболее крупных сел: Ангушт, Акин-Юрт (Ахки-Юрт), Шолха, Заурово, Джерах, не говоря уже о горных селениях. (Гюльденштедт И.А. Путешествие по России и Кавказским горам., 1781-1791, — соб. 1809, т.1, с.480).
В 1770 году немецкий ученый и путешественник академик И.А. Гюльденштедт застал здесь, на берегах рек Сунжа и Камбилеевка, множество ингушских селений, доходящих до правого берега Терека. Согласно его данным, к тому времени селение Ангушт являлось центром округа, известного под названием Большие Ингуши. Жители, выделившиеся из этого округа, образовали округ Малые Ингуши с центром в селении Шолхи. Гюльденштедт приводит названия 24 ингушских селений, входивших в эти округа. Об их населении он пишет, что «они как независимый народ выбирают себе старшину и судью, которые управляют именем целого народа».
(Географическое и статистическое описание Грузии и Кавказа из путешествия академика И.А.Гюльденштедта через Россию и по кавказским горам в 1770-1773. СПб., 1809, с.82, 84).
Селение Онгушт входило в состав области известной в источниках под названием «Больших Ингушей» и занимавшей земли по р.Камбилеевке. В начале 80-х годов XYIII в., когда здесь побывал Штедер, двигаясь вверх по р.Камбилеевке в направлении Тарской долины, путешественник прежде всего попадал в первую Ингушскую колонию Шолха, образованную переселенцами из Больших Ингушей не позднее 50-60 годов XYII в. Отсюда дорога вела в Тарскую долину — долину Больших Ингушей, где ее ширина достигала 4-х верст, а длина в юго-восточном направлении — 6 верст. Большинство Тарских селений располагалось на северной стороне долины, часть на склонах гор, а часть у реки. В западной стороне верховьев р.Герг (западный приток р.Камбилеевки) также находилось несколько обособленных ингушских селений, входящих в состав Больших Ингушей. Внутри Тарской долины под западными горами Штедер называет село Вапи, откуда дорога через горы шла на р.Терек. Всего в Тарской долине, по данным Штедера, насчитывалось до 300 фамилий. Гюльденштедт объединяет в область Больших Ингушей селения Ахки-Юрт, Вапи и др. «Все они свободны,- пишет Гюльденштедт о жителях Тарской долины, — не имеют князей».
Эти же ингушские поселения по р. Камбилеевке описывают другие источники того времени. В 1773 году здесь, в Малых и Больших Ингушах, побывал начальник миссионерской комиссии А.Лебедев. Донося о результатах своей поездки Кизлярскому коменданту Штедеру, А.Лебедев отмечал большие поселения Больших и Малых Ингушей. Штедер, побывавший здесь в 1781 году, подтвердил наличие Больших и Малых Ингушей.
В 60-70-х гг. 17 века так называемые «Большие ингуши» из Тарской долины занимали оба берега Камбилеевки и при Штедере число дворов их доходило до 300 и более.
Самоназвание ингушей-галгай. Это название одного из ингушских родоплеменных объединений, которое занимало долину и ущелья по р. Асса — притоку Сунжи. Обилие башен и родовых склепов в этой местности свидетельствует о ее давнем заселении. (Г.Н. Колбая, Россия и Северный Кавказ в 16-19 веках, Москва, 1988, с.19).
Современное название «ингуши» сравнительно недавнего происхождения. Впервые оно появилось в русских источниках не ранее второй половины XYIII века (А.Н.Генко. Из культурного прошлого ингушей. ЗКВ. т.Y. л., 1930, с.70; Е.И.Крупнов. Средневековая Ингушетия. М., 1971, с.24). Оно происходит от названия селения «Онгушт» или «Ангушт»- одного из первых ингушских селений, основанного на «плоскости» (так в местных кругах называют равнины, заключенные между Терским и Сунженскими кряжами и последующими лесистыми хребтами Кавказа). В более ранних документах упоминаются другие племенные названия- «калки», «ероханские люди» или «акозы»- население «горских землиц» (Е.Н.Кушева. Народы Северного Кавказа и их связи с Россией в XYI-XYIIвв. М., 1963, стр.64).
Отдельные же их группы, отдельные племена имели в недалеком прошлом различные самоназвания: «галгаи», «кисты», фяппинцы, «цоринцы», «арштхойцы» и многие другие. С течением времени, в силу социально-экономической значимости галгаевской племенной группы, обитавшей в Ассиновском ущелье — древнейшем центре ингушской культуры имя этого племени- «галгаи»- было перенесено на другие ингушские племена. Во всяком случае, и поныне все ингуши называют себя «галгаями» (Шиллинг Е.М. Ингуши и чеченцы. Сб. «Религиозные верования народов СССР», т.II. М.-Л., 1931, стр.9).
В целом ряде работ отмечается смешение названий отдельных ингушских племен. Так, например по Штедеру и Палласу, одно и то же племя именуется ингушами или «кистами», по Клапроту- ингуши то же, что «галга», а С.Броневский и И.А.Гюльденштедт отмечают, что «кисты» сами себя называют попеременно кисты, галга, ингуши и одно название вместо другого употребляют (С.Броневский. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе, ч.II.М., 1823, с.153)
Названия, даваемые ингушам соседями, равно как их собственное национальное имя, заключают в себе ключ к пониманию тех исторических обстоятельств, при которых они выступили на арену широких междуплеменных и международных отношений. (А.Н.Генко. Из культурного прошлого ингушей. Ленинград. 1930, с.681.; Ингуши. Очерк статей и очерков, Саратов, 1996, с.462-505). Что касается русского названия ингуши, то оно происходит, как давно уже известно, от названия селения Ангушт, в Тарской долине, т.е. уже на плоскости, существование которого восходит, по крайней мере, к концу XYII в.; оно упоминается Вахуштом, писавшим в начале 40-х гг. XYIII в. в Москве по материалам, собранным им в Грузии до 1724 г. (когда он переселился в Россию). (Генко А.Н. Указ. Соч.с.681.).
Обычно в старой исторической литературе не отделяли чеченцев от ингушей и под чеченцами разумели и ингушей. Это обстоятельство имеет то неудобство, что при большой общности общественного развития чеченцев и ингушей, у ингушей были и свои особенности, которые часто затушевывались при смешении ингушей с чеченцами. (Б.В.Скитский. К вопросу о феодальных отношениях в истории ингушского народа. Саратов, 1996 г. с.507).
Далее Б.В. Скитский пишет, что «ингуши с древних времен жили в горах на северных склонах Кавказского хребта по правому берегу Терека (начиная от Дарьяльскго ущелья и до выхода Терека на плоскость) и на восток в бассейне р.Ассы. Название ингуши произошло от прежнего наименования нынешнего Тарского ущелья — Ангушт.» (Скитский Б.В., Саратов, 1996, с.507). Большой интерес вызывает средневековый этноним «кусты» («кисты»), прямо связанный с предками ингушей. И хотя предполагается, что этноним кисты («кишты») уходит в глубь веков вплоть до XIII в. (А.И.Шавхелишвили. Из истории взаимоотношений между грузинским и чечено-ингушским народами. Грозный, 1963, с.38) в действительности в форме «кисты» этот термин известен был еще в раннем средневековье. (Е.И. Крупнов. Средневековая Ингушетия, М., 1971, с.29).
С выселением ингушей на плоскость они все более втягивались в торговые сношения с Россией. В 40-х годах 18 века на Тереке шла живая меновая торговля ингушей и других горцев с казаками. Казаки меняли у горцев просо, муку, пшеницу, мед, воск на рыбу, икру, соль. Горцы приводили для мена лошадей и волов. Очевидно и то, что для горцев эта торговля была жизненно необходима.
В 1781г. Штедер застал в районе Назрани сторожевые посты ингушей, имевшие цели предупреждения обитателей Камбилеевских хуторов о приближении опасности. Назрановцы перешли сюда от Камбилеевских хуторов, следует из указаний на этот счет Энгельградта, заставшего в сентябре 1811 г. на месте Камбилеевских хуторов, одни «пустые дома некоторых из нынешних обитателей Назрани». (Энгельгардт, стр. 226-227; Акты, IY, 896-900).
Через 5 верст к западу от Сунжи мы попали у реки Камбилеевки к ингушам или кистам, расположенным при выходе из лесистого предгорья, -пишет Штедер (Генко А.Н. Из культурного прошлого ингушей. Записи коллеги востоковедов при азиатском музее академии наук. М., 1930, Т. V. с.692)
«На левом берегу расположено у самых гор около 200 фамилий». Здесь на равнине у Балты ингуши выпасают свой скот», — сообщает далее Штедер. Он также описывает Тарскую долину и расположенные на ней селения Больших Ингушей. (Мартиросиан Г.К. История Ингушетии. Оджоникидзе, 1933,с. 35; Генько А.Н. Из культурного прошлого ингушей. М. 1930. Т.V, с. 691, 692,, 693).
Горцы, — свидетельствует полковник Де Саже, побывавший в 40-х годах 18 века во Владикавказе, что, кроме леса, вывозят в большом количестве разного рода кожухи, масло, мед и. т. д. Взамен этих произведений горцы берут хлеб, соль, чай, сахар, женские украшения и красные сундуки. (Акты Археографической комиссии; Т. XI; стр. 450).
П. Зубов в своих исследованиях о Кавказском крае пишет, что «Ингуши почитаются за народ, более склонный к мирным занятиям, нежели к набегам и хищничеству, чем, в особенности отличаются от других кистинских племен… Обитают они в небольших аулах, расположенных на предгорьях, перерезанных возвышенными равнинами, по обоим берегам реки Оссай или Шадгира, от развалин древней церкви до Карабулакского аула, по обоим берегам Кумбулея, от самого ее истока в Джераховском ущелье до Елисаветинского редута и по обоим сторонам реки Терека от Владикавказской крепости до впадения в Терек реки По. Ингуши имеют довольное количество скота и радеют о земледелии. Дома строят каменные и деревянные, по общепринятому правилу с земляными крышами. Каждая деревня имеет посреди четвероугольную башню, в которую скрываются женщины и дети при набегах соседственных народов. Во всю длину Ингушевской земли , изображающей почти правильный треугольник, с юга на северо-запад простирается один из главнейших отрогов Кавказа, состоящий из шиферных гор, покрытых лесом. Восточные предгория оного орошаются рекой Кумбулеем, а западные Тереком. (Платон Зубов. Картина Кавказского края, принадлежащего России, и сопредельных оному земель в историческом, статистическом, этногрфическом, финансовом и торговом отношениях. СПб., 1835.)
В XVII-XVIII в.в. имеются донесения Российских губернаторов из Астрахани, градоначальников и комендантов из Кизляра о контактах с ними представителей местного населения.
В течение XVII-XVIII в. в. многие старейшины Ингушетии, и что особенно важно старейшины многих аулов, приняли на верность и подписывали соответствующие документы о вступлении в подданство России.
Эти материалы раскрывают особенности установления тесных контактов между народами России и Северного Кавказа, подтверждают, что в данный период эти отношения имели, в первую очередь, торгово-экономический характер и что вплоть до второй половины 18 века Россия стремилась к расширению экономических связей и предотвращению проникновения на Северный Кавказ
Ирана, Крымского ханства и Турции.
В апреле 1735 года началась очередная русско-турецкая война, в ходе которой Турция при поддержке Франции пыталась предотвратить выход России к побережью Черного моря.
После начала военных действий ингушские ополчения решительно встали на сторону России. Ополченцы участвовали во взятии Азова, оберегали от набегов Кизлярскую крепость и несли со всеми охрану дорог между Кизляром и Астраханью. (Г.Н. Колбая. Россия и Северный Кавказ в 16-17 веках. М. 1998, с.35).
Присоединение Ингушетии к России содействовало укреплению тех внутренних процессов, которые протекали в XYIII веке в среде плоскостных ингушей. Согласно документальных источников, в конце ХVI в. в Дарьяльском ущелье в ингушском Ларсе жил «феодал Салтан- Мурза, который состоял в родстве с другим вайнахским владельцем Ших-Мурзой Окуцким (Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа. М..1973, с.155). Мурзы встречаются у мусульманских народов Северного Кавказа: ингушей, чеченцев и кумыков. Выше Ларса находилось ингушское село Гвилети (Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. Вып.1,1578-1613гг. М.,1889,с.152).
Надо отметить, что в отписках русского посольства князя Звенигородского и дьяка Антонова в Грузии, проходивших Дарьяльское ущелье в сентябре 1589 года на границе Грузии и земель ингушского владельца Салтан-Мурзы упоминается Черебашев Кабак, т.е. Черебашево селение (Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. Вып.1,1578-1613гг. М.,1889,с.152). Имя Чербыш было распространено среди ингушей в 16 веке (Кабардино-русские отношения в 15-18 вв. т.1. М.,1957,с.195) и в наши дни известна ингушская фамилия Чербижевых.
Согласно царского указа от 23 апреля 1589 г., в Грузию были посланы русские послы князь С.Г. Звенигородский и дьяк Т. Антонов.
Так читаем, что «послы князь Семен Звенигородский и дьяк Торх Антонов 25 сентября 1589г.стояли у Ларсов кабака Салтан-Мурзы. И Салтан-Мурза вышел к послам ко князю Семену да к дьяку Торху пеш, а с ним людей его человек в 10. А говорил: преж сего государевы посланники Родивон Биркин да и Петр Пивов шли в Грузинскую землю к Олександру царю через мою землю на тот же мой кабак, и назад из Грузинские земли шли на мой же кабак, и яз государю служил, посланников его Родивон да Петра через свою землю провожал и дорогу им куда путчи итти указывал и людей своих до Грузинские земли провожати их посылал; а которые были у государевых посланников люди и лошади больны, и тех людей и лошадей Родивон да Петр останавливали, в Грузию идучи, у меня, и яз тех людей и лошадей у себя кормил и лечил и за Родиовон и за Петром их отпустил здоровых. И Родивон и Петр, назад идучи из Грузии, службу мою государю известити». (Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. Вып.1,1578-1613гг. М.,1889,с.127-154).
…И Салтан-Мурза говорил: то есми слышал от уздней и брата своего Ших-Мурзы Окутцкого, что Кабардинские все князи били челом в службу государю вашему, а яз ныне хочю государю ж служити по свою смерть, как государю вашему служил брат мой Ших-Мурза Окутцкой, и на непослушников государевых со государевыми воеводами и с Кабардинскими князи ходити готов и на том государю правду даю, шертую, и вас провожю до Грузинские земли и заклад брата своего или сына пошлю в Терской город с вами вместе, как пойдете из Грузинские земли.
А как будете у государя своего, — и вы мою службу государю своему известите, чтоб государь пожаловал, велел мне дати свою государеву жалованную грамоту, почему мне быти в его государеве жалованье, какову грамоту прислал государь к брату моему к Ших-Мурзе Окутцкому. (Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. 1889. Вып.I. 1578-1613, с.127-154; Г.Л.Бондаревский. Документальная история образования многонационального государства Российского. 1998.М., с.214.)

… И грамоту Мурзе Ларсова Кобака Салтану дали такову:
«Божиею милостию великому государю царю и великому князю Федору Ивановичю всея Русии и иных многих государств государя и самодержца его царского величества от великих послов от дворянина и намесника Брянского от князя Семена Григорьевича Звенигородского да от диака Торха Антонова Ларского кабака Салтан-Мурзе. — Бил еси челом великому государю царю и великому князю Федору Ивановичю всея Русии, чтоб тебя и твою братью детей и племянников и весь твой род и свою землю государь пожаловал, держал в своем царском жалованье под своею царскою рукою и в обороне от твоих недругов; а ты, Салтан-Мурза, с своею братьею, и з детьми, и с племянники, и со всем своим родом хочешь его царскому величеству служити. И ты б, Салтан-Мурза, с своею братьею, и с племянники, и со всем своим родом, и со всею своею землею был под государя нашего царского величества рукою в его царском жалованье и его царскому величеству служил и государя нашего с терскими воеводами и с Олександром царем Иверским и с Черкасскими князи и мурзы, которые государю служат, и на всех государевых недругов и на непослушников стоял заодин, на них сам ходил и людей своих посылал, и государевых послов, и посланников, и гонцов, и всяких государевых людей через свою землю ко государеву Терскому городу и из Терского города до Грузинские земли провожал и хитрости никоторые над государевыми людьми не учинил. А на которого недруга будет тебе надобет государевы люди, — и ты б приезжал в государев в Терской город ко государевым воеводам; и государевы воеводы по государеву указу учнут тебе на твоих недругов рат давати с вогневым боем. И во всем бы еси его царскому величеству прямил, на чом еси ему государю правду дал, шертовал. А сю тебе грамоту дали его царского величества послы до тех мест, как его царскому величеству послы князь Семен Григорьевич Звенигородского да дьяк Торх Антонов твое челобитье объявят и как его царское величество пришлет к тебе свою царскую жаловальную грамоту с красною печатью и свое государево жалованье в Терской город к воеводам. К сей грамоте государев посол дворенин и наместник Брянской князь Семен Григорьевич Звенигороцкого печать свою приложил. Лета 7098 сентября в 26 де.». (Бондаревский Г.Л. Документальная история образования многонационального государства Российского. 1998. М., с.215; Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом, 1889, Вып.I, 1578-1613, с.127-154).
Только в начале 17 в. Кахетинскому царю Теймуразу 1 в целях обеспечения нормальных дипломатических отношений Грузии с Московским государством пришлось лично побывать во главе своего войска у соседних горцев Северного Кавказа и в особом письме к Московскому царю Михаилу Федоровичу указать их точное местонахождение. «А здесь близ Каракалканов (Дарьял) и меж черкасских мурз пребывают народы кисты. А преж сего они были християне, а ныне они не христяне, не турки.» (М.Полиевктов. Материалы по истории грузино-русских взаимоотношений (1615-1640гг.) Тбилиси, 1937, стр.118). Закрепляясь на Северном Кавказе, правительство Екатерины II вело подготовку к присоединению Восточной Грузии. Были приняты срочные меры для улучшения дороги в Грузию. Благодаря труду полутора тысячи русских солдат был проложен в течение 3 месяцев колесный путь через Дарьяльское ущелье и Крестовый перевал в Тифлис. Так было положено начало Военно-Грузинской дороге, ставшей основным путем, связывающим Закавказье с Северным Кавказом.
Архивная выписка из журнала Кизлярского коменданта по секретной части об экспедициях из Моздока в Грузию за период август – октябрь 1770 года: «А понеже сия дорога проложена чрез Ингуши есть наиспособнейшая и кратчайшая, якоже в расстоянии оная по уездам состоит обыкновенной езды, от Моздока до Ингуш день, от Ингуш до Чимов один день с половиною, от Чимов до Казбека день, от Казбека до Анапура, где уже границы грузинская-два дня, а всего (только) пять дней с половиною», (Г.Л.Бондаревский, Документальная история образования многонационального государства Российского, М. 1998, с.410). Находившиеся в Грузии российские войска под командою господина генерал – майора и кавалера графа Тотлебина отправка всех команд, разных казенных вещей в обе стороны, т.е. в Грузию и оттуда в Кизляр осуществлялось из Грузии до Ингуш, от Ингуш же в Моздок и даже в Кизляр. (Ф.Кизлярского комендантского управления, журнал исходящих бумаг по секретной экспедиции за 1770г. Св.190;, (Г.Л.Бондаревский, М.1999.с.413).
Также известно, что в грузинских хрониках население Ингушетии описаны под именами «гилигвов», «глигви». Современные грузинские исследователи также свидетельствуют, что в грузинских источниках для обозначения ингушей упоминается термин «глигви», который соответствует ингушскому «галга». (Н.Я.Марр. Кавказские племенные названия и местные параллели. М., 1922, с.33; Р.Л.Хардзе, А.И.Робакидзе. К вопросу о нахской этнонимике. КЭС. Вып.II. Тбилиси, 1968, с.20).
В 1781 году дивизионный квартирмейстер Штедер объехал в связи с данным ему поручением исследовать пути в Грузию через главный Кавказский хребет, значительную часть Осетии и прилегающие к ней с востока области, в том числе и Ингушетию: «…Я следовал берегом Сунжи через равнины и поля ингушей почти вплоть до гор. По ту сторону /Сунжи/, на 4 версты восточнее, лежали под лесистым обрывом 3 или 4 деревни ахкиюртовцев, представляющих собою смесь ингушей и карабулаков…
Через пять верст к западу /от Сунжи/ мы попали у реки Камбилеевки к ингушам или кистам, расположенным на выходе ее из лесистого предгорья… В недавнее время колония ингушей, называемых Шалха, расположилась у нее под горами… На левом берегу Камбилеевки расположено у самых гор около 200 фамилий… Отсюда открывается долина Больших ингушей и тянется на юго-восток свыше 6 верст, при ширине в 4 версты. Большинство их поселений лежит по северной стороне долины, частью на склоне гор, частью у реки. Также и на западной стороне реки Герге лежит несколько особенных селений… Под западными горами /внутри Тарской долины/ расположено селение Веппий, оттуда дорога через горы ведет к Тереку… На этой реке /Герге/ жили прежде веппинцы, некоторые из них еще остались в бесплодной маленькой долине; у них сохранились еще остатки одной маленькой церкви… Здесь /на равнине у Балты/ ингуши выпасают своих овец». (Ингушетия и Ингуши. Москва, 1999, с-90).
Данные Штедера позволяют установить и другое направление расселения ингушей, а именно вдоль Военно-Грузинской дороги и Балты.
Непосредственную связь возникновения Владикавказа с ингушскими селами отметил Я.Рейнеггс, в 80-е годы XYIII в. находившийся на русской дипломатической службе в Грузии и в силу своих служебных обязанностей вынужденный совершать частые поездки по будущей Военно-Грузинской дороге из Тифлиса в Моздок и Кизляр. «Ингуши (ингуши-авт.) считают от себя несколько селений, а именно: 200 дворов, поселявшихся при Шалгу (Шолхи) и деревне Саур (Заурово), лежащих возле крепости»,- подчеркивает Я.Рейнеггс и далее констатирует: «Владикавказ от них же начало свое получил» (ЦГВИА, ф.482, оп.1, д.192, л.55 об.). Книга Я.Рейнегсса издана 1796 г. и многие факты из нее содержатся в материалах академика П.Т.Буткова. Заметим точное совпадение данных о количестве дворов в с.Шолхи у Рейнегсса и у Штедера (см.с.28, указ. его работы), что взаимно увеличивает достоверность сообщаемых ими данных.
В 1811 году в долине реки Терек «от Владикавказа до Грузинской границы» располагались ингушские села Яндиевых, Кациевых, Батыровых, Торшхоевых, Хутиевых и др. Всего 13 сел (Осетины глазами русских и иностранных путешественников, 1811., с.117).
Уже с конца 18 века Ингушия представляла собою необычную картину религиозной системы. Деградировавшее за короткий срок поверхностное христианство столкнулось здесь с мусульманством, древнейший след существования которого находим в сообщении Вахушта о жителях Ангушта: «жители Ангушта похожи на черкессов, по вере магометане сунниты». (Вахушти. Кутаис, 1891, с.56-57).
С XYII в., когда мы видели, была сделана последняя попытка вернуть известную часть ингушей (жители Больших и Малых Ингушей) в христианство, до 40-х годов XYIII в., когда образовалась духовная комиссия, корни которой выходят еще к Петровской эпохе.
Это свидетельство относится, если на него вообще положиться, к той части ингушей, и говорит в лучшем случае о культурно-политической ориентации Ангушта, а не о действительной принадлежности к мусульманству. Бывший (с 4 по 7 марта 1770г.) на Камбилеевке, в районе Ангушта, Гюльденштедт характеризует религиозное состояние ингушей в следующих словах: «Их религия чрезвычайно проста, но имеет ясные следы христианства. Они верят в одного бога, которого они называют Дяла, но не признают никаких святых или замечательных в религиозном отношении личностей. Весной они имеют большой, а летом меньший период поста». Они позволяют себе многоженство. На некоторое влияние мусульманства приходится признать, по данным Гюльденштедта, существование у ингушей (кистин) имен, подобно Али, Муххамед, Фатьма и т.п. (Гюльденштедт, стр.478; В.Стршельницкий, газета «Кавказ», 1846, №43).
Через 11 лет ингушей и галгаевцев посетил Штедер, дополняющий во многом Гюльденштедта. «Они (ингуши, галгая) разводят овец, коз, ослов, мулов, лошадей и крупного рогатого скота (Штедер, с.36). Об Ангуште Штедер сообшает: «Они позволяют себя крестить и постятся весь великий пост; это все, что они знают о христианстве…»
Итак, Штедер вполне согласуется с Гюльденштедтом: «Мусульманство» Ангушта не оставило по себе, если оно и было, никаких следов. «Они почитают высшее существо, верят в загробное существование. Имеет место украшение могильных памятников по мусульманскому способу.» (Штедер, с.36).
В бассейне Терека у ингушей установились добрососедские отношения с гребенскими казаками. Большой интерес представляет мнение Л.Н.Толстого, который долго жил среди гребенских казаков. В своей повести «Казаки» он писал: «Очень давно предки их … бежали из России и поселились за Тереком. Казаки усвоили обычаи, образ жизни и нравы горцев, но удержали и там… русский язык и приняли частично и горскую одежду».
Создание казачьих поселений было следствием сознательной имперской политики.
Известный русский историк проф. В.О.Ключевский писал, что «История России есть история страны, которая колонизуется». Колонизационная политика царизма в отношении Ингушии особенно сказалась по завоевании Восточного Кавказа.
Хотя покорные аулы и получали почти всегда обещания от начальства, что они останутся на тех местах, на которые водворены, но имея перед глазами несколько примеров очищения горских земель для новых казачьих станиц, горцы плохо верили таким обещаниям.
Со второй половины 19 века характер отношений России к народам Северного Кавказа носит поэтапной колонизации.
Начиная с 1845 года, царское правительство стало переселять ингушей в район реки Назранка и в горную Ингушетию, т.к. не нуждалось в услугах горцев и решило «охрану» Владикавказа и Дарьяльского ущелья возложить на казаков. (Материалы по истории осетинского народа. Орджоникидзе, 1942, с.298).
В 1858 году при переселении на новые места ингуши оказали отчаянное сопротивление. Произошло восстание, известное как «Назрановское возмущение». Руководители восстания четыре человека были повешены, а многие были сосланы в Сибирь (Грабовский Н., Тифлис, 1876, вып.9, с.33). Результат колонизационного процесса в Ингушии:
На месте аула Гаджирен-Юрт основ. в 1847 г. ст.Ассиновская -//-//- Таузен-Юрт
-//-//- 1861 — Воронцово- Дашковская
-//-//- Магомет- Хите
-//-//- 1847 — Вознесенская
-//-//- Ах-Борзе
-//-//- 1861 — Нестеровская
-//-//- Ахки-Юрт
-//-//- 1859 — Сунженская
-//-//- Ангушт
-//-//- 1859 — Тарская
-//-//- Ильдир-Гала
-//-//- 1859 — Карабулакская
-//-//- Алхасте
-//-//- 1860 — Фельдмаршальская

На месте аула Шолхи основан был в 1867 году хутор Тарский. В 1845 году основаны станицы Троицкая и Слепцовская, в 1846-м – Михайловская (см.об этом у А.Берже; стр.117).
В основе колонизации лежали политические соображения — устройство клина, который разъединил бы горных ингушей от плоскостных и представлял бы собою постоянную военную опору власти на местах.
Так как по ущельям рек Камбилеевки, Сунжи и Ассы существовали единственные дороги для сношения горных ингушей с равниной, то станицы преградили ингушам свободный путь, который ранее давал им возможность быть экономически непосредственно связанными с плоскостью.
И, запертые в горах, ингуши здесь оказались обреченными на тяжелое, нищенское существование. (Г.К.Мартиросиан. Нагорная Ингушия. Орджоникидзе, 1933, с.69-82).
Известно, что одной из самых сложных проблем, порожденной колониальной политикой царизма на Северном Кавказе, являлось хроническое безземелье горцев. Наиболее низкими земельные наделы были в Чечне и Ингушетии. В начале XX века душевые наделы здесь в горной зоне составляли 0,3-0,4 десятины пахотных земель. Такое положение сложилось в результате насильственного изгнания царизмом в середине XIX века чеченцев и ингушей из их селений и водворения на их места казачьих станиц. Цепь этих станиц не только разделила Чечню и Ингушетию, но и отсекла напрочь плоскостную Ингушетию от ее горной части. Переселению были подвергнуты селения, которые с XYIII века являлись символом борьбы ингушского народа за выживание и национальное самосохранение.
Так в 1859-1867 годах в нынешнем Пригородном районе создаются станица Тарская (на месте селения Ангушт), станица Сунженская (селение Ахки-Юрт), станица Аки-Юртовская (селение Таузен-Юрт) и хутор Тарский (селение Шолхи). (См.: Сборник сведений о Терской области. Владикавказ, 1878, с.373-374.).
Все это пагубно сказывалось на экономическом положении ингушей, ежечасно напоминая об утраченных землях. О том, что они не примирились с сотворенным над ними злом, свидетельствует их обращение в Государственную думу: «В настоящее время две трети наших земель, насильственно отобранных, перешли в руки казаков, и мы, ингуши, доведены до того состояния, что для того, чтобы жить, мы должны арендовать землю у тех же казаков. В среднем ингушское племя платит ежегодно казакам с лишком 30 000 руб. арендной платы. Это ни что иное, как налог в пользу казаков, налог тем более возмутительный, что мы, ингуши, платим его за пользование землей, принадлежавшей нам тысячелетия…». («Терек», 1907, №83).
«Освобожденные» при помощи штыка земли ингушей заселяли, жители из старых Надтеречных станиц, донские и другие казаки, словом в большинстве те, которым нечего было терять на Родине. Эти люди, лозунгом которых было слово «не плошай»… не могли благоприятно влиять на ингушей», — писал Грабовский (А. Грабовский, Сборник сведений о Кавказских горцах. Тифлис. 1876, вып. 9, с.54).
«Сто лет назад один из исследователей Кавказа писал: «Ингуши, менее других наклонные к грабительству, почитаются за добрых и кротких людей». К этому времени ингуши, по их просьбе, уже были приняты в русское подданство, обязались охранять Владикавказ и Военно-Грузинскую дорогу от нападений враждебных русских племен и получили обещание, что земли, занятые ингушами на плоскости, останутся навсегда в их владении. Ингуши сдержали свои обязательства и в 40-х годах прошлого столетия приняли самое деятельное участие в отражении наступавшего на Владикавказ известного борца за независимость горцев Шамиля. Однако 20 лет спустя часть ингушей из крупных селений у выхода из гор была насильственно выселена, и на освободившихся землях по приказу русских властей расположились 4 казачьи станицы. Таким образом, часть ингушских земель была несправедливо отобрана, и жизнь ингуша сделалась очень тяжелой. Земли, годной для обработки, стало меньше, а кормиться на ней должно было то же число ингушей, что и прежде. Часть из них к тому же была разорена переселением. Если подсчитать всю площадь земли, занятую ингушами, то окажется, что в Ингушии на каждую квадратную версту приходилось 44 человека. А при такой густоте населения с трудом можно кормиться земледелием при низком его уровне, обычном у нас в России. Ингушу же, кроме земли, кормиться нечем: ни кустарных, ни других промыслов он не знает, а фабрик и заводов на его родине нет. Тяжелые условия жизни отразились и на приросте ингушского населения. Ингуши увеличиваются в числе значительно медленнее, чем их соседи – казаки, осетины и кабардинцы, имеющие больше земли и живущие гораздо богаче.» (Н.Яковлев. Ингуши. М. 1925, С.14, Саратов. Ингуши. Сборник статей и очерков, 1996, с.194-197). По свидетельству известного этнографа 19 века М.Ковальского, миграция осетинского населения с 18 века шла на восток. Он писал, что осетины изгнанники- абреки «поселялись в Куртатинском ущелье», откуда «часть населения выселилась в Тагаурское ущелье». (Ковалевский М. Современный обычай и древний закон. Обычное право осетин в историко-сравнительном освещении. М.1886-т.1, с.37).
В 1807 году по происшествии немалого времени после основания крепости и принятия по договору ингушами обязательств по охране ее и близлежащих дорог, осетины обратились к генералу Дельпоцо с просьбой разрешить им поселиться у крепости.
…Заметим, что в Северной Осетии земельный вопрос предполагалось решить за счет изъятия у казачества в пользу осетин земель, никогда не принадлежавших последним. Нарком земледелия ГАССР осетин И.М.Датиев в 1921 году говорил: «единственный выход-это выселение казачьих станиц: Архонский, хутора Ардонского, станиц Николаевской, Змейской и Александровской. Осуществление этого переселения признать как революционную необходимость и закончить его к маю 1921 года. (ЦГА СОАССР, ф.50, оп.1, д.71, л.61.)
Таким образом, на протяжении нескольких веков Осетия решала свои земельные вопросы, за счет никогда не принадлежавших им земель соседних народов. По данным Л.П.Семенова, осетинская фамилия Дударовых имеет ингушское происхождение (Л.П.Семенов. Археологические этнографические разыскания в Ингушетии в 1925-1932 годах. Грозный. 1963, с.78; Б.В.Скитский. Очерки по истории осетинского народа с древнейших времен до 1867 г. ИСОНИИ, т.XI. Дзауджикау, 1947, с.57; Е.И.Крупнов. Средневековая Ингушетия. М., 1971, с.55). Такое же происхождение имеет и фамилия Андиева от Яндиевых (Б.А.Колоев. Указ.соч.,стр.45; Е.И.Крупнов. Средневековая Ингушетия. М., 1971, с.55).
Так, В.Тменов (Проблемы этнографии осетин… стр. 124) пишет: «В Тагаурии и Куртатинском ущелье некогда жили ингуши. Земли лежащие в долинах рек Камбилеевки, Сунжи и Терека являются исконно ингушскими. Совершенно очевидным является то, что территория Пригородного района и г.Владикавказа являются древними ингушскими землями.».
После покорения Кавказа, горные ингуши, отрезанные от плоскости русскими поселениями, долгое время переживали острую земельную нужду и прорывались на равнину… В период революции …они спустились с гор и теперь уже при поддержке Советского правительства заняли ряд казачьих станиц, земли которых как например, Ангушт (бывшая станица Тарская) и другие, раньше принадлежали ингушам…». (В.П.Пожидаев. «Горцы Северного Кавказа». М., Л., 1926г. с.15).
Земли станиц Тарской, Воронцово- Дашковской, Сунженской, Фельдмаршальской и хутора Тарского, исторически принадлежавшие ингушскому народу, отведены были ингушам, причем отвод завершился в 1923 году.
Сейчас, когда Ингушетия идет трудным путем возрождения, очень важно не забывать и бережно относиться к своему прошлому, внимательно изучать опыт сложных взаимоотношений ингушей и соседних народов. Восстановление исторически правдивой картины своего прошлого -верный путь к самопознанию народа и обретению им своих корней.
Стремление Ингушетии вернуться в Пригородный район с точки зрения истории законно и справедливо. Но вопрос в том, как добиться этого разумным и цивилизованным путем.
Все вышеизложенные работы приведены для восстановления исторической памяти и правды, являются бесценными источниками, т.к. они служат отповедью современным сочинителям истории.
Публикуемые документы позволяют понять всю многогранность значения присоединения Северного Кавказа, в том числе Ингушетии к Российской империи – как для народов Северного Кавказа, так и для народов России. Документы свидетельствуют, что контакты между Россией и ингушским народом – была взаимная заинтересованность и искреннее стремление к прочному союзу.
Во второй половине 18 века ингуши уже несомненно обитали на плоскости, так как в 1784 году при ингушской деревне Заур была основана крепость Владикавказ (Грабовский Н. Ингуши. Сборник сведений о кавказских горцах. (Тифлис, 1876 . Вып. 9. с.2)
В 1869 году был опубликован документальный сборник, который был составлен участником военных походов против горских народов П.Г. Бутковым. Эти «материалы» Бутковым собирались по свежим следам и он является безусловным авторитетом для ученых, освещающих кавказские события с 1722 года по 1803 год.
«Для связи кавказской линии с Грузией в 1784 году построена крепость отрядом войск у Терека, при входе в ущелье гор, при ингушевской деревне Зауре и названа Владикавказом», — писал Бутков (Бутков П.Г. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 год, ч.2. 1869, с.131, 165). В документах конца 18 — начала 19 века содержатся упоминания об ингушских селениях Заур и Тимурково на равнине в бассейне рек Терека и Камбилеевки, в частности, при описании дороги от Моздока на Тифлис, проходившей через «Ахловы кабаки, затем через р. Кумбулей и прямо до Заурова (АКАК, Т.II, Тифлис, 1868, стр. 221; АКАК, Т. IV, стр. 805, 902). Значительное число ингушей в селении Тимурково, находившемся в 2 верстах от крепости Владикавказ на правом берегу Терека. В этом селении и в Назрани в 1810 году насчитывалось до 866 дворов и 1300 вооруженных мужчин. (Н.Г. Волкова. Вайнахи. М. 1999 с. 159).
К 1851 году «близ Владикавказа» стояли ингушский аул Темурко и на левом берегу реки Камбилеевки — аулы Османа Долгиева и Бузуртанова. На левом берегу Терека стоял ингушский аул Жантемиров. В селах Осетии жили также 40 дворов ингушей и кумык (Материалы по истории осетинского народа, Орджоникидзе, 1942 , т.2, сс.145, 314).
Ингушское село Заурово существовало задолго до основания крепости Владикавказской. Например, в рапорте генерала Де-Медема от 2 сентября 1773 года говорится: «Переход 28 верст до деревни Зауровой, лежащей при самом входе в Кавказские горы, переправа через р. Комбулей… вброд». Далее, переправившись, можно идти многими колоннами прямо из ингушского селения Заурово… Лагерь при Зауровой весьма выгоден в траве, дровах и воде; при сем месте нужно иметь постоянный укрепленный мост, ибо запрещает он вход и выход из гор, обозревает верст на 50 и малейшие предметы в поле, обеспечивает проезжающие команды в ту и другую сторону коммуникационными постами для многих военных резервов. (Сборник исторических материалов об Ингушетии. Док. № 369).
О селе Заурово Клапрот пишет как об ингушском, возле которого возникла крепость Владикавказская. Это селение возникло на старой дороге в Грузию, проходившей от Моздока на Ахловы кабаки, затем через р. Камбилеевку, далее на Заурово и затем в Дарьяльское ущелье. Село Заурово отмечает и Гюльденштедт. Село Заурово располагалось на крутом берегу Терека, в 4 верстах от места, где позднее возникла крепость Владикавказская.
К концу первой трети XlX века миграционные процессы в основном закончились и политическая карта Предкавказья оформилась. Ингуши твердо занимали территорию современного Пригородного района Северной Осетии. Владикавказ, основанный, как отмечалось, в 1784 году близ ингушского селения Заурово, в географическом центре Ингушетии, стал ее экономическим, политическим и культурным центром. Здесь на протяжении всей дореволюционной истории были сосредоточены и ее административные учреждения.
Такое положение сохранялось в 1858 году, 1862 году (Западный военный отдел)и 1870 году (Владикавказский округ). Территориальные окружные управления у них находились во Владикавказе.
Штедер отмечает, что «при входе в долину стоит башня, окруженная стеной, нежилая, которая могла бы служить для защиты прохода». Под западными горами (внутри Тарской долины) расположено селение Веппий, откуда дорога через горы ведет к Тереку. «Здесь на равнине у Балты ингуши выпасают своих овец», читаем у Штедера (стр. 45).
«Через пять верст к западу (от Сунжи) мы попали у реки Камбилеевки к ингушам или кистам, расположенным при выходе ее из лесистого предгорья… В недавнее время колония ингушей, называемых Шалха (Шолхи), расположилась у нее, под горами. Одна лишь эта колония, благодаря ее мужеству и силе нации, могла держаться… (Генко А.Н. Из культурного прошлого ингушей.
Ленинград, 1930 год., с. 625). Далее Штедер описывает, как от Шалха они попали в Тарскую долину: «Отсюда открывается долина Больших Ингушей и тянется на юго-восток свыше 6 верст при ширине в 4 версты. Большинство их селений лежит по северной стороне долины, частью на склоне гор, частью у реки. Также и на западной стороне реки, Герге (Штедер имеет в виду западный приток Камбилеевки, Герчоч — собственное ущелье в верховьях этой реки, ведущее в Мецхальское общество к югу) лежит несколько обособленных селений».
По многочисленным источникам, в том числе сведениям Штедера живущие в Тарской долине ингуши распадались на 7 крупных племен (Штедер ст. 44): Тергим — Хоевы, род Эги, Хамхоевы, Картоевы, Оздоевы или Цикмабухоевы, Евлоевы и веппинцы.
В 1781 году Кавказ посетил дивизионный квартирмейстер Штедер, который по берегам рек Сунжи, Камбилеевки и Назранке отметил ингушские поселения Ангушт, Вапи, Заурово и другие (Дневник путешествия из пограничной крепости Моздок во внутренние местности Кавказа, предпринятого в 1781 году Штедером. Орджоникидзе, 1967 с. 52).
Как пишет Штедер: «Ахкин-Юрт был расположен у ручья Турше, вытекавшего из восточных гор. Поля акинюртовцев находились у ручья, впадающего в правый бок Сунжи. По ту сторону Сунжи, то есть на левом берегу на 4 версты восточнее лежали под лесистым отрогом земли 4 деревни акинюртовцев», представляющих собою смесь ингушей и карабулаков.
Михаил Рощин пишет, что «горные ингуши еще в первой половине 17 века поселились на безлюдных землях между левым берегом Сунжи и правым берегом Терека. Русский историк XlX века Н. Дубровин отмечал: «Тогдашние выходцы были люди мирные, занимавшиеся преимущественно пастьбою скота». В те времена писал Н. Дубровин, «богатая плоскость, простирающаяся от р. Сунжи… представляла вид дремучего леса». (газета «Народ» № 4, 1993 года.).
В горной зоне ингуши жили отдельными обществами: Галгаевское, Цоринское, Джейраховское, Фяппинское (Кистинское) и Мецхальское. Возвращение на равнину после монголо-татар начинается в XVl-XVll веках. Одним из главных направлений ингушской миграции с гор являлась Тарская долина и другие земли по р. Камбилеевке. Здесь, по свидетельствам грузинского историка и путешественника Вахушти Багратиони, не позднее конца XVll века расположено плоскостное селение «Онгушт» (отсюда название ингуши), сейчас это селение Тарское Пригородного района Северо-Осетинской Республики. (Э.Д. Мужухоева, М.Б. Мужухоев. Ингушетия и Ингуши. Москва, 1999 год, с.24).
Округ Малые Ингуши, по мнению Н.Г. Волковой, возник не позднее 50-60 годов XVlll века, (Волкова Н.Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVlll- начале XX вв. М., 1974, с. 159). Документ 1780 года в числе 6 ингушских селений этого округа приводит и селения Заурово и Шолхи, в непосредственной близости от которых спустя 4 года возникла Владикавказская крепость. (Русско-осетинские отношения. Т.2, Орджоникидзе, 1984, с. 392). Между тем, процесс выхода ингушей на равнину продолжался и на рубеже XVlll-XlX веков. Новый импульс ему был дан договором 1810 года между Российской администрацией и влиятельнейшими ингушскими фамилиями. Жителям Ингушетии, переходившим в подданство Российской империи, представлялось право пользования землями по правому берегу р. Терека и до хребта Кабардинских гор. Уже к 1812 году в селении Назрань было 1006 дворов. (ЦГВИА, ф. 414, оп. 1, д. 300, л. 68 об.)
Всего же в районе Назрани и севернее ее к 1816 году насчитывались 93 небольших селения. К этому же периоду источники относят и образование селения Ачалуки. (АКАК.Т.8.. 669.)
«Всю многовековую и тяжелую историю ингушей следует рассматривать как на редкость упорную беспрерывную борьбу этого маленького народа за свое существование, за возможность выхода из гор на плодородные равнинные земли. Стремление к выходу на «плоскость» приходит красной нитью через все перипетии многотрудной жизни ингушей в горах». (Е.И. Крупнов. Средневековая Ингушетия. М., Наука, 1971, с. 203).
Жители Тарской долины, в частности Ангушта, являются одними из первых переселенцев с гор на плоскость и здесь получили название ингуши. (А.П. Берже. Чечня и чеченцы. Тифлис, 1859, с. 81).
Ингуши занимают на Северном Кавказе центральное место поблизости от административного и культурного центра — города Владикавказа. Н. Яковлев пишет, «что знаменитая Военно-Грузинская дорога отделяет ингушей от осетин. Центральное положение выдвигают ингушей на одно из первых мест во всех крупных политических и культурных движениях, охватывающих Северный Кавказ за последние десятилетия. (Н. Яковлев. Ингуши М. 1925. с.7) .
«Тарская долина и другие территории по р. Камбилеевке, где не позднее XVll века уже было известно село «Онгушт» (Н.Г. Волкова, «Вайнахи», Москва, 1999. с.155).
Далее Н.Г. Волкова, опираясь на данные исследователя А.Н. Генко, «считает фамилию Зауровых, предки которых во второй половине 18 века в районе современного Владикавказа, основали также село Заур».
Как известно, почти все народы входят в историю не под самоназванием, а под названиями, данными их соседями. Название «ингуши» также было дано местному племени русскими, подобно тому, как осетинам были присвоены названия «ясы, «овсы» и так далее, грузинами и русскими. Постепенно название «ингуши» было перенесено на все родоплеменные образования, некогда известные как «галгаи», «кисты», «цоринцы» и другие объединенные с ними общей территорией и общностью культуры и языка.
По свидетельству Клапрота, Большие и Малые Ингуши включали 25 деревень, в том числе Галга, Ака, Беци, Алхар, Корби, Вушу, Голай, Ной, Гой, Мелер, Паланг, Цулай и другие.
В послевоенные годы рядом исследователей было высказано предположение об отождествлении древнего этнонима «гаргареи» с современным самоназванием ингушей — «галгаи» (И.М. Дьяконов. Рецензия на книгу Г.А. Меликишвили «Древневосточные материалы по истории народов Закавказья». ВДИ, 1946, № 2 стр. 59; Л.А. Ельницкий. Комментарии к переизданию «Известий древних писателей о Скифии и Кавказе» В.В.Латышева. ВДИ, 1947, № 4, стр. 222; В.Н. Гамрекели. О племени двалов. Сб. «Мимомхилвели». Т. 9. Тбилиси, 1957, стр. 203).
«Специально занявшись этим вопросом, я пришел к выводу, что правомерность отождествления страбоновских «гаргареев» с ингушским племенным самоназванием «галгаи» может быть признана вполне обоснованной», — пишет в своей монографии «Древняя история Северного Кавказа». Е. Крупнов в 1960 году (Е.И. Крупнов. Древняя история Северного Кавказа. М., 1960, с. 72).
Грузинское же название «кисты» прочно вошло в кавказоведческую литературу, посвященную ингушским племенам. За отдельными племенами ингушей закрепляется название, данное им окружающими соседями и русскими, с которыми ингуши установили довольно прочные отношения. Известно, что в 1770 году в присутствии акад Н.А. Гюльденштедта русский офицер принимал от ингушей присягу в верности.
Большинство народов Северного Кавказа, в том числе ингушский, относятся к коренному населению Северного Кавказа, предки которых проживали там тысячелетия. Тысячелетняя борьба ингушей и их предков была направлена для сохранения своей самостоятельности, за право жить на своей земле, борьба за существование и независимость «малой родины».
19 июля 1770 г. выходит указ о назначении грузинского архимандрита Порфирия руководителем духовной комиссии.
Указ Е.И.В. самодержицы всероссийской из Святейшего правительствующего Синода в Коллегию иностранных дел сего 1770г. июня 23-го дня присланным Святейшему правительствующему Синоду полковник и Кизлярский комендант Неймч доношением с приложением подданных ему, полковнику, от всех кистинских старшин и народов в оригинале доношении и с них на российский диалект переводов об определении к ним грузинского архимандрита Порфирия, и что о его, Порфирия, честном поведении…
… А как-де по прошению Нгушевского уезда старшин и всего народа о принятии их в вечное Е.И.В. подданство оный архимандрит по собственному его на то соглашению да гусарского полка капитан Деготодий посыланы были к тому народу и по принятии от них присяги возвратились. А по справке в канцелярии Святейшего Синода значится, что о определении во оную комиссию духовных персон по представлению оной коллегии иностранных дел Святейшим Синодом подлежащее определение 17-го дня 769г. учинено и о чем надлежит во оную коллегию указ послан, на что и ожидается требуемого уведомления.
Того ради по указу Е.И.В Святейший правительствующий Синод приказали: О вышеозначенном к помянутому полковнику и Кизлярскому коменданту Неймчу, также и во оную коллегию с приобщением с доношения комендантского с приложениями копий ( которые при сем и прилагаются) для ведома послать указы «Коллегии иностранных дел о том ведать. А для ведома о том же к полковнику и Кизлярскому коменданту Неймчу Указ из Святейшего Синода послан»
Обер-секретарь Михайло Остолопов
Канцелярист Алексей Древский
(АВПР. Ф. Осетинские дела.оп.128/2, д.1, л.414-415.об.)

Следует отметить, что вообще у ингушей во второй половине 18в. появились тенденции к установлению прочных контактов с Россией. В 1770г. Ингушетия добровольно признала сюзеренитет России.
Весь район Военно-Грузинской дороги входил в сферу древнейшего расселения ингушских племен. (А.Н.Генко. Из культурного прошлого Ингушетии. Записки Коллегии востоковедов, т.V. Л.,1930,с.696).
В русских документах XVI века их называли кистами, которые жили на Военно-Грузинской дороге в западной части Ингушетии, документах 16 века названы «Бурнашевой землей» (Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. Вып.1,1578-1613гг. М.,1889,с.123).
«Кисты, собственно, так называемые… живут по правому берегу Терека, в высоких горах, против осетинского колена тагауров…
Бесплодные земли их, лежащие на известковых и шиферных горах, большей частью обнаженных в виде скал, простираются от Владикавказской крепости до Дарьяла, где начинается грузинская граница и, следовательно, на тридцать верст расстояния. Деревни их Заурово и Джерах почитаемы за сборные места двух разных обществ, которые вместе с приписными к ним деревнями заключают более 500 дворов. Сие колено кистов живет в крайней бедности и управляются выборными старшинами». (С.Броневский. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. Ч.II, Москва, 1823,с.167).
Выше ингушского Ларса находилось ингушское село Гвилети (Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. Вып.1,1578-1613гг. М.,1889,с.152). В 16 веке и ранее в пределах центрального Кавказа мурзами могли именоваться вайнахи. «Они, жители Гвилети, прямо были слепком с джейраховцев — одного из ингушских племен, живущих между Тереком и Ассой», читаем со страниц газеты «Кавказ, в 1894г. №151». Он (Комобакин) приводит интересные сведения о религии гвилетцев, представляющих «полуязычников, полумагометан» (Вл.к-н. Комобакин Гулетовцы. «Кавказ», 1894, №151).
Через две версты от Дарьяла на левом берегу р.Терека лежит малое селение Голет… Оно населено 30 дворами кистинского племени голет и имеют в середине каменные башни для убежища и обороны в случае набега неприятельского (ЦГВИА, ф .482, оп.1, д.192, л.289 об). Далее из архивного документа читаем, «что там находились и большие «Гвилети» из 70 дворов, состоящих», которые происходят «от поколения голаев» (ЦГВИА, ф .482, оп 1, д.192, л.147 об).
Сопоставление данных документальных источников с показаниями информаторов приводит нас к выводу, что село Гвилети играло важную роль во взаимоотношениях Грузии и Ингушетии в XVI-XIX вв.
«Ингуши, называемые также кисты, галгаи, сильное кистинское колено, имеют главные жилища свои вдоль по Кумбулею и впадающим в нее ручьям до высоких гор, также по вершинам Сунжи и по сунженской реке Шадгире или Оссае, находясь, таким образом, между Малою Кабардою и чеченцами. Селения ингушевские начинаются в нескольких верстах на восток от Владикавказской крепости в предгорьях, пересекаемых возвышенными равнинами, и оттуда расширяются далее на восток и на полдень по берегам Кумбулеи, Сунжи и Шадгира неопределенною чертою.» (Саратов.1996, с.84, Ингуши. Сборник статей и очерков).
Для ограждения сделанных в Предкавказье земельных приобретений, основанных и построенных станиц и городов, было принято решение о продолжении Кизлярско — Моздокской линии от Терека до Дона. За период с 1777 по 1779 гг. были построены 10 укреплений по Азово-Моздокской линии.
Все это дало возможность царскому правительству в конце 18 в. ускорить и расширить процесс раздачи плодородных земель Предкавказья крупным русским помещикам, которые переводили сюда своих крепостных из губерний центра России. Одновременно с этим правительство продолжало массовую колонизацию Северного Кавказа, при этом форсируя туда казачества.
22 августа 1810 года подписывается поручительный акт об обязательствах России перед ингушами, данный комендантом Владикавказской крепости Дельпоцо старшинам ингушских обществ, принявших российское подданство.
Так, читаем этот бесценный документ: «Я, нижеподписавшийся, по силе данной мне от главного надо мною начальства власти и доверенности, по взаимному обоюдному согласию между мною и ингушевским народом, имеющими жительство в окружности кр. Владикавказской..» (Сборник документов, АКАК об Ингушетии и ингушах. Парова Л. М., 1996, с. 88; АКАК, Т. IV. Д. 1382. с.899-901).
В «Актах Кавказской археографической комиссии», в 9 томе, на странице 429 читаем: «Для утверждения здесь русского владычества представляются два средства: 1) поселение казачьих станиц и 2) возведение укреплений при главных выходах из гор».
Сто лет назад (1825г.) один из исследователей Кавказа писал: «Ингуши, менее других наклонные к грабительству, почитаются за добрых и кротких людей». К этому времени ингуши, по их просьбе, уже были приняты (1770г.) в русское подданство, обязались охранять Владикавказ и Военно-Грузинскую дорогу от нападений враждебных русским племен и получили обещание, что земли, занятые ингушами на плоскости, останутся навсегда в их владении. Ингуши сдержали свои обязательства и в 40-х годах прошлого столетия приняли самое деятельное участие в отражении наступавшего на Владикавказ известного борца за независимость горцев Шамиля. Однако, 20 лет спустя часть ингушей из крупных селений у выхода из гор была насильно выселена, и на освободившихся землях по приказу русских властей расположились 4 казачьи станицы. Таким образом, часть ингушских земель была несправедливо отобрана, и жизнь ингуша сделалась тяжелой…
Но ингуши не мирятся со своим положением, не хотят вымирать и начинают упорную борьбу с насильниками… из «добрых и кротких людей» в короткое время становятся первыми «абреками» на Кавказе. Грабежи и убийства в станицах и даже среди бела дня на Владикавказе, ограбления поездов, организация целых отрядов, вооруженной рукой отстаивавших права ингушей на жизни и место под солнцем — все это слишком осязательным и неприятным образом доказывало русским властям и соседям, что ингуши отнюдь не думают безропотно вымирать». (Яковлев. Ингуши. М.-Л., 1925 г., с.5-6.).
Возможность торговать продуктами сельского хозяйства пробудила у горцев, в частности у ингушей, интерес к земле и борьбу за землю. Земельный вопрос обострялся в связи с поселением в 30-х годах на их землях станиц Первого Сунженского и Второго Владикавказского казачьих полков, к которым отошли значительные пространства земли.
Об этом свидетельствует в своем докладе главнокомандующий на Кавказе кн. Орбелиани на имя военного министра: «Нередко отнимали земли под казачьи поселения или укрепления и раз поселенных на новых местах, по требованию тех же обстоятельств, снова переселяли и иногда по несколько раз с места на место». (Доклад главнокомандующего на Кавказе кн. Орбелиани военному министру. Архив ЧИАССР ф.23, д.3).
После 1830 года часть ингушей принимает православие. Как следует из документов, которые мне удалось обнаружить, переход ингушей в православие был добровольно-принудительным, при этом применялись подкупы, посулы и угрозы.
Вот один из документов от 15 июля 1842 года. «По всеподданнейшему донесению военного министра об изъявленном в поданной назрановскими жителями от всего ингушевского общества просьбе-желании возвратиться к прежнему магометанскому закону». Из него видно, что местная военная администрация поддерживала стремление ингушей вернуться в ислам, но наталкивалась на сопротивление православного духовенства. Царский рескрипт гласил: возвращение к магометанскому закону запретить, но впредь насилия при обращении в православие не допускать.
«До 1858 года ингуши жили хуторами, но от одной и нескольких десятков фамилий» в верховьях р.р. Сунжи, Камбилеевки (Тарская долина) и на правом берегу р.Терек «при выходе этой реки из гор на плоскость» (Грабовский Н. Ингуши. Сборник сведений о кавказских горцах. Тифлис, 1876, вып.9, с.3). В рапорте командующего войсками по управлению Терской областью на имя командующего войсками Терской и Кубанской областей ген.-адъютанта и кавалера графа Евдокимова сказано: «Имея в виду, что переселение аулов Ланжита и Учхот окончено уже к 30-му числу октября и что в течение зимы 1860/61 года окончится также и переселение жителей Тарской долины. (Дело №209 канц.нач. Тер.обл. по 2 отделу, 1 столу о прокламациях туземцам. Тер.обл. Начато 5 июня 1860г., окончено 6 февраля 1862г.).
Исправлявщий должность начальника Военно-осетинского округа полковник Кундухов писал командующему войсками левого крыла Кавказской линии графу Евдокимову: «После описанного переселения в ущельях по Фортанге, Ассе, Сунже и Камбилеевке, мелких хуторов и жителей никого не осталось, и дело это, к удовольствию моему, я считаю совершенно конченным». «Словом, исполнено и исполняется все, согласно желанию вашего превосходительства. Полковник Кундухов».
На рапорте есть резолюция Евдокимова: «С особенным удовольствием благодарю за это важное дело полковника Кундухова. Донести об этом главнокомандующему» (Дело генер.штаба войск левого крыла Кавказской линии V отд., по описи №436, по части распорядительной).
На месте ингушских и отчасти карабулакских земель в 1859 г. возникли казачьи станицы: Сунженская на месте села Аки-Юрт, Тарская на месте Ангушта, Карабулакская на месте села Ильдир-Гала; в 1860 году на месте села Алхасте была основана станица Фельдмаршальская, в 1861 году- на месте села Ах-Борзе возникла Ассиновская, в 1867 году на месте села Шолхи появился хутор Тарский и т.д. В 1845, 1846,1847 годах были основаны станицы Вознесеновская, Троицкая и Слепцовская.
Неблаговидную роль в организации переселенческих дел сыграл осетин по национальности генерал-майор русской службы Муса Кундухов. В своем докладе наместнику Кавказа начальник Терской области М.Т.Лорис-Меликов писал: «В мае нынешнего года генерал — майор Кундухов высказал предложение восстановить между туземцами Терской области по примеру 1860- 1861гг. стремление к переселению в Турцию и предложил взять на себя выполнение этого дела».
Сам лично в 1865 году Кундухов возглавил переселение более 20 тысяч горцев в Турцию. Многих переселенцев судьба была трагической благодаря бессовестному обману организатора их переселения генерала Кундухова. Так в 1865 году чеченцы направили письмо наместнику на Кавказе великому князю Михаилу Николаевичу, где они умоляют о разрешении вернуться. «Мы гораздо охотнее пойдем в Сибирь, чем будем жить в здешней Сибири».
В научном обороте осетинскими историками пущены две большие лжи.
Первая из них: что ингуши проживали на территории Пригородного района лишь 24 года, то есть с 1920 по 1944 годы, а до этого на этих землях жили казаки. Выходит, что ингуши отобрали свои же земли у казаков. Вторая ложь: в период гражданской войны ингуши уничтожили тысячи мирного казачьего населения.
Имеются неопровержимые свидетельства о том, что эти земли в 1859 году были насильственно заселены казаками, о том, что не было никакого геноцида казаков со стороны ингушей, а была удовлетворена просьба казаков об их переселении на новое местожительство к Пятигорску. Казакам-переселенцам была оказана материальная и иная поддержка.
Для полноты освещения темы единения Ингушетии с Россией считаем будет интересным и полезным привести документ — доношение киштинских (ингушских) старшин к коменданту Кизляра А.А. Ступишину от 1761 года. Доношение Киштинских старшин к Высокородному господину генерал-майору и Кизлярскому коменданту Алексею Алексеевичу Ступишину (Перевод с грузинского на российский диалект. 1761 год).
Просят киштинские старшины Цаук Мирза Калмамаков, Харитон Мисос, Амброси Пахомиев с товарищи и со всем киштинским народом, а о чем значит ниже. «В 1756-м году ея и в. мы, киштинские старшины и со всем народом чтобы были вечно в подданстве присягали 900 человек и в веру грекороссийского закона крещения стали воспринимать и да и в 757-м году февраля 27 и апреля 10 чисел ея и. в. из Святейшаго правительствующего синода указами по просьбе нашей о бытии под покровом всемилостивейшей государыни нашей на таком основании нам позволено… Старшина наш А. Пахомиев и оной вышеписанное желание и прошение наше донес и показанной генерал-майор фон-Фрауенидорф обещал резолюцию и в скором времени оной преставился, а вступил в тое комендискую должность полковник Иван Де-Боксберх, который послал к нам ротмистра Александра Киреева и мы показанное наше желание и прошение помянутому ротмистру Кирееву объявили, который от нас со оным и отъехал и с того время ни до ныне каждый день и час от всемилостивейшей государыни милости ожидаем о чем в великом находимся сумнении и печали, как бы чрез то долгое время христианские веры не потерять и всемилостивейшей государыни милости и от подданства нас не отрешить понеже мы никакому государству и княжеству подданы не были, а кабардинцам не токмо мы в подданстве, но и в соседстве дальне находимся, а хотя издревле Грузинскому царству подданы и были но назад тому лет стопятьдесят от онаго вольны находимся. Того ради вашего превосходительства всепокорне просим, чтоб определить к нам ротмистра Алексея Киреева и на сие наше доношение учинить милостивую резолюцию».
(Ноября 1 дня 1761 году. Помета № 511. Подан 1 ноября 1761 года. «Кизлярский Комендантский архив, св. 142; Саратов 1996, Сб. Статей и очерков, сс.533, 534.).
В 1924 году в Праге выходит «Кавказский горец», где на странице 49 представляет интересный рассказ о галгаях. Так, читаем: «Современные ингуши называют себя именем галгаи, тушины называют их гилави, грузины — кисти, кабардинцы и кумыки — мичкиш, осетины маккалон, причем в произношении последними тремя народами буквы «к», таковая произносится гортанно, и наконец русская терминология превратила народ галгаи в народ ингуши.
Народ галгаи с древних времен занимал правый берег р.Терека, ущелья рек Камбилеевки, Сунжи, Ассы, Фортанги и далее на восток до границ с землями чеченцев.
В 1784 г. на месте галгаевского аула Дзаура-Юрт на правом берегу Терека русскими войсками была построена крепость Владикавказская, имевшая назначение служить охранным пунктом путей сообщения России с Грузией. Правый берег Терека вплоть до границы Грузии принадлежал ингушам. Их земли простирались до Дарьяльского ущелья включительно и уже на левом берегу р.Терека, против нынешнего Гвилетского моста, находится ингушский (галгаевский) аул Гвилети.
На восток от г.Владикавказа в 15 верстах в ущелье р.Камбилеевки (Галми) расположен был многобашенный многолюдный аул галгаевцев под названием Онгуште. Царевич Вахушти в своей географии Грузии описывая сопредельные с Грузией народы, коснувшись народа кисти, называет галгаевский аул Онгуште именем Ангусти.
Первое знакомство русских с народом галгай по приходе их в район нынешнего Владикавказа, естественно завязалась с галгаевцами проживавшими в ауле Онгуште или в ущельи Камбилеевки, т.е. в Галми-Чоч, что значит в ущелье р.Галми.
Русские, по видимому, предположив, что в данном случае они имеют дело с отдельным народом, стали называть его онгушт или онгуш, в результате чего историческое наименование народа, именующего себя «галгай» превратилось в следствии заблуждения русских, в название «ингуш»: это историческое недоразумение должно быть исправлено и народ «галгай», должен носить свое собственное имя.
Народ галгай делится на отдельные фамилии и по обычаю, в республиканском духе, одна из нескольких фамилий признавалась главою союза галгаевцев, а аулы этих фамилий признавались сборным местом. Такими сборными местами у народа галгай являлись — в ущелье реки Ассы аул Уги-Кал, а в ущелье реки Галми аул Онгуште. В первом происходили сборы в случае внешней опасности с юга-со стороны Грузии и с востока — со стороны Чечни, а во втором, в случае такой же опасности с северо-запада со стороны кабардинцев, кумыков и осетин.
Около аула Уги-Кал сохранился довольно высокий камень в виде надмогильного памятника, через который каждый воин перед выступлением в поход или в набег должен был с разбега перепрыгнуть в боевых доспехах и с запасом продовольствия на трое суток. Не выдержавшие этого испытания в поход не брались.
В ауле Онгуште имеется курган под названием «Фос-ека-Барц», т.е. курган дележа добычи. Примечательно то, что долю военной добычи получали и те, кто оставался дома, не участвовал в походе, так как они охраняли семью и имущество ушедших в поход.
В 1866 году, в порядке административном в видах «колонизации края», аул Онгуште был выселен частью на плоскость, а часть населения ушла в соседние аулы в горах же. На освобожденное таким путем место были переселены из Владикавказа 183 семейства русских, составлявшие военное население крепости. Эти-то поселенцы и образовали казачью станицу Тарскую, получившую свое название от аула Тарш, расположенного у верховьев реки Галми или по русски Камбилеевки.
В этих же видах и соображениях были заложены на месте галгаевских аулов Эхки-Юрт на р. Сунже станица Сунженская, а еще восточнее станица Воронцово-Дашковская.
Эти-то казачьи станицы, главным образом, и ряд других разделили народ галгай на две части, отделили горную и плоскостную части друг от друга, в то же время отделили галгай от их единоплеменников чеченцев.

Р.Ш. АЛБОГАЧИЕВ,

депутат Народного Собрания, заслуженный врач России, доктор медицинских наук, профессор

Реклама

1 комментарий »

  1. КНИГИ ПРО ВЛАДИКАВКАЗ, ССЫЛКИ НА СКАЧИВАНИЕ ЭТИХ КНИГ И УКАЗАНИЕ САМЫХ ИНТЕРЕСНЫХ СТРАНИЦ ИЗ КНИГ:

    1. Д. В. РАКОВИЧ «ПРОШЛОЕ ВЛАДИКАВКАЗА», 1911 г., стр. 3, 4, 5, 6.

    https://yadi.sk/i/3KxMom_1hR72E

    2. Г. МОСКВИЧ «ИЛЛЮСТРИРОВАННЫЙ ПРАКТИЧЕСКИЙ ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО КАВКАЗУ», 1902 г., стр., 163, 164.

    https://yadi.sk/i/T0qTAmIwhREEH

    3. Л. ИЛЬИН «ВЛАДИКАВКАЗ. ПУТЕВОДИТЕЛЬ-СПРАВОЧНИК», 1928 г., стр., 6, 8, 77, 87, 89, 91.

    https://yadi.sk/i/GkO2WwV4hR7it

    4. ЯНДИЕВ А. Д. «ВЛАДИКАВКАЗ. НЕИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ ГОРОДА», 2004 г.

    https://yadi.sk/i/4zx5yfTYhR8cZ

    5. ВЕСЬ ВЛАДИКАВКАЗ: СПРАВОЧНИК- АДРЕС- УКАЗАТЕЛЬ, 1926 г.

    https://yadi.sk/i/hitDeYTqhR7oT

    6. ТАНГИЕВ А. У., ГАЗИКОВ Б. Д. «МАТЕРИАЛЫ ПО ИСТОРИИ ВЛАДИКАВКАЗА» 1999 г.

    https://yadi.sk/i/suwgJXD-hR5nn

    7. «ТЕРСКИЙ КАЛЕНДАРЬ НА 1914 ГОД», 1913 г., стр., 136, 137, 138, 140, 141, 145, 146.

    https://yadi.sk/d/QWcSUXguhR72A

    8. «СБОРНИК СВЕДЕНИЙ О КАВКАЗСКИХ ГОРЦАХ», IX выпуск, 1876 г.

    https://yadi.sk/i/RvyeIcoHhRES5

    9. ПЛАТОН ЗУБОВ «КАРТИНА КАВКАЗСКОГО КРАЯ», часть 3, 1835 г., стр., 151-169.

    https://yadi.sk/i/T_L9qMljhR76L

    10. А. НЕКРИЧ «НАКАЗАННЫЕ НАРОДЫ», 1978 г., стр., 125.

    https://yadi.sk/i/OpWvPr0JhR75K

    11. СЕМЁН БРОНЕВСКИЙ «НОВЕЙШИЕ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ ИЗВЕСТИЯ О КАВКАЗЕ», часть 2, 1823 г., стр., 151-186.

    https://yadi.sk/i/TTbiSdpphR7ri

    12. П. Г. БУТКОВ «МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ НОВОЙ ИСТОРИИ КАВКАЗА С 1722 ПО 1803 ГОД», часть 2, 1869 г., стр., 165, 166, 195.

    https://yadi.sk/i/XbwKLS2nhR8ch

    13. КАРЛ КОХ «ПУТЕШЕСТВИЕ ПО РОССИИ И В КАВКАЗСКИЕ ЗЕМЛИ В 1836, 1837 И 1838 ГГ.», том II, 1843 г., стр., 1, 5, 7, 8.

    https://yadi.sk/i/AhDJ87j_hR8cR

    14. КАРЛ КОХ «КАВКАЗСКАЯ ВОЕННАЯ ДОРОГА, КУБАНЬ И ПОЛУОСТРОВ ТАМАНЬ», 1851 г., стр., 115.

    https://yadi.sk/i/09YyzWlWhR7wH

    15. К. БУТАЕВ «ПОЛИТИЧЕСКОЕ И ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ГОРСКОЙ СОВЕТСКОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ», 1921 г.

    https://yadi.sk/i/YfAUShQghR757

    16. А. К. ВИЛЬЯМС «ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ИНГУШЕТИИ», 1928 г.

    https://yadi.sk/i/04OpzpphhR7AA

    17. СУЕТИН П. М. — ГЕОДЕЗИЧЕСКАЯ СЪЁМКА И КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ Г. ВЛАДИКАВКАЗА, 1928 ГОД, стр. 12, 13.

    https://yadi.sk/i/aMnshC3whbKJE

    ВОТ ССЫЛКА НА ГРУППУ В ОДНОКЛАССНИКАХ «ВЛАДИКАВКАЗ — НАШ ГОРОД.БУРО.ОРДЖОНИКИДЗЕ» :

    http://www.ok.ru/group/53504061276410

    http://maga-gorec.livejournal.com/42470.html

    комментарий от Историк — 01.09.2015 @ 15:26 | Ответить


RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Создайте бесплатный сайт или блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: